Сразу оговорюсь, что история эта – не моя, она была подарена. На всякий случай имена изменены. Любые возможные совпадения являются случайными.
Теперь пару слов в сторону для тех, кто лишь понаслышке знаком с лабораторными животными. Путем инбридинга (близкородственного скрещивания) удается получать линии животных, обладающих специфическими свойствами. Одна из таких линий – мыши C57Black/6 чёрного окраса. Отличаются низкой температурой тела из-за сниженных процессов метаболизма, имеют высокую устойчивость к стрессу и к гипоксии, плохо обучаются, характеризуются агрессивным поведением.
Оксана родилась в столице одной из южных республик Советского Союза и успела поступить в университет до распада страны. Биологическое образование – не самое худшее, учитывая большое число ссыльных профессоров из центральной России. Хотя сталинские репрессии давно кончились, одни оставили научные школы, другие сами по инерции задержались.
1991 г. принес не только свободу, но и экономические трудности. Оксана решила не продолжать научную карьеру на месте, а попытать счастья в Соединенных Штатах. И надо сказать, у нее это получилось. Язык знала неплохо; полученных в университете знаний хватило, чтобы поступить в престижную аспирантуру и защитить диссертацию. Женщина стала достаточно известным молекулярным биологом.
Всё это время ее душу грыз червячок предательства, мол, оставила своего бывшего научного руководителя в такое трудное время. И она старалась, как могла, помогая университетской лаборатории на юге, где когда-то началась карьера. Пересылала реактивы. Переправляла ксероксы, а потом электронные версии современных статей (денег у университета не было).
И вот однажды Фортуна решила улыбнуться всеми тридцатью двумя зубами. Планировалось большое международное исследование. Мышей линии C57Black/6 должны были содержать в США, в Европе и еще в одной лаборатории, изучая определенные молекулярные маркеры при стандартизированных воздействиях. Оксана предложила виварий в своем родном городе – и никто возражать не стал.
После долгих бюрократических процедур в южную республику прилетела клетка с особо породистыми чёрными мышами. Не просто чёрными, что у нас растят в некоторых питомниках, а с длинными списками родственников на десятки поколений. Подобных породистых животных могла позволить себе только Америка. Любая южная бабушка только ахнула бы, узнав стоимость одной мыши: на эту сумму можно безбедно существовать месяца полтора-два.
И начались опыты. Оксана лишь сопроводила мышей на юг. Бывший руководитель ей выделил толковую и хваткую помощницу Дилю. Обучили. Провели серию контрольных опытов. Всё замечательно.
Первые месяцы исследования все стороны были довольны. Образцы с юга прямыми авиарейсами прилетали в американский аэропорт, доставлялись в американскую лабораторию, где американские ученые подписывались под безупречностью работы своих южных коллег.
Однако примерно через полгода данные Европы и Штатов стали сильно разниться с южными. Оксана с трепещущим сердцем полетела на родину, чтобы разобраться в происходящем и исправить ошибку.
Ее встретила Диля. Горячее гостеприимство свернули по максимуму. Сразу же после прилета начали опыты. Животных из вивария забирала Диля. Дальше все действия контролировала Оксана. Всё делалось верно. Пробирки с образцами отослали в Америку – разница в результатах колоссальна. Еще раз проверили – результат тот же.
Если бы не занудная пунктуальность Оксаны, то вполне могла бы быть опубликована сенсационная статья о расхождении молекулярно-биологических маркеров у линейных мышей при их стандартном содержании на разных широтах.
Но Его Величество Случай расставил всё по местам.
В один из дней Диля попросила Оксану зайти в виварий за мышами: надо было отвезти ребенка к врачу. Это было в двух шагах от лаборатории, и никто не стал отказывать.
У вивария Оксана застала местного колоритного сторожа, плохо говорившего по-русски:
- Мишь? Амэриканский? Чорный? – Второй рядь, трэтий полка.
Оксана направилась в указанном направлении. Как она не упала в обморок, неизвестно: в клетке находились мыши всех цветов и оттенков – от белого до черного. Очевидно, что правил инбридинга никто не знал – и мыши самой чистой в мире американской линии совокуплялись с особями, не имеющими никаких родословных.
Женщина подняла крик. Прибежал сторож:
- Чаго ты кричать? Поступай как тот дэвушка: бэри наиболее чорный мышь.
С тех пор Оксана перестала помогать своей бывшей лаборатории. Третьей страной стал не то Китай, не то Индия – и данные международного исследования имели хорошую сходимость. Результаты опубликованы в журнале семейства Nature.