Что скрывается за завесой тантрических ритуалов? Вино, мясо, рыба, злаки и… соитие. В связи с выходом новой книги «Панчамакара» санскритолог и исследователь индуизма Андрей Игнатьев рассказал нашему порталу, почему эти пять элементов стали главными инструментами духовной практики каулических тантр, откуда взялся миф о душителях-тхагах и почему современные «неотантрические» вечеринки не имеют ничего общего с классической традицией.
Это текстовая версия интервью, видео смотрите здесь:
— Андрей, расскажи, пожалуйста, в общих чертах, что такое Панчамакара для тех, кто, возможно, не в курсе? Что представляет собой эта практика и из чего она состоит?
— А.И.: Итак, Панчамакара — это санскритское сложное слово, которое буквально означает «пять предметов», названия которых начинаются с буквы «м». Что это за предметы? Во-первых, мадья — вино, мамса — мясо, матсья — рыба. Далее мудра — обычно это трактуется как поджаренное зерно, хотя здесь есть вопросы. И, наконец, пятое — майтхуна, ритуальное соитие. У этого понятия есть синонимы — панчататтва и панчамудра, хотя они используются реже.
Часто говорят, что панчамакара — это обряд, но скорее мы имеем дело не с единым унифицированным ритуалом, а с набором предметов, используемых в садхане, тантрической ритуальной практике. Эти элементы — вино, мясо и прочее — могут применяться как по отдельности, так и все вместе. Вместе «пятерка» представляет собой ритуал, опять же очень вариативный. Если обратиться к источникам, мы не найдем единого предписания на все времена. Возникает вопрос: почему именно пять?
Здесь стоит обратиться к символическому значению числа пять в индийской культуре. Пятерка очень значима. Это и пять ликов Шивы, пять функций высшего божества — проявление, поддержание, разрушение, сокрытие и милость. Также это пять великих элементов: акаша, вода, воздух, огонь, земля. Это пять великих грехов в дхармашастрах, пять продуктов коровы. Значимость числа пять базируется на том известном факте, что у человека на каждой руке и ноге по пять пальцев. Поэтому пятерка обозначает своего рода полноту, ритуальную полноту.
Здесь возникает вопрос о возможном шестом элементе.
— И что это за шестое М?
Шестой элемент — виджая, индийская конопля. Об этом пишет Агехананда Бхарати, человек, который сочетал в себе видного ученого-индолога и индуистского монаха-тантрика-практика. В своей книге «Тантрическая традиция» он писал о Виджае именно как о возможном шестом «м». Это интересный вопрос.
— Это больше академические исследования, или Бхарати был практиком?
— Да, он именно практиковал. Ахананда Бхарати, австриец, по паспорту Леопольд Фишер, в сороковые годы прошлого века увлекся индуизмом и тантрой, поехал в Индию, стал странствующим монахом, пешком обошел весь Индостан и одновременно занимался серьезными научными исследованиями. Его перу принадлежит ряд интересных работ — по искусству, по философии. К сожалению, ни одна его книга не переведена на русский язык, но с ними можно познакомиться на английском.
Итак, панчамакара — это пятерка. Откуда мы знаем о ней? Каковы источники? Слово «панчамакара» используется в ряде текстов, возникающих примерно с X века до начала XIX века нашей эры. Они называются каулические тантры, от слова кала или кула. Кула — это прежде всего женское начало, Шакти, в отличие от акулы, мужского начала, Шивы. Слово «кула» многозначно: оно может обозначать тантрическую традицию в ее каулической версии, конкретную общину, женщину, женское тело.
Именно в этих текстах встречается панчамакара. Самый ранний из них — «Куларнава тантра», важнейший текст для каулической традиции. Из известных текстов можно назвать «Махатантру», «Йони тантру», «Гупта садхану», «Шактисагаму», «Бриханнилу». Последний в этом ряду — «Маха Нирвана тантра».
Важно отметить, что существуют и другие тантрические тексты, в которых панчамакара не упоминается. Например, в корпусе текстов кашмирского шиваизма такого понятия нет. Кроме того, панчамакара возникает не сразу. У Абхинавагупты, известнейшего представителя кашмирского шиваизма, упоминаются только три элемента: вино, мясо и соитие. Пятерица появляется позже. В вайшнавских тантрах и самхитах эти пять элементов вообще отсутствуют.
