Катя торопилась домой после школы. Под ногами хрустел снег, а её новые сапожки с меховой опушкой оставляли следы на белом покрывале двора. Когда она подошла к своей двери, из квартиры доносился вкусный запах жареного мяса. В животе у Кати заурчало от голода.
Мама, я очень хочу есть! — громко сказала Катя, едва переступив порог.
Она прошла на кухню и заметила на столе большую миску с салатом. Пахло свежими огурцами и укропом. Катя уже потянулась за ложкой, чтобы попробовать салат, но мама остановила её:
Это для гостей, — сказала мама, не отрываясь от раковины.
Каких ещё гостей? — удивилась Катя и сглотнула слюну.
К папе приехал его старый друг. Он поехал встречать его на вокзал.
А-а-а… — протянула Катя. — Теперь ясно.
Что тебе ясно? — переспросила мама.
Что вы будете сидеть на кухне до поздней ночи, вспоминать молодость, а мне опять придётся спать на раскладушке, потому что гость займёт мою комнату, — вздохнула Катя. — И когда они приедут? — Она посмотрела на потолок.
Уже едут. В холодильнике есть колбаса, сделай себе бутерброд, — посоветовала мама.
Подожду, — фыркнула Катя и ушла к себе.
Она переоделась в домашнюю одежду, как вдруг в прихожей хлопнула дверь и раздались мужские голоса. Катя выглянула из комнаты.
Кого я вижу! Сколько лет прошло! — радостно воскликнула мама.
Катя уже хотела закрыть дверь, но не удержалась и вышла в коридор, чтобы посмотреть на гостя.
Неужели это ваша дочь? Я так давно не был, что даже не узнал! Настоящая невеста выросла, глаз не отвести — такая красавица! — улыбнулся мужчина.
Обычно такие слова от знакомых родителей Катя слышала часто, но они её совсем не трогали. А сейчас от его взгляда ей вдруг стало жарко.
Гость ходил по квартире, рассматривал вещи и фотографии на стенах. Катя с интересом за ним наблюдала. Он не был красавцем: круглое лицо с остатками летнего загара, короткие волосы с сединой на висках, а вокруг глаз — лучики морщинок, как у человека, который часто улыбается. Глаза у него были серые, но не холодные, а будто выгоревшие на солнце.
Это мой друг Арсений, геолог, — с гордостью представил его папа.
Эх, где мои двадцать лет... — Арсений посмотрел на Катю.
Катя у нас в выпускном классе, собирается в медицинский поступать. Что, завидуешь? — усмехнулся отец. — Мог бы уже давно жениха "родить" для нашей Катерины.
Неужели ты до сих пор один? — спросила мама.
Какая семья? Два месяца дома — и снова в экспедицию. Ни одна женщина такого не выдержит, — вздохнул Арсений.
Катя невольно сравнивала их: папа был красивее, но Арсений казался ей обаятельнее.
Паш, проводи гостя в ванную, а мы с Катей пока накроем на стол, — сказала мама.
Обычно Катя старалась придумать предлог, чтобы не возиться на кухне, но сегодня она с удовольствием пошла помогать маме. Ей было приятно, что у них в гостях именно Арсений. Ей нравилось мысленно повторять его необычное имя. За ужином он рассказывал о своих экспедициях, камнях и тайге. Иногда он смотрел прямо на Катю и говорил только для неё. От этих взглядов у неё то замирало, то начинало быстро биться сердце. Она почти не слышала его слов.
Надолго ли ты к нам? — спросил отец.
Сначала заеду в управление, сдам смету, подожду, что скажут… Думаю, задержусь дня на три-четыре. Надеюсь, не успею вам надоесть.
После этого папа с гостем ушли в гостиную, а Катя неохотно отправилась к себе — делать уроки. Но вместо учёбы она больше прислушивалась к их разговору.
Мы постелим тебе в Катиной комнате, — донёсся мамин голос.
Не стоит. Поставь мне раскладушку где-нибудь в уголке, хоть даже на кухне, — ответил Арсений.
