Алексей Иванов – Повелитель Времени. Книжный обзор

Наблюдая за творчеством писателя Алексея Иванова с момента выхода громко заявивших о себе таких совершенно разных романов, как «Сердце пармы» и «Географ глобус пропил», поневоле проникаешься мыслью, что Время ему подвластно абсолютно.

Хотя к этим двум романам Алексей шел как раз через игру со временем, в прямом и переносном смысле. Свои первые повести он привез на семинар молодых писателей-фантастов в Дубулты в 1989 году. Здесь пути Иванова впервые пересеклись с писателями, чьи книги сейчас знают все, – с Сергеем Лукьяненко, Владимиром Васильевым и Львом Вершининым. «Из всех нас фантастов он был самым большим фантазером. Мы работали в рамках каких-то традиций, той или иной школы, а он отовсюду выбивался. Он писал самобытно и ни на что не похоже», – вспоминает Сергей Лукьяненко. Эта способность Иванова придумать и выпустить к читателю абсолютно самодостаточные миры отличает все его работы. К какому бы жанру он ни привел своих читателей, мы верим ему, проникаемся, загораемся вопросами.

И как это прекрасно, что каждый из его романов подкрепляется документальной основой. Мысль не такая уж крамольная: если бы мы историю с географией учили по ивановским книгам, то знали бы и то, и другое во сто крат глубже, относясь к ним не как к «предметам обучения», а как к чему-то огромному и могучему, окружающему нас буквально со всех сторон. Недаром по местам событий, описываемых в романах Алексея, создаются путеводители, отправляются экскурсии и экспедиции, чтобы проникнуться тем самым духом Времени и Гением места.

«Хребет России» и «Горнозаводская цивилизация» – сборники новелл, посвященных Уралу – «самой индустриализованной зоне планеты Земля», – и рассказано это так, что книги можно начинать с любой страницы. Короткие сводки о конкретных местах и фактах буквально сбивают с ног.

Время обрушивается на нас историей братьев-баронов Строгановых, фантастическим фартом рода Демидовых и загадкой Невьянской башни, «Неправильность которой таинственна и совершенна, как улыбка Моны Лизы». Мы не знаем, насколько достоверна история о сожжении вогула Степана Чумпина, открывшего русским местонахождение горы, целиком сложенной из железной руды. Но осталась гора Благодать, названная командиром уральских заводов Василием Татищевым в честь императрицы Анны. Вернее, остался огромный котлован, выеденный десятком заводов Гороблагодатского округа, и памятник вогулу Степану Чумпину – «первый памятник промышленному освоению Урала». Про Чудь Белоглазую, ушедшую под землю, лишь бы не покоряться власти православного царя и рудознатцев – знатоков руд, отыскивающих месторождения без карт и навигаторов по самым медвежьим углам. Их хоть и прозвали в народе «чертознаями», но имена многих великих рудознатцев «отчеканены в промышленной истории Урала». Вогулы, русские, башкиры, татары – спиной к спине, иначе не отбиться от волков, вместе шли, вместе спали у костра и ели из общего горшка: так рождался и формировался удивительный мир Урала – в единении культур, веры, язычества – «социокультурный феномен». Где трудно отделить одно от другого, где все это спаяно и органично и где «выражение «докопаться до смысла» всегда имеет и буквальное прочтение: надо рыть много, надо рыть глубоко».

И все же, как бы ни хотелось столичным критикам назвать Иванова «уральским писателем», пишет Алексей не только об Урале и днях прошедших. Общим духом пространства и Времени пронизаны все работы Алексея Иванова. Все оставляет след в истории и влияет на наше будущее. В этом недалеком будущем «чумоходы» из «Вегетации» и бригады лесорубов передвигаются по реальным, пусть и заросшим деревьями, дорогам. Мимо опустевших поселков и городишек, разрушенных заводов. Новый тип фантастики, роман-антиутопия или рассказ о том, «куда идем мы сами»?

Наталья Трегуб,
заведующая библиотекой Новосибирского Дома ученых