— Значит ли это, что для реализации достаточно одного или двух элементов из панчамакары?
— Из этой пятерки наибольшей самостоятельной значимостью обладают вино и соитие, и они часто применяются по отдельности. Каулические тантры полны восхвалений вина и майтхуны. О майтхуне говорится, что первые четыре «м» без пятой бесполезны. Фактически они выступают преддверием к пятой «м». Но и вино, первая «м», зачастую фигурирует самостоятельно. Описывается его использование в ритуальной практике без майтхуны. Например, в «Йогини хридая тантре», принадлежащей школе Шривидья (почитание богини Трипура Сундари), говорится только об использовании вина. Тантры — это очень вариативные тексты, единой унифицированной схемы не существует.
— Можно ли приступить сразу к майтхуне и получить реализацию?
Майтхуна — сложный ритуал сам по себе, но тексты упоминают его и без первых четырех «м». Вариантов, где описывается использование всех пяти по единому алгоритму, немного. Чаще фигурирует либо майтхуна сама по себе, либо ритуальное использование вина.
— Вероятно, именно они больше всего привлекают внимание публики — тех, кто ищет инфоповод для спекуляций?
Конечно. Рыба или мудра выглядят не столь привлекательно. Что касается мудры — поджаренных зерен, исследователи выдвигали версии, что это могли быть забродившие зерна, оказывающие пенящий эффект, или зерна со спорыньей, обладающие галлюциногенным действием.
Однако сами тантры говорят о мудре как о зерне лишь в очень поздних текстах; более ранние хранят об этом молчание. Мудра и рыба не привлекают особого внимания авторов тантр. Основной акцент — на вино и соитие, в меньшей степени на мясо.
— К вопросу о зерне. Может ли оно иметь отношение к таинственной соме?
— Нет, к соме это явно отношения не имеет. Сома использовалась в более раннее время, в ведическую эпоху, во времена сложения Ригведы и остальных трех Вед. Позже сома исчезла, и до сих пор неясно, что это было. Ученые выдвигали разные версии — вплоть до мухомора. Мудра же появляется намного позже.
— Какие блага может получить садхака от практики майтхуны или панчамакары в целом?
— Тантры наполнены разнообразными обещаниями тем, кто будет практиковать панчамакару или отдельные ее элементы. Можно выделить две группы целей.
Первая — разнообразные блага в мирской жизни: большое потомство, хорошее здоровье, успех у женщин. Говорится, что практикующие эти пять «м» будут возлюбленными всех женщин, включая цариц и богинь. Также это обретение сиддхи — сверхъестественных способностей. Из классической йоги известны восемь сиддхи: анима, лагхима, махима — способность становиться бесконечно малым, бесконечно тяжелым и так далее. В тантрах называются и другие: неуязвимость для любого оружия, способность летать по небу, проникать в подземный мир, превращать металлы в золото, обретать огромное богатство.
Вторая цель — мокша, освобождение. В тантрах выделяют несколько ее видов. Салокья — пребывание в том же мире, что и божество. Сарупья — обладание тем же обликом. Саршти — обладание той же мощью. Самипья — близость к божеству. И, наконец, самый высокий уровень — саюджья, слияние с божеством. Как сказано в «Гупта садхана тантре», тантрик исчезает, растворяется, как капля воды в океане.
Известный французский исследователь тантры Андре Паду указывает, что такие блага, как сиддхи, в какой-то мере даже заслоняют мокшу, отодвигая ее на задний план. Для тантрика первичны именно сиддхи и прочие блага, а мокша — это некая отдаленная цель. Для тантры характерно более позитивное отношение к миру, чем, например, для адвайта-веданты, где главная цель — только мокша. У тантриков сиддхи не менее важны.
— Не мешают ли сиддхи достижению освобождения? Не являются ли они преградой на этом пути согласно тантрам?