Обычно Катя не любила, когда её комнату отдавали гостям. Но сейчас ей почему-то хотелось, чтобы Арсений спал именно на её кровати — пусть и комната запомнит его дыхание и запах.
Утром, идя в ванную, Катя наткнулась на большие меховые сапоги Арсения. От них исходил запах звериной шерсти. Она представила, как он пробирается по тайге с ружьём по каким-то своим тропам. Но тут же одёрнула себя: «Какое ещё ружьё? Он же геолог, а не охотник».
Ты чего стоишь? Иди скорее умываться, а то опоздаешь в школу! — прошептала мама, застав Катю врасплох.
Та вздрогнула и быстро юркнула в ванную. Катя не слышала, как мама на кухне сказала папе, что дочка, похоже, увлеклась Арсением.
Неудивительно. Он всегда нравился женщинам. Даже тебе когда-то, — усмехнулся отец.
Нашёл что вспомнить! Это было так давно. Мне это совсем не нравится. Ей ведь всего семнадцать…
Не волнуйся. Арсений — человек стойкий, на женские чары не поддаётся. Да и скоро уедет, всё уляжется.
Катя совсем не хотела идти в школу. Но мама вряд ли поверит, если она пожалуется на боль в горле. Проходя мимо гостиной, она заметила приоткрытую дверь: на раскладушке спал Арсений. Он лежал на спине, закинув одну руку за голову. Катя быстро отвела взгляд и поспешила дальше.
Катя сбежала с последнего урока, надеясь застать Арсения одного. Но в прихожей не оказалось ни его сапог, ни куртки — выходит, она зря спешила домой. В комнате на стуле лежал его свитер, связанный вручную. Катя провела по нему рукой, а потом прижалась щекой к грубой шерсти. От свитера исходил запах мужчины, шерсти и костра. Она стояла так, закрыв глаза и обнимая свитер. Вдруг щёлкнул замок. Катя вздрогнула и быстро бросила свитер обратно на стул. Ей показалось, что её застали за чем-то запретным.
Есть кто дома? — в дверях появился Арсений, раскрасневшийся с мороза.
Я, — тихо ответила Катя, чувствуя себя виноватой.
Арсений внимательно посмотрел на неё.
Умираю с голоду. Мама, наверное, оставила нам что-нибудь поесть?
Сейчас посмотрю, — засуетилась Катя и побежала на кухню.
Обычно она ела что придётся, но сегодня всё было иначе: с ней был Арсений, и он хотел обедать. Катя разогрела суп и вчерашнее мясо, поставила чайник.
Как вкусно пахнет! — Арсений вошёл на кухню, потянул носом и сглотнул.
Катя почти не ела — только поглядывала на Арсения поверх тарелки. Когда он утолил голод, начал рассказывать про тайгу, и неловкое молчание исчезло. Катя улыбалась и кивала, но почти не слушала. Ей было важно только то, что он рядом: от этого кружилась голова и сердце билось чаще.
Спасибо за обед, хозяюшка, — сказал Арсений, отодвинув пустую тарелку. — Чем займёмся? Может, прогуляемся? Покажешь мне город — я ведь пятнадцать лет здесь не был.
А вы раньше жили в нашем городе? — удивилась Катя.
Да. Мы с твоим папой вместе учились в институте, только на разных факультетах. Встречались с подругами, а потом разошлись, а мы с твоим отцом так и остались друзьями.
Почему вы остановились у нас? Разве у вас нет своей квартиры?
Нет, я оставил её бывшей жене. Она устала ждать меня из экспедиций и не выдержала такой жизни.
«Я бы выдержала», — подумала Катя. Ей было неприятно, что какая-то женщина когда-то была его женой, пусть даже это было давно.
Давай на «ты», а то я рядом с тобой чувствую себя стариком, — сказал Арсений.
Ладно, — согласилась Катя и тут же предложила: — Тогда пойдём гулять?
Они пошли бродить по городу. Катя показывала ему свои любимые места, а Арсений вспоминал свои. Во время рассказа он положил руку ей на плечо.
Вон там мы катались на лыжах, — говорил он. — Спускались с набережной прямо на лёд и доезжали до середины реки.
