Точно так же, как постепенно преображаются здание и интерьер будущего Музея тканых историй, все отчетливее вырисовываются его внутреннее содержание, экспозиция и ее формат. 21 февраля в Кузьмовырском сельском доме культуры состоялась рабочая встреча, посвященная обсуждению концепции Музея тканых историй. В ней приняли участие представители кузьмовырского и байвальского сообществ и авторская творческая группа: из Нижнего Новгорода приехал руководитель проекта Александр Юминов, из Ижевска – научный руководитель Вера Болдырева, из Перми – художник-архитектор экспозиции Петр Стабровский. И, разумеется, к обсуждению при желании могли присоединиться все, кто в этот день и час оказался в Кузьмовырском клубе.
Совместная кропотливая работа над наполнением Музея тканых историй велась в течение года. Кузьмовырские участники творческой группы вместе с волонтерами искали, описывали, тщательно измеряли, приводили в порядок возможные будущие объекты экспозиции – предметы быта и одежды, ткацкие инструменты и детали станков, рулоны тканей, собирали личные истории, связанные с этими предметами. Атрибуция экспонатов проходила при постоянном консультировании и под управлением научного руководителя проекта Веры Геоленовны Болдыревой. Сколько раз переделывались и дополнялись таблицы со списками найденных и подаренных жителями деревень старинных вещей, тканей, одежды, фотографий! И эта работа продолжается, потому что наш музей – живой и динамичный. Конечно, все собранное и атрибутированное не войдет в будущую постоянную экспозицию, но обязательно останется в фонде музея и будет присутствовать в качестве экспонатов на временных выставках или других активностях.
На рабочей встрече поднималось множество вопросов. Структура будущего музея, его внутренняя философия и отличие от привычных деревенских музеев, доступность, актуальность и привлекательность для разных категорий посетителей, организация экскурсий с экскурсоводами и медиаторами (да, в нашем музее будет медиация, и скоро мы подробно расскажем, что это такое!), возможность организации временных выставок в этом пространстве…
После обсуждений и очень недолгих дебатов остановились на варианте структуры экспозиции, разработанном Верой Геоленовной Болдыревой: четыре условных раздела, которые будут включать в себя историю и географию места, его «женское» начало, связанное с тканью и плетением, «мужское начало» – тоже через плетение, и раздел «про запас» – как и почему многое сотканное, сплетенное и сшитое не было использовано по назначению, а десятилетиями хранилось в сундуках и амбарах.
– Думая над концепцией экспозиции, я изучала научные материалы по истории Удмуртии, – объясняет свое видение структуры Вера Геоленовна. – Особенно интересовали труды, посвященные ремеслам и декоративно-прикладному искусству. И работы доктора исторических наук Нэлли Павловны Лигенко навели на мысль, что под тканью мы подразумеваем каким-либо образом сплетенный из волокон материал. А это уже дало простор для творчества. Женщины ткут из нитяных волокон, в основном из льняных и шерстяных, вяжут кружева. Мужчины тоже «ткут» – делают рогожу из лыка, плетут сети, «морды», лапти, корзины… И ткацкий станок, кстати, тоже делают мужчины! И еще один взгляд на ремесла, который мне понравился у Нэлли Павловны – эстетический. Она подчеркивает, что удмуртское ремесленное творчество носило не просто утилитарный характер, но во многом отражало взгляд крестьян на природу, на прекрасное, на конкретную ткань, материал… Вот эта категория прекрасного очень важна для нашего музея, и ее надо обязательно передать.
Благодаря краеведческим исследованиям Фаины Глебовны Корепановой и публикациям на странице Кузьмовырского клуба в «ВКонтакте» Людмилы Серафимовны Широбоковой удалось поднять исторический пласт экспозиции. Но как это выразить? Мне кажется, тоже через категорию прекрасного и утилитарного. Потому что чем и на чем люди живут, чем они окружены, – то и появляется у них в предметах. Источники для вдохновения – местные красивые ландшафты и природа, а для материала, для ткачества и плетения, – и лен, и липа, и береза, и овцы, и козы…
И, наконец, раздел «про запас»: меня заинтересовал вопрос, почему в Кузьмовыре такое большое количество тканей, целыми рулонами, оказалось невостребованным. Мне кажется, на этот вопрос тоже можно будет ответить в экспозиции.