— О том, что это препятствие, пишут скорее западные исследователи. Сами тексты тантр и тантрики об этом не говорят. В нашем представлении существует дуализм: есть духовность, а есть мирская жизнь. Для тантры этот дуализм преодолевается. В тантре любое действие может быть ритуальной практикой. Тотальная сакрализация всего и вся — вот что характерно для индуистского тантризма. Он освещает буквально любой аспект человеческой жизни.
— Возвращаясь к пяти «м»: употребление мяса, рыбы, соитие в классическом понимании присутствуют в жизни обычных людей. В современном обществе это не является табуированными процессами. В этом отношении здесь не происходит трансгрессии. Каким образом эти действия могут вывести садхаку на новый уровень, если он совершает их механически, не задумываясь о сакральном акте?
— Это интересный вопрос, и здесь нужно учитывать исторический и культурный контекст появления панчамакары. Каулические тантры писались брахманами. Для брахманов и других высококастовых индуистов, согласно дхармашастрам, употребление вина, мяса или секс вне брака считались крайне греховными и недопустимыми.
Поэтому для них это была настоящая трансгрессия, в отличие от нашего общества, где мясо и вино продаются в каждом магазине. Для брахманов это была совсем другая эпоха и другая страна. Как историк, я всегда подчеркиваю: когда мы обращаемся к какому-либо явлению, мы должны учитывать контекст его возникновения и развития. Без этого мы ничего не поймем.
В чем же роль этих пяти «м»? Это не просто получение наслаждения, хотя тантры его не отрицают. Известна формула тантры — бхукти-мукти, то есть наслаждение и религиозно-мистическая практика одновременно. Панчамакара становится практикой лишь тогда, когда все пять элементов рассматриваются как подношение божеству. Здесь действует принцип, знакомый по Бхагавадгите, где Кришна говорит Арджуне: совершай все действия как подношение мне, как арпана. Действие совершается не для удовлетворения личных потребностей, а именно как подношение почитаемому божеству.
— Каким же божествам можно подносить эти практики?
— В текстах тантр указываются различные божества, в основном махавидьи. Чаще всего панчамакара используется в культовых практиках трех божеств: Кали в ее различных аспектах (чаще всего Дакшина Кали), Тары (также имеющей разные аспекты) и Трипура Сундари (Лалиты). В наше время панчамакара больше ассоциируется с Кали и Тарой. Трансгрессивный аспект Трипура Сундари угас: ее почитатели, возможно, что-то используют в тайне, но особо на этом не акцентируют внимание.
Почему именно эти божества? Потому что Кали, Тара и Трипура Сундари изначально находились на периферии духовной жизни. Это были богини, почитаемые низшими кастами и аборигенными племенами. Лишь позже они вошли в пантеон санскритизированного индуизма. Поэтому они ассоциируются с чем-то запретным. Но здесь действует принцип, сформулированный в «Куларнава тантре»: всё, что в обычной жизни ведет к падению, в куле, наоборот, возвышает человека. То, что запрещено в обычной жизни, разрешено в куле. Что считается низким, в куле оказывается высоким.
— Почему же эти богини изначально были уделом маргинальных слоев общества?
— Рассмотрим генезис их культа. Самые ранние источники упоминают, что Кали почиталась дикими племенами, жившими в горах и лесах, либо преступниками и низшими кастами. Позже, когда эти племена адаптировались в большом обществе, культ начал проникать и завоевывать сердца людей более высокого социального положения, вплоть до брахманов. Но воспоминание о его происхождении осталось, и трансгрессия ассоциируется именно с этими божествами.
— Почему определенные слои общества выбирают себе тех или иных божеств? Это связано с преобладанием определенных энергий или с покровительством особым кастам и сословиям?
— Кали — божество чернокожее, грозное, яростное. В Ведах и Махабхарате она не упоминается. Кали появляется достаточно поздно. Когда её культ распространился, появились официальные храмы Кали, и брахманы стали её почитать. То же самое с Тарой. Тара изначально — буддийское божество. Тибетская Тара имеет 21 аспект, самые популярные из которых — Зеленая Тара и Белая Тара, благостные и мирные. Но есть и аспект Угратары — грозный. По-видимому, именно буддийская Угратара позже стала индуистской Тарой, которая по своей природе и иконографии очень напоминает Кали (речь о Шмашана-Таре).
