— Записывай: 3 яйца, С8, категория «отборные». Половина батона «Горчичный». И, кажется, ты дважды макнула его в желток, — Вадим не смотрел на меня. Он смотрел в экран планшета, где в приложении яростно мигала красная зона.
Я замерла с куском хлеба в руке. В наше время нейросети умеют предсказывать погоду на Марсе, но мой муж использовал технологии, чтобы высчитать индекс массы моего завтрака в рублях.
— Вадик, это яйца. Они из курицы. Не из золота, — я попыталась вложить в голос максимум спокойствия, хотя внутри закипал триттико-коктейль из ярости и недоумения.
— Сегодня яйца, завтра дефицит бюджета, — отрезал он. — Мы копим на «умный дом». Ты же хочешь, чтобы шторы раздвигались по щелчку?
Я хотела, чтобы по щелчку исчезал Вадим, но шторы тоже сошли бы для начала.
Весь этот аттракцион невиданной жадности начался полгода назад. Вадим вдруг осознал себя «кризис-менеджером семьи».
Под санкции попали: мой любимый латте на кокосовом масле, патчи под глаза (цитирую: «спи больше — сэкономишь на гидрогеле») и, собственно, еда.
Но был в нашей семейной бухгалтерии один «оффшор», о котором Вадим не подозревал, что я знаю.
Вечером, когда муж ушел в душ, оставив свой девайс на столе (ошибка новичка, Вадик), я открыла скрытую вкладку. Там не было подписок на запрещенные сайты. Там было нечто более разорительное.
«Перевод: 85 000 руб. Получатель: Маргарита Степановна Х. Комментарий: На обновление капсульного гардероба и детокс-тур».
Моя свекровь, женщина старой закалки и новых аппетитов, жила в Сочи. Пока я в Москве записывала количество съеденных яиц, Маргарита Степановна, судя по выписке, «инвестировала» в свои чакры и шелковые комбинации.
Я закрыла вкладку. В голове созрел план. Не скандал — это слишком скучно. Акт ироничного возмездия.
На следующее утро я выставила на стол пустую тарелку. — Записывай, Вадичка: ноль калорий, ноль рублей. Я на интервальном голодании. Кстати, твоя мама звонила. Благодарила за «капсулу». Сказала, что в этом сезоне фуксия ей особенно к лицу.
Вадим поперхнулся…
— Откуда…
— Оттуда, — я улыбнулась самой светлой улыбкой. — Я тоже скачала обновление. Называется «Прозрение 2.1». Знаешь, какой там главный лайфхак? Если экономишь на жене, чтобы оплатить детокс маме, то в итоге остаешься один на один с мамой. И поверь, она твои яйца считать не будет, она их просто съест. Все. Сразу.
В дверь позвонили. На пороге стоял курьер с огромной коробкой.
— Доставка для Маргариты Степановны? — спросил он. — Нет, — отрезала я, — это возврат. Отправьте по адресу… Я продиктовала адрес ближайшего приюта для животных. — Вадик, я купила им 40 килограммов элитного корма. За твой счет. Считай это моим капризом. Записывай в планшет: «Инвестиции в карму».
***
Вадим не разговаривал со мной три дня. Он записывал в планшет стоимость каждой капли моющего средства, которую я тратила на посуду. Я в ответ начала демонстративно заказывать доставку готовой еды — по одной креветке в огромной коробке.
А на четвертый день пришло уведомление. Нет, не из банка. Из мессенджера.
«Людочка, детокс это не моё. Слишком много шпината, слишком мало любви. Вылетаю вечерним. Вадик, сыночка, приготовь мою любимую ортопедическую подушку».
— Она едет, — констатировал Вадим, и в его голосе прорезались нотки триумфа.
— Теперь ты увидишь, как выглядит настоящая экономия. Мама умеет варить суп из одной куриной кости и чувства собственного достоинства.