– И все-таки сейчас очень много музеев в Удмуртии, – делится своими сомнениями Людмила Серафимовна Широбокова. – Они есть чуть ли не в каждой деревне. Только и слышно – этнографические музеи, школьные, частные. Есть музеи в церкви, на почте. Чем должен отличаться наш музей, чтобы он привлекал народ? Я вот смотрю – везде все одинаковое: утварь, половики, ткани, платья висят…
– Вот сейчас мы и устанавливаем базу музея, определяем разделы, на которые опираемся, идем от большого к малому, – поясняет Александр Геннадьевич Юминов. – Говорим о влиянии женщины и мужчины, природы и окружения… Мне, кстати, очень нравится раздел «про запас» – это разговор о среде, о традиционной деревенской привычке сохранять что-нибудь на будущее, на всякий случай. И это позволяет нам не просто показать ту же ткань, а привязать ее к месту.
Будет у нас и отдельная выносная экспозиция под рабочим названием «Открытое хранение» – о том, как хранятся текстильные вещи. Музей маленький – много посетителей сразу он не сможет принять. А нужно будет занимать чем-то всех, кто приезжает. Поэтому у нас будут и игры, и квесты.
– Вообще ткань – это удивительная вещь, – считает художник Петр Стабровский. – Это структура, сетка… И если говорить про ткань, то музей – это тоже такая ткань и структура, и может визуально выстраивать сетки и структуры. Вот у вас сновалка невероятная. Она производит намного более сильный эффект, чем ткацкий станок. Станок – вещь уже привычная, виденная многими, и есть во многих музеях. А это невиданная штуковина, к тому же у вас она такого большого размера. Она очень абстрактная по форме, и в ней очень много смысла наматывается. Эта штука просто с ума сводит! И это показательный эффект. Возможно, что-то такое и надо поселять в людях. И тут неважно, как на самом деле работает эта сновалка. Это просто какой-то образ, абстрактный и мощный. У нас же не этнографический музей, объясняющий предназначение тех или иных предметов. Это сегодня узнать несложно. А вот получить эмоцию – это да!
Кстати, о сновалке! Обсуждение концепции музея происходило среди пока еще неубранных декораций иммерсивного действа «Елки-моталки, палки-сновалки». И Петра Стабровского, который занимается архитектурой и световым решением экспозиции Музея тканых историй, наша сновалка, обнаруженная на чердаке заброшенного дома и ставшая одной из «героинь» иммерсивного действа, поразила в самое сердце. Казалось бы, чем может удивить скромный Кузьмовыр художника с таким музейным опытом и насмотренностью, как Петр Стабровский? Сейчас он, например, среди прочего работает с Пермской художественной галереей и музеем «Пермский период». А вот Кузьмовыр удивил все-таки! Да настолько, что сновалка едва-едва не стала и героиней «музейного» обсуждения – столько в ней философии и какой-то внутренней силы! Станет ли она объектом будущей экспозиции? Вряд ли это позволят небольшое пространство музея и правила пожарной безопасности. Но, без сомнения, свою роль она еще сыграет.
– Петр, на ваш взгляд, что-то определенное в содержании и формате музея уже прорисовывается? – поинтересовались мы после обсуждения у Петра Стабровского.
– Безусловно, все стало прорисовываться. Проделана большая работа со зданием – то, о чем в прошлый мой приезд летом только думали, уже сделано. Убраны потолки, освобождено пространство. И это вдохновляет. Как и сновалка, просто суперкосмическая штука. И размышления о ткани не только как непосредственно про саму ткань, но как про какие-то плетения, структуры. И то, что через ткань, как частный случай структуры, можно поговорить о многом. Я вижу свою задачу – создать форму, физический образ экспозиции. И вот эта сетка ткани, какая-то упорядоченная структура меня вдохновляет.
– Вас не смущает, что помещение будущего музея небольшое? Есть ли там, где развернуться художнику по свету?
– Совсем не смущает. Помещение небольшое, но очень интересное по структуре. Я думаю, что развернемся. Сейчас очень сложно говорить, потому что нужно осмыслить ворох полученного материала. И опять же сновалка… Закрываю глаза – и она у меня вращается в голове. Может быть, она станет каким-то ключом, вдохновением для того, чтобы намотать на нее, создать ту самую основу. Может быть, так не получится. Но, по крайней мере, сейчас уже есть конкретные направления, список предметов, тематическая структура… И это интересно.
Текст, фото – Светлана Мальцева.
Проект «Музей тканых историй деревни Кузьмовыр» реализуется при поддержке Благотворительного фонда Владимира Потанина.
Проект «Деревенский музейный кластер» реализуется при поддержке Фонда президентских грантов.
#ПА #ПубличныйАрхив #KAMArecords #НКО #ТканыеИстории #Наследие #Традиции #Кузьмовыр #фондпотанина #музейбезграниц #музей4_0 #ФондПрезидентскихГрантов #ФПГ