Все мы иногда употребляем такие выражения, как «мне пришло в
голову», «откуда-то взялась мысль», «мне приснилось» или «обрушилось на меня как гром среди ясного неба». Они различным
образом описывают общий для всех нас опыт: высвобождение мысли откуда-то из-под уровня сознания. Я назвал бы это «страной бессознательного» — резервуаром для подсознания, предсознания и всего, что находится ниже уровня сознания.
Когда я пользуюсь выражением «бессознательное», то употребляю
его для краткости. Не существует «бессознательного» как такового —
скорее, существуют бессознательные измерения (аспекты, источники) опыта. Я определяю бессознательное как возможности осознаний или возможности действий, которые личность не реализует или не может реализовать. Этот потенциал является источником того, что мы называем «свободным творчеством».
Мы живем в высшей степени механизированном мире. Иррациональные явления, связанные с бессознательным, всегда являются угрозой для этой механизации. Поэты хороши в кафе или в собственной мансарде, но если их поставить у конвейера, они будут представлять угрозу для окружающих.
Механизация требует единообразия, предсказуемости, упорядоченности; сам факт, что явления, происходящие в бессознательном, по своей природе нетипичны и иррациональны, предопределяет их опасность для машинного порядка и единообразия. В этом одна из причин того, что люди, принадлежащие к западной культуре, опасаются бессознательного и иррационального опыта. Ведь весь потенциал, который берет начало в глубинных сферах психики, просто не соответствует техническому окружению, ставшему столь значимым в нашем мире.
Современный человек испытывает такой страх перед заложенным в нем иррациональным началом, что помещает между собой и страной бессознательного инструменты и машины. Так он пытается избежать зависимости от пугающих аспектов иррационального опыта.
Ролло Мэй, «Мужество творить»
#гештальтлайф/geshtaltlife
Подписывайтесь на мой канал в МАХ