— Вадик, — я ласково поправила его воротничок, — твоя мама приедет в костюме цвета «дикая фуксия», который стоит как три моих годовых запаса яиц.
Если она начнет экономить на моем батоне, я начну выставлять ей счета за аренду воздуха в этой квартире.
***
В аэропорту Маргарита Степановна появилась не с чемоданом, а с тремя кофрами и... личным массажером для лица, который светился синим светом, как панель управления в электромобиле.
— Люся, деточка, ты побледнела, — вместо приветствия бросила она. — Вадик, запиши: маме нужно два литра безлактозного молока в день. Это для цвета лица. И никаких яиц, от них у меня тяжесть в желудке!
***
Утро началось с ревизии. Маргарита Степановна стояла перед открытым холодильником как инквизитор перед еретиком.
— Вадим, — позвала она, — Почему у вас в масленке масло? Это же холестерин и пустые траты. Люся, я купила семена чиа. Они разбухают в воде и создают иллюзию сытости. Очень бюджетно!
Я посмотрела на чек, который торчал из ее сумки. Семена чиа из элитного био-бутика стоили как небольшой подержанный автомобиль.
— Маргарита Степановна, — я заварила себе самый дорогой кофе, аромат которого заставил свекровь поморщиться от зависти, — А как поживает ваш «капсульный гардероб»? Вадим очень переживал за каждую ниточку. Особенно когда оплачивал счет.
Воздух в кухне стал таким плотным, что его можно было резать ножом для хлеба (который Вадим уже занес в список «избыточных инструментов»).
Вадим вжался в планшет. Он понимал: его система экономии дала сбой. С одной стороны — жена, которая начала считать его промахи. С другой — мать, чьи капризы были возведены в ранг святыни.
Вечером я обнаружила, что Вадим тайно ест мой «запрещенный» батон в туалете.
— Считаешь укусы? — прошептала я через дверь.
— Она заставила меня пить воду с лимоном вместо ужина! — донеслось отчаянное изнутри. — Люся, у неё в чемодане счет на 150 тысяч за «курс омоложения через дыхание матки». Она хочет, чтобы я его оплатил до конца недели!
***
Развязка наступила, когда Маргарита Степановна за завтраком объявила, что ей жизненно необходим ретрит на Алтае. «Для восстановления энергетического баланса после вашей тяжелой московской ауры».
Вадим потянулся к планшету. Его пальцы привычно дрожали над кнопкой «Перевести».
— Стоп, — я положила руку на экран. — Вадик, давай посчитаем. Билет до Горно-Алтайска, проживание в кедровом срубе, пантовые ванны... Это ровно 14 500 твоих любимых яиц. Или 3000 батонов. Если ты сейчас нажмешь «Оплатить», я нажимаю «Подать на раздел имущества».
И тогда ты будешь считать не мои завтраки, а сколько сантиметров в этой квартире принадлежит тебе, а сколько — моим юристам.
Маргарита Степановна охнула и прижала руку к груди.
— Вадим, она тебе угрожает! Она меркантильна!
— Нет, мам, — Вадим вдруг посмотрел на планшет так, будто видел его впервые.
— Она просто очень хорошо научилась считать. Как я её и просил.
Он закрыл приложение.
— Мам, на Алтай ты поедешь... когда продашь свою коллекцию винтажных сумок. А Люся... Люся, купи завтра два батона. И икру. Черную. Мы празднуем твой новый стиль управления.
Маргарита Степановна уехала через час. Но самое интересное не это. Через неделю я нашла у Вадима в планшете новую папку. Она называлась «Цветы для Люси». В ней не было сумм. Там были только фотографии моих любимых пионов и пометка: «Бесценно. Не подлежит аудиту».
А на чьей стороне в этой истории вы: на стороне «экономного» Вадима, «просветленной» свекрови или Люси, которая решила, что черная икра — лучший ответ на подсчет яиц? Делитесь своими историями о семейном бюджете, от которых волосы встают дыбом! 🤓