Катя чувствовала сквозь пальто его тёплую и тяжёлую руку и забыла, как дышать. Ей хотелось стоять так вечно, несмотря на мороз. Но Арсений убрал руку, и Катю тут же охватил холод.
Ты замёрзла? Пойдём в кафе, согреемся. Показывай, куда идти, — предложил Арсений.
Когда они вернулись домой уже в сумерках, мама бросила на Катю укоризненный взгляд, но промолчала. Тут из кухни вышла невероятно красивая женщина. Не просто симпатичная, а по-настоящему ослепительная: кожа без единого изъяна, фигура как у богини, ресницы — словно два веера. Она подошла к Арсению, обняла его и поцеловала в щёку.
Почему я узнала о твоём приезде только от Павла? — капризно спросила она.
Я приехал ненадолго. Не хотел тебя беспокоить, — ответил Арсений.
Ты всегда так говоришь, — обиженно поджала губы женщина.
Катю словно уколола ревность. Она быстро ушла к себе в комнату и закрыла дверь. Слышала, как Арсений пошёл провожать гостью. Всю ночь Катя не могла уснуть и ждала его возвращения. Утром она увидела, что Арсений спит на раскладушке, и у неё отлегло от сердца — значит, он не остался у той красавицы.
Кто это был? — спросила Катя у мамы.
Его бывшая жена.
В сердце снова кольнула ревность.
А зачем она приходила?
Они давно развелись, но остались друзьями, — объяснила мама.
На следующий день Катя опять сбежала с уроков. В прихожей она увидела рюкзак Арсения, а рядом стояли его меховые сапоги. Не снимая пальто, Катя влетела в комнату.
Ты уже уезжаешь? — спросила она с тревогой.
Да, всё закончил, пора возвращаться, — ответил Арсений.
Можно, я провожу тебя? — с надеждой попросила Катя.
Арсений внимательно посмотрел на неё, словно хотел что-то сказать, но просто кивнул. Всю дорогу до вокзала Катя изо всех сил старалась не расплакаться и постоянно шмыгала носом. Когда они подошли к платформе, поезд уже ждал пассажиров. Проводница с любопытством поглядывала на них.
Вы... ты ещё приедешь? — спросила Катя, не отрывая от Арсения напряжённого взгляда.
Катя, я уже взрослый и скучный человек, а у тебя вся жизнь впереди... — начал он.
«О чём он? Какая жизнь без него?» — думала Катя, не слушая его слов.
Мне пора, — сказал Арсений и вдруг резко притянул её к себе, крепко обняв. Катя не выдержала и расплакалась.
Я обязательно приеду, — пообещал он и осторожно вытер слёзы с её щёк.
Катя поймала его руку и прижалась к ней губами.Арсений тут же вырвал руку и отступил назад. Катя шагнула за ним, словно её тянуло магнитом. Не оглядываясь, он подошёл к проводнице, показал билет и поднялся в вагон. Уже оттуда Арсений помахал Кате рукой и виновато улыбнулся.
Я буду тебя ждать! — крикнула Катя сквозь слёзы.
Катя шла домой, не разбирая дороги. Слёзы замерзали на ресницах, склеивали их, и она почти ничего не видела, то и дело натыкаясь на прохожих. Дома мама сразу заметила её покрасневшие глаза, обняла дочь. Они так и сидели вместе, пока с работы не вернулся отец.
Прошло десять лет...
Катерина Павловна, из приёмного отделения звонили: привезли пациента с инфарктом, — в ординаторскую заглянула медсестра.
Катерина отложила ручку, поправила медицинскую шапочку и вышла из кабинета. В приёмном на каталке лежал очень бледный мужчина.
Мужчина, сорок девять лет, обширный инфаркт... — докладывал врач скорой помощи.
Оформлять будем? — спросила медсестра у Кати.
Потом. Сначала вызовите санитаров, пусть поднимают его в кардиологию, — распорядилась Катя.
Но... — начала было медсестра.
Я его знаю. Всё потом, — перебила Катя.
Ну, если он ваш знакомый... — медсестра покачала головой и ушла.