Позже в индуизме у Тары возникают и другие аспекты: Каджала и Нила-Сарасвати, темная тантрическая Сарасвати, о которой идет речь в «Бриханнила тантре».
— В связи с этим хотелось бы осветить явление, имевшее место в Индии — секту душителей тхагов. Почему они выбрали Кали своей ишта-деватой?
— Я читал серьезные исследования современных ученых о тхагах. Согласно им, эта тема была сильно раздута англичанами, которые хотели представить завоеванных индийцев дикарями, жестокими садистами и убийцами. Какая-то небольшая секта реально существовала, но масштабы, о которых сообщала британская пропаганда, — явное преувеличение.
Тема тхагов стала, по сути, выдумкой британской пропаганды для очернения индийской культуры. Серьезных свидетельств о том, что они приносили в жертву людей во имя богини Кали, нет. Это миф, растиражированный западными фильмами для будоражащих воображение сюжетов.
— А как насчет движения капаликов в рамках нашего разговора о панчамакаре?
— Капалики по хронологии предшествуют появлению панчамакары. Это прототантрическая секта, даже скорее движение, и они были именно шиваитами. Капалики были очень радикальны по сравнению с каулическими тантриками. Каула не распространяет трансгрессию на повседневную жизнь. Обряды с панчамакарой совершаются только в строго определенное ритуальное время и в ритуальном пространстве. В остальное время, как сказано в «Куларнава тантре», тантрик, садхака, на публике благостный вайшнав, внешне - шиваит, но в душе он - шакта, тантрик.
— Это высказывание о том, как шиваит выглядит внешне и каков внутри, принадлежит «Куларнава тантре»?
— Да, это оттуда. Смысл в том, что тантрик должен скрывать свои ритуальные практики и не афишировать их.
Капалики, существовавшие ранее, напротив, были очень радикальны. Они вели антисоциальный образ жизни: ходили обнаженными, мазались пеплом, собирали подаяние, пили вино из чаши-черепа, участвовали в оргиях, жили на шмашанах (кладбищах). Были еще капалики и каламукхи — две древние секты, позже исчезнувшие. Нынешние агхори в какой-то мере наследуют эти традиции, но капаликов в их первоначальной форме уже нет.
— Агхори из традиции бабы Кинарама сейчас пытаются реализовать себя через служение — работают с больными, в хосписах, и внешне выглядят как обычные люди. Скажем так, их принадлежность к определенной парадигме не очевидна.
— Да, но панчамакара и каулическая тантра — это не акхори, это разные течения. Панчамакара предназначена для каул, для каулических тантриков. Для поклонения, скажем, Кали-Бхайраве это не работает.
— Панчамакара используется только для женских божеств?
— Нет, и для мужских тоже. Была секта тантриков-почитателей Ганеши, которые поклонялись Уччхишта-Ганапати, одной из его форм. Они использовали панчамакару. Уччхишта-Ганапати изображался полностью обнаженным, в состоянии эрекции, а его партнерша Викнешвари держала лингам в своей ладони. Это радикальная форма Ганеши.
— Некоторые гуру делают замечания к практике панчамакары, заявляя, что её не надо понимать буквально и что, например, мясо можно заменить ментальной работой. Что ты можешь сказать об этом?
— В древности всё понималось буквально. В ранних тантрах, таких как «Брахмаямала тантра», «Нишвашасамхита», говорится об использовании вина, мяса и соития именно в буквальной форме. Позже, в «Куларнава тантре», появляются варианты замен.
Первый — анукалпа: замена элементов безобидными субстанциями. Вместо вина — виноградный сок, вместо мяса — имбирь, вместо соития — подношение красного и белого цветков (белый цветок — мужское начало, семя, луна; красный — женское начало, менструальная кровь, раджас).
