В Театре "МОДЕРН" привыкаешь к тому, что эстетическое удовольствие начинается еще до третьего звонка.
Здесь правило «театр начинается с вешалки» возведено в абсолют. Всегда дорого, шикарно, богато, в холле звучит музыка, каждый уголок украшен с таким вкусом, что чувствуешь себя не просто зрителем, а гостем на великосветском приеме. И когда объявляют премьеру, приуроченную к десятилетию обновленного театра под руководством Юрия Грымова, ждешь чего-то особенного. Спектакль «Вишневый сад» - это обращение к великой русской классике, которое действительно становится откровением.
Грымов не стремится иллюстрировать хрестоматийного Чехова. Он словно помещает зрителя внутрь щемящего душу сна. Свет гаснет, открывается занавес, и мы сразу видим те самые вишневые деревья со спиленными ветками. Все действие - одна ночь, за окнами которой бушует ветер перемен. На сцене практически всегда царит полумрак, и единственным источником света остается луна, меняющая свои очертания, будто время, которое ускользает сквозь пальцы.
Актерский состав - отдельная история любви. Людмила Погорелова в роли Раневской создает образ женщины, чья доброта оказывается абсолютно бессильна перед надвигающейся реальностью. Их дуэт с Юрием Анпилоговым (Гаев) пронзителен: брат и сестра существуют в своем уходящем мире, где красота важнее прагматики. Им противостоит энергичный, нервный Лопахин в исполнении Вильдана Фасхутдинова, человек, который, кажется, вот-вот схватит эту ускользающую жизнь за хвост, но понимает, что «труд никогда не будет в ладу с душой».
Я никогда не понимала, почему произведения Чехова называются комедиями. По мне, так и не скажешь, здесь все печально, герои отчаянно пытаются ухватиться за прошлое, которое тает, как утренний туман. Интересный, почти фарсовый момент с гантелью вызывает улыбку, но даже он не делает «Вишневый сад» комедией. Перед нами трагедия вселенского масштаба, разыгранная в пределах одной семьи.
Самым загадочным образом спектакля стала Шарлотта Ивановна (Марина Дианова). Ее фокусы не просто способ разрядить трагизм сюжета. В этой постановке фокусы становятся сравнением попытки удержать ускользающее время, продлить мгновение, хотя оно уже исчерпало себя.
Режиссура Грымова смешивает жанры, заставляя зал то смеяться над комичными ситуациями, то замирать в тишине. Здесь все перемешалось, трагическое соседствует с ярмарочным, быт переходит в притчу. Особенно запало в душу воспоминание о мальчике Грише, который давно погиб, но продолжает качаться на качелях, как напоминание о том, как было раньше, цвел сад и все вокруг радовались жизни. Все рушится. Дом и сад проданы, но на сцене продолжает звучать музыка, а в сердце остается надежда, что искусство способно залатать те раны, которые время наносит душе.
Премьера в «Модерне» - это размышление о том, что, когда доброта бессильна, а расчет торжествует, только красота и память остаются с нами навсегда.