Перевод статьи представлен ООО "ЦПХ"
На Ближнем Востоке развернулась война. Нефть подорожала до $100 долларов за баррель. Ормузский пролив — узкий маршрут, через который проходит примерно 20% мировых энергоресурсов, — частично закрыт. Инфляционные ожидания растут. А что с золотом?
В основном, падение.
С момента начала ударов США и Израиля по Ирану 28 февраля золото ненадолго подскочило выше $5400 за тройскую унцию, а затем потеряло большую часть своей стоимости. Любому инвестору это кажется неправильным. Казалось бы, лучший момент для роста – когда, если не сейчас? Заголовки кричат о риске. Металл, конечно же, не слушает.
Это не сбой. Это не предупреждающий знак. Это закономерность, которая из раза в раз повторялась в поворотные моменты на рынке драгметаллов. Понимание причин происходящего - наиболее полезное знание для инвестора в эту самую минуту.
Почему же цены на золото не растут во время войны с Ираном?
Если кратко, ключевыми являются три фактора, противодействующие краткосрочному ценовому импульсу, ни один из которых не затрагивает долгосрочную перспективу.
Доллар укрепился. Нефтяные шоки исторически подталкивают доллар вверх. Рынки переосмыслили всплеск цен на энергоносители — не как геополитический кризис, а как угрозу разгона инфляции. Этот сдвиг приводит к росту реальной доходности и укреплению доллара. Поскольку золото оценивается в долларах, оба этих обстоятельства создают краткосрочное сопротивление.
Ожидания инвесторов изменились. Рынки, которые в 2026 году прогнозировали несколько снижений ставок ФРС, теперь предвидят гораздо более жёсткую монетарную политику.
Золото не приносит процентного дохода. Когда альтернативные издержки его хранения растут, тактические инвестиции временно перетекают в другие активы.
Торговля на импульсе завершается. Жёлтый металл подорожал на 64% в 2025 году — это лучший показатель с 1979 года. Рост привлек универсальных инвесторов, системные фонды и розничных покупателей без долгосрочных стратегий. Когда ситуация с Ираном обострилась и волатильность резко возросла, эти игроки в первую очередь продали драгметалл, чтобы увеличить денежные резервы или перебалансировать портфели. Это всего лишь временный шум, создаваемый инвесторской «массовкой», а не вердикт по золоту.
Ни одна из текущих движущих сил не меняет сути золота, как не меняет и причин, по которым долгосрочные держатели владеют им. Эти обстоятельства объясняют причину тишины — и не оправдывают её игнорирование.
Бывали ли ранее похожие ситуации?
Да. История постоянно подтверждает это.
Естественно, что золото не является средством защиты от войны. Это защита от экономических последствий, которые вызывают военные конфликты. В этом и состоит критически важное различие. Острая эскалация оказывает давление на золото в краткосрочной перспективе — она резко повышает курс доллара, увеличивает ожидания относительно процентных ставок и вынуждает держателей заемных средств закрывать свои позиции.
Главный инвестиционный директор UBS Марк Хэфеле подчеркнул: золото «скорее является средством защиты от воздействия конфликтов, чем от прямых угроз военного времени». Цены на металл формируются на основе последствий столкновения сторон, а не самих боевых действий.
Глава отдела исследований металлов Deutsche Bank отметил ту же закономерность во время прошлогоднего более короткого ирано-израильского конфликта. Цены, как правило, начинают повышаться после кризиса, а не в его наиболее интенсивной фазе.
Старая рыночная пословица гласит: «Покупай, когда гремят пушки и продавай, когда гремят трубы». Но она не говорит о том, что цена в точности будет соответствовать ожиданиям.
Уже слишком поздно покупать золото?
Это один из самых частых вопросов и в то же время один из самых распространенных мифов в инвестировании в драгоценные металлы.
Ощущение «упущенной выгоды» обычно возникает в самый неподходящий момент. Оно появляется, когда цены уже выросли, краткосрочная динамика нестабильна, а макроэкономическая обстановка неясна. Это описание подходит почти для каждой важной точки перегиба в истории золота, которая возникает перед следующим этапом роста.
Рассмотрим текущую ситуацию: золото по-прежнему периодически демонстрирует положительную динамику, даже после самого сильного недельного падения с 1983 года. Инвесторы, оценивающие ситуацию с точки зрения пика, почувствуют, что опоздали. Инвесторы, смотрящие со стороны наличия структурного спроса, увидят иное.
Силы, движущие бычьим рынком, не изменили свою направленность. Они только усилились.
Что же на самом деле обуславливает долгосрочный рост золота?
Три фундаментальные структурные силы продолжают существовать — и ни одна из них не зависит от краткосрочных колебаний цен.
Центральные банки по-прежнему покупают золото на исторически высоком уровне. По прогнозам, в 2026 году объем закупок составит около 800 тонн — примерно 26% от годового объема добычи. Это не тактические сделки. Суверенные институты накапливают золото годами и десятилетиями, и несколько ранее неактивных центральных банков вновь вышли на рынок. Эта тенденция не изменилась при новостях о военном конфликте.
Дедолларизация продолжает набирать обороты. Китай продлил закупки золота как минимум на 15 месяцев подряд. Частные инвесторы приобретают физические слитки и ETF в качестве хеджирования от долгосрочных фискальных рисков. Goldman Sachs описывает их как «устойчивые» позиции — связанные со структурными макроэкономическими проблемами, а не с краткосрочными настроениями. Эти позиции не закроются после окончания конфликта.