Второй вариант — совершение всех действий мысленно. Кроме того, существует метафорическое истолкование. В «Куларнава тантре» и «Йони тантре» говорится, что эти пять «м» представляют собой фазы поднятия кундалини по сушумне, а пятая «м» — это не соитие с женщиной, а слияние кундалини с Шивой в сахасраре. Но тантризм не предлагает единых схем для всех. И буквальное совершение, и замены, и метафорические истолкования имеют право на существование, потому что все люди разные.
Каулическая тантра вариативна и предлагает разные способы. Согласно тантрам, выделяются три типа людей: пашу — обычные непосвященные, которые поклоняются с заменами (цветы, вода); вира — посвященные тантрики, которые совершают панчамакару в буквальной форме; и дивья — те, для кого подходит еще более высокий уровень.
— Получается, приступая к таким практикам, нужно определиться с двумя вещами: во-первых, выбрать ишта-девату — объект поклонения, к которому будут подноситься эти практики, а во-вторых — избрать путь, то есть понять, насколько вы готовы к радикальности.
— Да. Иштадевата — важный момент, потому что не все божества можно почитать панчамакарой. Сложно представить, чтобы благостную Лакшми или Брахму почитали таким образом. В Шакти-тантрах и «Нерутара тантре» говорится, как какую богиню можно почитать. Кали можно почитать и с панчамакарой, и без неё. Чхиннамасту — только с панчамакарой. Лакшми — только без. Существует деление божеств на раудра (грозные) и саумья (благостные). Общая тенденция такова, что грозные божества чаще почитаются именно панчамакарой. Хотя даже Трипура Сундари, благостное божество, раньше могла почитаться с использованием вина и мяса.
— А, например, Камакхья?
— Камакхья — пример грозного божества. Изначально это было местное женское божество, почитавшееся только в Ассаме. Слово «Камакхья» — вероятно, санскритизированное имя местного божества Камейкха, что означает «труп». Скорее всего, это было божество мертвых, подземного мира. Позже, при соприкосновении с большой индуистской традицией, имя было санскритизировано, и Камакхья приобрела эротические черты: «камакхья» буквально означает «именуемая страстью», «сексуальным желанием».
Позже Камакхья стала ассоциироваться с Кали как местная форма Кали — сексуальная страсть. В «Калика пуране» сказано, что эта богиня всегда носит меч и снимает его только во время любовных наслаждений. Она и грозная, и эротичная. Для Камакхьи панчамакара — органичный путь почитания. Ритуальные практики живы и сегодня в Ассаме, в храме Камакхья-питх на горе Нилачал, куда до сих пор стекаются паломники.
— С этим местом связано много легенд, в частности об окрашивании воды.
— Да. Согласно преданию, когда боги расчленили тело мертвой Сати, части её тела упали в разные места Индии. На гору Нилачал упала самая священная часть — её йони, которое окаменело, приняв форму камня. Вода из источника в подземелье храма — это влага йони Богини. Задача паломников — соприкоснуться с окаменевшим йони и получить эту воду, причаститься к почитанию древнего необычного божества.
— В новой книге будут освещены нюансы практик панчамакары? Например, какое мясо следует употреблять? Можно ли заменить вино крепким алкоголем, свойственным нашим широтам?
— Каулические тантры содержат море информации по этим вопросам. Что касается вина, ассортимент у индуистских тантриков мог бы вызвать зависть у древнегреческих почитателей Бахуса. Греки пили либо ячменное пиво, либо разбавленное виноградное вино.
В тантрах же называются самые разные алкогольные напитки: из пальмы, сахарного тростника, хлебного дерева, меда (медовуха), винограда, трав, ягод. Иногда даются даже рецепты изготовления. Также излагаются мифы, связанные с вином, и приводятся мантры для его освящения.
Важное предписание тантр: вино, используемое в ритуале, должно быть освящено специальными мантрами, чтобы снять с него проклятия. Три проклятия над вином тяготеют, поэтому надо читать три раза особую мантру, чтобы эти проклятия снять.
Например, согласно одной легенде, Ушана, великий гуру асуров, долгое время совершал поклонение Кали, пил вино, но не получал плода. В гневе он проклял вино. Но богиня Кали явилась ему и сказала, что он делал неправильно: не читал мантру и не подогревал вино. Так что вино должно быть освященным и специально приготовленным.