Катя сразу его узнала. Он постарел, в волосах стало больше седины, но это был Арсений. Он пытался что-то сказать, но Катя мягко остановила его:
Молчите, уже скоро будем в палате.
... Он приехал рано утром, когда её смена уже заканчивалась.
Только на две минуты, — предупредила Катя. — Пока нет начальства.
Отец вошёл в палату.
Привет, бродяга, — сказал он Арсению.
Кто тебе сказал, что я здесь? — тихо спросил Арсений.
Катя, — ответил отец и посмотрел на дочь. — Ты что, её не узнал?
Катя? — Арсений перевёл взгляд на врача.
Катя опустила маску. В его глазах промелькнули радость, узнавание и удивление.
А я всё думал, почему голос знакомый... Ты всё-таки стала врачом. Вот кто меня спас! — улыбнулся Арсений, и морщинки в уголках его глаз стали заметнее.
Катя первой отвела взгляд.
Папа, пора. Потом поговорите, — сказала она и вывела отца из палаты.
Он поправится? Будет жить? — с тревогой спросил отец в коридоре.
Конечно, если не будет волноваться и беречь себя, — ответила Катя.
Перед уходом она ещё раз заглянула к Арсению. Она уже не была той застенчивой семнадцатилетней девочкой, которая когда-то влюбилась в друга отца. Но сейчас, глядя на него, снова почувствовала, как защемило сердце.
Я приехал, как и обещал, — сказал Арсений.
Через десять лет. А я ждала тебя, как и обещала, — ответила Катя.
... Катя быстро шла домой и улыбалась. Под ногами, как и тогда, скрипел снег, а солнце пыталось пробиться сквозь серые облака. «Милый, родной, наконец-то я снова тебя вижу», — повторяла она про себя.
Дома отец серьёзно посмотрел на неё:
Нам надо поговорить. Я всё понимаю, но не ломай себе жизнь. Он же мой ровесник, Катя... Ты такая красивая, умная...
Не надо, пап. Не переживай за меня. Ничего не будет. Он меня не любит. А я без любви не могу...
На следующий день Катя пришла в палату к Арсению.
Здравствуй, мой ангел, — сказал он. — Ты рядом, и мне уже не страшно умирать.
Ты не умрёшь. Я этого не допущу, — ответила Катя.
Арсений внимательно смотрел на неё, будто хотел прочитать её мысли.
Ты такая молодая, а я...
Катя не дала ему договорить и закрыла его рот ладошкой.
Поговорим об этом потом, когда ты поправишься. Скажи, ты любил мою маму?
Да. Очень любил. Но она выбрала твоего отца. И правильно сделала. Я ведь всё время был в экспедициях...
Катя снова почувствовала укол ревности.
Теперь тебе придётся привыкать к спокойной жизни.
Арсений покачал головой.
Если тигра выпустить на арену цирка и заставить прыгать с тумбы на тумбу, он всё равно останется хищником и при первой возможности бросится на дрессировщика. Так и я. Я геолог, ничего другого делать не умею.
Можно преподавать в университете, — предложила Катя.
Я подумаю, — ответил Арсений.
Сердце Кати радостно забилось по дороге в ординаторскую. «Он подумает. Значит, он останется рядом...»
Катя Логинова! — окликнул её доктор из соседнего хирургического отделения, который давно и безнадёжно был в неё влюблён. — Ты обещала сходить со мной в кино.
Пойдём, — улыбнулась Катя.
Что? Когда? — молодой хирург замер от удивления. Он уже не надеялся на её согласие.
Я освобожусь после двух, — сказала Катя.
Я зайду за тобой. Не уходи без меня.
Обещаю, — засмеялась Катя.
... Любовь не всегда бывает взаимной. Самое тяжёлое — это когда нельзя рассказать о своих чувствах. Иногда от этого можно сойти с ума...
Еще истории из жизни:
Узнала о себе неожиданную правду, когда вернула владельцу его утерянный кошелек.
«Ты теперь жена Андрея и должна знать правду». Свекровь на свадьбе раскрыла семейную тайну