Предложение не успевает за ростом цен. Мировые горнодобывающие компании произвели 3672 тонны в 2025 году — рекорд, но всего на 1% больше, чем годом ранее. Ожидается, что рост в 2026 году будет столь же скромным. Структурно повышенный спрос при незначительном росте предложения со временем приведет к одному результату: повышению минимальной цены.
Какие прогнозы дают ведущие банки?
Недавнее снижение цен не поколебало уверенность институциональных инвесторов. Наоборот, оно её укрепило.
J.P. Morgan ставит отметку в $6300 за унцию к концу года. Deutsche Bank сохраняет свой прогноз в $6000. UBS ожидает $6200 к сентябрю. Société Générale прогнозирует $6000 к декабрю. Это не исключения — они представляют собой редкое совпадение прогнозов крупных институтов, смотрящих в одном направлении.
Даже после самого худшего падения цен за торговую сессию с 1983 года, J.P. Morgan не дрогнул. Банк охарактеризовал снижение как «вызванное изменением позиций», а не «фундаментальными сдвигами», и сохранил целевую отметку.
Это важно. Уверенность крупных игроков в этом вопросе не основана на простом оптимизме. Она базируется на более существенных и устойчивых факторах: диверсификации резервов, обесценивании валюты и тенденции к дедолларизации, которая нарастает годами. Краткосрочная волатильность не влияет на эти показатели.
Если аргументы в пользу золота настолько убедительны, почему не все его покупают?
Начнём с основного различия: цена и стоимость — это не одно и то же.
Краткосрочная цена определяется трейдерами, использующими импульс, маржин-коллами и алгоритмами. Эти движущие силы «громкие» и заметные. Долгосрочная стоимость определяется ограничениями предложения, суверенным спросом и обесцениванием. Эти силы «тихие» — и именно они играют главную роль.
Когда золото падает в периоды волатильности, это редко является вердиктом для драгметаллов. Такова механика рынков с использованием заёмных средств — продажи, основанные на позиционировании, которые временно подавляют структурный спрос. Покупатели физического золота находятся вне этого механизма. Они владеют самим активом. Не деривативом. Не фьючерсным контрактом. Не паем фонда с использованием заёмных средств.
Это важное различие. Аналитики StoneX описали текущий уровень цен как «справедливую стоимость с учётом неопределённости, с которой мы сталкиваемся, — со значительной прибылью, если конфликт обострится или стагфляция вынудит изменить политику».
Подобное сочетание встречается нечасто - коррекция при недавнем пике в период повышенного геополитического и монетарного риска, в то же время сохраняется и долгосрочный бычий сценарий. Аргументы в пользу физического золота строятся не на следующих двух неделях, а на следующих двух десятилетиях. Иранский конфликт этого не изменил. Укрепление доллара этого не изменило. Затишье на ценовом графике этого не изменило.
Фундаментальные факторы до сих пор действуют. Окно возможностей по-прежнему открыто.
Вместо итогов – краткая аннотация
Почему золото не дорожает во время войны с Ираном?
Золото сталкивается с краткосрочными препятствиями со стороны укрепления доллара, растущих ожиданий ужесточения монетарной политики и закрытия позиций трейдерами, ориентирующимися на импульс, после исторического ралли в 2025 году. Это временные рыночные механизмы, а не сигнал о том, что долгосрочная стоимость золота изменилась. Структурные силы, движущие этим бычьим рынком — спрос со стороны центральных банков, дедолларизация, ограниченное предложение — остаются полностью неизменными.
Не поздно ли покупать золото в 2026 году?
Золото по-прежнему периодически демонстрирует положительную динамику в этом году, даже после самого сильного недельного падения с 1983 года, и крупные институциональные игроки, включая J.P. Morgan, Deutsche Bank и UBS, сохраняют оптимистичные целевые показатели на конец года выше $6000. Инвесторы, которые считают, что «упустили свой шанс», часто оценивают ситуацию, исходя из краткосрочного скачка, а не из структурного уровня спроса, лежащего в основе рынка.
Дорожает ли золото во время войн?
Не сразу — и не всегда в острой фазе конфликта. Цена на золото, как правило, отражает скорее экономические последствия войн, такие как инфляция, обесценивание валюты и изменения денежно-кредитной политики, а не реагирует напрямую на эскалацию боевых действий. Исторически цены часто были выше после разрешения кризиса, чем в период его наибольшей интенсивности.
Почему доллар силен во время войны?
Нефтяные шоки, как правило, усиливают доллар, поскольку перебои в энергоснабжении повышают глобальные инфляционные ожидания, что приводит к росту реальной доходности и увеличению спроса на долларовые активы-убежища. Это одна из причин, почему золото сталкивается с краткосрочным сопротивлением даже при росте геополитических рисков — доллар и золото конкурируют за один и тот же инструмент «торговли на страхе». Со временем инфляционные последствия перебоев в энергоснабжении, как правило, приносят больше пользы золоту, чем доллару.
Какие прогнозы делают банки относительно цен на золото в 2026 году?
Крупнейшие институциональные инвесторы прогнозируют значительный рост: J.P. Morgan ставит цель достичь отметки в $6300 за унцию к концу года, Deutsche Bank предрекает опцион на $6000, а UBS ожидает $6200 к сентябрю. Эти прогнозы оставались неизменными даже после самого резкого падения цен на золото за одну сессию с 1983 года.