Крепость напитков тоже может быть разная. Например, пальмовая водка — крепкая. Русскоязычные тантрики, практикующие панчамакару, вполне могут использовать и русскую водку. В панчамакаре может использоваться любой алкоголь, лишь бы он был освящен предписанными мантрами.
— Вопрос о количестве. Для русского человека стопка водки не введет в состояние исступления и трансегрессии, в отличие от бутылки. Указана ли мера в тантрах?
— Прямо мера не указывается. Но, например, описание обряда в «Куларнава тантре» подразумевает очень сильное опьянение, чтобы человек вышел из себя. Там ярко описывается групповой обряд: все танцуют, падают на землю, снова поднимаются, никто не разбирает, кто чья жена и кто чей муж. Символическое употребление маленького бокальчика ничего не даст. Вина, согласно тантрам, должно быть выпито столько, чтобы оказать мощный эффект.
В тантре важен принцип: адепты не просто поклоняются божествам, они осознают себя как эти божества. Все мужчины — Шива, все женщины — Богиня. Только тогда ритуальные практики обретают действенность. Как Кали обнажена и опьянена, так и женщина в этих обрядах должна быть обнажённой, опьянённой, полностью раскованной. Предписано также отсутствие стыда и страха. Это состояние вира.
Что касается мяса, в тантрах указываются виды животных, которые могут использоваться для мамсы (ритуального мяса). Списки вариативны и включают реальных и фантастических животных. В «Бриханнилатантре» называются черный кот, воробей, мясо шарабхи — легендарного восьминогого животного.
На практике набор ограничен. Чаще всего это козел. В «Йони тантре» упоминается и говядина, но на практике она используется редко. Животные должны быть самцами, мясо самок строго запрещено. Также могут использоваться баран, буйвол (в Камакхья-питх буйволов приносят в жертву, но реже, чем козлов), голуби. Списки в тантрах довольно абстрактны, на практике всё проще.
— В некоторых тантрах упоминается человеческое мясо? Это имело место в древности?
— В «Йони тантре» это упоминается. В древности, похоже, это имело место, возможно, в той же Камакхье. В наше время по понятным причинам этого нет. В Индии развиты СМИ и полиция, подобные случаи получили бы огласку и не понравились бы властям. Современные тантрики открещиваются от таких практик. На практике используется козлятина.
— Культ агхори считается более радикальным: они едят человеческое мясо, занимаются сексом с блудницами. Является ли это панчамакарой?
— Агхори — более радикальное направление. Их трансгрессия повседневна, они живут так постоянно. Каулические тантрики, напротив, ограничивают трансгрессию ритуальным временем и пространством. Тантры запрещают пить вино и есть мясо вне рамок ритуала.
Что же касается майтхуны, то это очень популярная тема у авторов тантр. Предписания освещают все стороны её совершения. Какие женщины предпочтительны? Чаще всего низкокастовые женщины или чужие жены.
— Почему именно они?
— Это мощная трансгрессия. Для брахмана соитие с чандалкой, неприкасаемой — шок. Кроме того, женщинам низких каст легче раскрепоститься. Поэтому предпочтительны куластри, блудницы (вешья), прачки, рыбачки, цирюльницы, охотницы, капалини — женщины вне рамок «приличного» общества. Также популярна тема соития с чужой женой (парастри). В этом вопросе тантры вариативны. «Шактисангама тантра» предписывает соитие именно с чужой женой, а со своей — только при её отсутствии.
— То есть допустимо практиковать панчамакару вот со своей женщиной, со своим человеком сердца?
Да, например «Гандхарва тантра», разрешает майтхуну только со своей женой. «Бриханнила тантра» допускает соитие с чужой женой, но только мысленно. «Маханирвана тантра» предлагает заключать временный брак (брахма-шайва) на время обряда. И теоретичсески, при таком браке не имеют значения каста и возраст. Любая женщина, независимо от возраста и внешности, достойна почитания как воплощение Шакти.
Ритуальная партнерша именуется шакти, также дути (посланница), йогини, лата (лиана, потому что она обвивает мужчину во время ритуала). Женщина-практик тантры — садхика.
