«Формально Бутягин обвиняется Украиной в проведении раскопок в Крыму без разрешения Украины, считающей Крым украинским. А фактически Украина с Польшей мстят Бутягину за то, что после возвращения Крыма в Россию был положен конец воровству артефактов. При Украине крымские курганы окружались спецтехникой, варварски раскрывались, а артефакты шли в коллекции украинских политиков и олигархов. Многие продавались в Европу через Польшу».
К уполномоченному по правам человека в Польше вынужден был обратиться Совет по правам человека при президенте России.
Это обращение связано с делом российского учёного-археолога Александра Бутягина, который был задержан в Польше.
Он возвращался через неё после чтения лекций в Европе, и вот уже польский суд принял решение экстрадировать его на Украину. Украина обратилась в Польшу с таким запросом. А мы сразу после задержания Бутягина в Польше обращались к гендиректору ЮНЕСКО Халеду Аль-Анани, организация ведь занимается вопросами науки и культуры. А Бутягин исследовал античное городище Мирмекий на территории современной Керчи и в Европу ездил делиться исследовательским опытом с коллегами. Конечно, обращение в ЮНЕСКО не дало результата. Думаю, там, даже если бы и хотели помочь, не смогли бы повлиять на Польшу, которая страдает сильной русофобией и у которой есть все основания ненавидеть Бутягина.
Формально Бутягин обвиняется Украиной в проведении раскопок в Крыму без разрешения Украины, считающей Крым украинским. А фактически Украина с Польшей мстят Бутягину за то, что после возвращения Крыма в Россию был положен конец воровству артефактов. При Украине крымские курганы окружались спецтехникой, варварски раскрывались, а артефакты шли в коллекции украинских политиков и олигархов. Многие продавались в Европу через Польшу.
Когда в Крым пришли российские учёные вроде сотрудника Эрмитажа Бутягина, разграбление сделалось невозможным.
Но с точки зрения Польши, и арест Бутягина, и решение о его экстрадиции законны, ведь формально его обвиняют вовсе не в том, что помешал воровать. Следовательно, обращаться в какие-то правовые институции Польши бессмысленно. Но и ничего не делать нельзя: если следующий апелляционный суд оставит решение о депортации в силе, то Бутягин будет передан Украине и попадёт в одну из её тюрем, и там к нему, вполне вероятно, будет применена физическая сила.
Я говорю о пытках не потому, что хочу безосновательно выставить Украину в дурном свете, а потому, что временами получаю письма от родственников политических заключённых, томящихся в украинских тюрьмах, с описанием издевательств. Так вот, если Бутягин попадёт в украинскую тюрьму, то пытки в отношении него нельзя исключать, а значит, единственный, к кому можно обратиться в Польше, — это уполномоченный по правам человека республики Марцин Вёнцек.
Сегодня до его сведения было доведено, что решение об экстрадиции Бутягина на Украину не соответствует тем международным обязательствам, которые Польша на себя взяла.
В соответствии со ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, никто не может быть подвергнут пыткам, а также бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Согласно практике Европейского суда по правам человека, государство не имеет права на экстрадицию, если есть серьёзные основания полагать, что человек столкнётся с пытками. А Бутягин с ними столкнётся, как сталкиваются и наши военные, попавшие в украинский плен.
Кроме того, ст. 4 Хартии Европейского союза закрепляет абсолютный запрет пыток. Ст. 12 той же Хартии запрещает экстрадицию в государство, где существует серьёзный риск такого обращения. И если Польша не произвела оценку такого риска, то Хартию и свои международные обязательства она нарушает. Мы попросили уполномоченного Марцина Вёнцека провести дополнительную проверку решения и ходатайствовать о приостановлении экстрадиции до окончательной проверки рисков. Я знаю, вы скажете, что это ничего не даст. Но мы должны что-то делать. И где ещё искать искру человечности, как не у уполномоченного по правам человека?
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.