— Как мужчина находит такую женщину?
— Тантры дают предписания, иногда фантастические. Например, можно мантрой вызвать женщину из другого мира — апсару, якшини или даже саму богиню Дургу. Но это может быть и земная женщина. Можно использовать тантрическую магию для привлечения желаемой женщины: обряды вашикарана (подчинение) или акаршана (притягивание).
Например, тантрик берет дощечку из золота или серебра, пишет на ней мантру Акаршина с именем женщины, кладет дощечку в мед, повторяет мантру и таким образом привлекает её.
Бывают и более прозаические формы привлечения — подарки. Но тантры строго запрещают насилие или принуждение. Женщина должна участвовать в ритуале добровольно. Согласно предписанию, женщину нельзя ударить даже цветком, потому что любая женщина — это форма Шакти.
— А что насчет обратной ситуации: женщина, практикующая майтхуну. Какие блага она получает? Может ли она быть ведущей в этой игре?
— Тантры писались мужчинами и для мужчин, так как грамотных среди брахманов было мало. Поэтому обряд описывается с мужской точки зрения. Но женщина тоже может быть инициатором обряда и получать те же блага. В «Нируттара-тантре», которую я переводил, говорится, что женщина сама призывает мужчину, соединяется с ним в обратной позе (випаритарати), где она сверху и играет активную роль, повторяет мантру и обретает сиддхи. Более того, женщина может быть гуру, духовным наставником. В «Гупта садхана тантре» описывается идеальная стригуру в красных одеждах, очень привлекательная.
Иметь женщину духовным наставником — особое благо, обретаемое после многих хороших жизней. В истории кашмирского шиваизма действительно были женщины-посвященные, которые наставляли мужчин. Женское лоно считается источником учения — аджнавактра (нижние уста).
— Существует ли главная тантра, основной источник этих практик?
— Главной тантры нет. Но можно выделить более популярные и авторитетные. Об авторитетности судят по количеству дошедших рукописей (чем больше, тем авторитетнее) и по цитируемости в поздних источниках. Самые авторитетные каулические тантры — «Куларнава тантра», «Йони тантра», «Шактисангаматантра», «Маханирвана тантра». Но для кого-то местная тантра может быть главным руководством.
— Андрей, еще два вопроса. Первый: о концепции гупта — скрытого знания. Как это коррелирует с практикой? Второй: можно ли практиковать без гуру?
— В текстах тантр есть предписания, что все учения и ритуальные практики должны сохраняться в тайне от непосвященных. Тантры грозят карами тем, кто их раскрывает. Книги дают основу, но не являются буквальным руководством.
А что касается роли гуру, то в тантре, особенно велика, даже по сравнению с общим индуизмом. Гуру — это Шива, гуру — это Шакти. Если от гнева Шивы может спасти гуру, то от гнева гуру никто не спасет. Гуру — абсолютный авторитет. Однако та же «Куларнава тантра» признает, что не все гуру идеальны. Там упоминается, что есть много гуру, которые вытягивают из учеников деньги, но мало тех, кто ведет к освобождению. Гуру дает посвящение (дикшу).
Как сказано в тантрах, без дикши нет мокши.
Но есть и живая практика. Американская исследовательница Джун Макдэниэл, проводившая полевые исследования среди тантриков Западной Бенгалии, показала, что многие деревенские тантрики практикуют без гуру и без дикши. Они ссылаются на то, что во сне им явилась богиня Кали и посвятила их. Это называется свапна дикша — посвящение во сне. В России тоже есть люди, называющие себя тантриками, совершающие обряды, но не имеющие посвящения и гуру.
— Сейчас тема тантры активно муссируется в интернете. Предлагаются совместные парные практики, тантра-йога и так далее. Что происходит за закрытыми дверями, нам неизвестно. Ваше отношение к этому явлению? Могут ли такие практики, даже если они агрессивны, вести к чему-то, или это просто потакание желаниям?
— Это явление называется неотантризмом или псевдотантризмом. Оно возникло в США в 1960-х, затем пришло в Европу, а после перестройки и к нам. С точки зрения классической тантры, такие практики не обладают никакой ценностью. В них нет ни Кали, ни санскритских текстов, ни мантр. Это развлекуха под маркой тантры: баня, массаж. Ни о какой серьезной религиозно-мистической практике речи не идет. Устроители таких мероприятий на это и не претендуют. Людям просто нужно развлечься, оттянуться после рабочей недели.
— Практикуют ли панчамакару в кругу единомышленников или это индивидуальная практика для двоих?
— В тантрах описаны разные варианты. В большей степени это парная практика: мужчина и женщина. Но указывается и возможность групповых практик. Например, один мужчина и две или даже больше женщин (вплоть до фантастических 51). Или равное количество мужчин и женщин, разбивающихся на пары. Групповые практики упоминаются реже.
— А что более эффективно: взаимодействие с партнером один на один или общее поле групповой практики?
— Как пишет Джун Макдэниэл, в наше время чаще встречаются парные практики, чаще всего муж и жена. Групповые обряды, именуемые чакра (от слова «круг», участники садятся по кругу, разбиваясь на пары), довольно редки. Тантрики не склонны создавать большие группы с фиксированным членством, уставом и программой. Это небольшие общины без формальной организации.
— Предположим, человек решил встать на этот путь. Какие ограничения указаны в тантрах? Требуются ли какие-то качества, помимо природы виры? И если гуру не разрешает практиковать подобное, значит ли это, что ученик не готов?
— Тантры делают акцент не на запретах, а на позитивных качествах. Они указывают качества людей (адхикари), достойных участвовать в ритуальных практиках. В «Шактисангама тантре» описывается идеальный тантрик-мужчина и идеальная тантрик-женщина: их внешность, качества. Но там же признается, что такие люди очень редки, поэтому жестких ограничений нет.
Ну, и конечно, на практике, гуру должен видеть готовность ученика к участию в подобных мероприятиях. Да, такое есть.
— Знаешь ли ты лично (без имен) людей, которых трансгрессивные практики привели к духовному результату, к трансформации личности?
— У меня большой круг знакомых в этой среде. Таких людей немного, они есть, но их мало. В большинстве случаев подобные практики ведут к деградации. В нашей среде это именно так. Это опасный путь. Люди превращаются в бомжей, пьяниц.
— Это следствие злоупотребления энергиями или неспособности справиться с состояниями?
— Чаще всего это отсутствие нормальной мотивации. Человеку хочется ярких эмоций, захватывающих впечатлений, эзотерической дискотеки, оргии. У него нет истинной преданности гуру, настоящей веры в Кали. Это не возносит его вверх.
— Как исследователь, сталкивался ли ты с искажениями, мифами о тантре? Что у нас в инфополе?
— Есть два полюса искажений. Первый: вся тантра — это сплошной секс. Сексуальные обряды в каулической тантре играют роль, но занимают весьма ограниченное место. В тантре есть янтры, мудры, другие обряды. Неотантрики сводят тантризм к беспробудному сексу, но это не так.
Второй полюс: утверждение, что все ритуальные майтхуны — это лишь метафоры. Свидетельства источников и тех, кто принимал в них участие, говорят о том, что они совершались буквально и в древности, и в наши дни. Нужна золотая середина. Индуистский тантризм допускает и буквальное совершение, и замены (анукалпа), и метафорическое истолкование, и мысленные обряды. В рамках индуистской тантры всё допустимо.
— Расскажи о новой книге.
— Моя новая книга вышла в издательстве «Касталия». Она называется «Панча Макара. Трансгрессивные практики индуистского тантризма». Это результат многолетнего изучения текстов каулических тантр. Книга посвящена понятию панчамакара, его истории, тому, почему именно пять, конкретному описанию каждого из пяти «м» и алгоритмам их использования в ритуальной практике. Завершают книгу выводы, необходимые для любого научного исследования.
— Андрей, большое спасибо за это живое интервью. Было очень интересно. Книгу крайне советуем. Это весомый труд, большая редкость и удача — получить такое издание. С нетерпением ждём. Ждём вас снова в гости, попить чаю, побеседовать. До новых встреч.
— До новых встреч, дорогие друзья.