2026-й год выдался для российского списка Forbes знаковым: в нем впервые насчитали сразу четырнадцать отечественных миллиардеров. Среди затесавшихся в этот узкий круг фамилий — Александр Ткачев. Фигура, согласитесь, с двойным дном: бывший губернатор Кубани, экс-глава Минсельхоза, а ныне — обладатель состояния, перевалившего за скромные (по меркам списка) 1,8 миллиарда долларов.
Читатель сейчас, скорее всего, хмыкнет: дескать, чего ради автор копошится в прошлом чиновника, давно списанного в политический тираж? Миллиардеров в стране — пруд пруди. Но тут есть один нюанс. Пока в Новосибирской области разгорается скандал с тотальным истреблением крупного рогатого скота, память услужливо подкидывает другую, более старую историю. Ту самую, кубанскую, где под шумок «африканской чумы» свиней резали десятками тысяч, а дела семейства Ткачевых — их детища — «Агрокомплекса» — резво пошли в гору. Вот мы и решили: чтобы понять, как устроена аграрная кухня современной России, стоит пройтись по вехам этой истории успеха. Остальное — дело личных выводов.
Лихие и свои
90-е в станице Выселки кипели по-своему. Там, в кубанской глубинке, нашлась своя «крыша» — группа крепких парней, каких тогда величали «братками». Они держали в ежовых рукавицах всю местную сельхозпродукцию: у фермеров зерно скупали за бесценок, а чужаков сюда соваться отучали быстро и жестко.
Один из бывших шоферов местного элеватора «Агрокомплекса» как-то обрисовал механизм: «На площадке — очередь из фур. Вдоль них ходят ребята, высматривают “левых”. Найдут — увозят “поговорить”. Возвращается мужик быстро, молча садится в свой КамАЗ — и всё, больше его здесь не видели». За этим, по слухам, стояли люди из окружения Ткачевых. Причем долгое время главной фигурой там был не сам Александр, а его отец — Николай Иванович. Именно он сваял тот фундамент, на котором сын позже отстроил настоящего агромонстра.
Как цементировали империю
Идея перекроить колхозные земли вызрела у Николая Ткачева задолго до того, как страну накрыло рыночной стихией — еще в семидесятых, когда он трудился замом председателя райисполкома в тех же Выселках. Тогда под его дланью стартовала кампания по ликвидации колхозных садов и виноградников.
Официальная версия звучала железобетонно: хозяйства надо укрупнять, а производство — затачивать под узкую специализацию. Так родились межхозы. На деле же колхозы лишились плодово-ягодного сегмента. Зато животноводство чувствовало себя вольготно — работал стабильный «Мясопром». Предприятие с серым названием, но с ясными перспективами: пятьсот сотрудников имели постоянную работу и, по местным понятиям, приличные условия.
Восьмидесятые принесли новую игрушку: на колхозные деньги соорудили межхоз по производству комбикорма. Именно он станет тем локомотивом, вокруг которого позже сцепится вся будущая конструкция. Тут Ткачев-старший плотно сдружился с первым секретарем райкома КПСС Климовым. Дружба дала плоды: Николай Иванович возглавил межхоз и тут же начал выстраивать вертикаль. В нее органично вписался и сын Саша, только что отстрелявшийся в Краснодарском политехе.
Из кочегаров — в секретари
Старт карьеры Александра Николаевича блеском не отличался. Теплотехник, потом начальник котельной. Должность неприметная, но, как говорится, ответственная.
С отчетностью у будущего губернатора, правда, лада не было. Один из бухгалтеров вспоминал, как Сашка приносил бумаги главному бухгалтеру, а та, мельком глянув, без лишних слов отправляла их в мусорную корзину. Но финансовая неграмотность щедро компенсировалась другими талантами: молодой человек лихо играл на гитаре, аккордеоне и даже фортепиано, участвовал в самодеятельности. Рахманинова, правда, из него не вышло — слишком быстро нашлось дело посерьезнее. Сначала он дорос до главного механика, а затем, с благословения секретаря райкома Климова и при активном участии заботливого отца, занял кресло первого секретаря райкома комсомола.
Тогда же прорезался жесткий стиль: за год Саша сменил с десяток замов. Позже, уже в губернаторском кресле, этот метод кадровых чехард спишут не на прихоть, а на особенности характера.
Операция «Наследник» и экспансия
В начале девяностых Николай Ткачев отошел от дел по здоровью. Александр не стал изобретать велосипед: снова пошел к знакомому районному начальству и попросил поставить его на отцовское место. Вопрос решили быстро: сын встал у руля, а отец формально стал его замом.
Уже в 1993-м тандем провернул преобразование предприятия в ЗАО. Под крыло новой структуры отошли активы, которые колхозы копили десятилетиями.
Отдельная сага — «Мясопром». Там заправлял Алексей Терещенко, но его быстро попросили. На смену пришел новый менеджер, который тут же инициировал слияние с межхозом. Так родился бренд, знакомый теперь всей стране, — «Агрокомплекс».
В нагрузку к слиянию прилагались ресурсы: около пяти тысяч гектаров земли. По ельцинским законам их должны были отдать местным жителям. На деле же они оказались в распоряжении новой конторы.
В лихие годы «Агрокомплексу» жилось сытнее, чем разваливающимся колхозам-совхозам. Сыграли старые связи Николая Ивановича — вплоть до тогдашнего вице-премьера Александра Заверюхи. Предприятие пожирало соседей одного за другим, наращивая обороты. И не думало останавливаться после девяностых.
В начале нулевых в Выселках работал гигант — сахарный завод «Кристалл» (принадлежал компании «Русский сахар»). Но после того как суд приостановил его деятельность (официально — из-за экологических нарушений), владельцы попали в цейтнот. Апелляции вплоть до Путина не помогли, и контрольный пакет уплыл в «Агрокомплекс». По той же схеме в холдинг въехали последние независимые и прибыльные хозяйства района — «Рассвет» и «Нива». Земельный банк семьи прибавил еще двадцать тысяч гектаров, достигнув сотни тысяч. Тогда-то Ткачев и начал величать себя одним из крупнейших землевладельцев Европы.
Занятная деталь: многие предприятия, которые переходили под крыло «Агрокомплекса», незадолго до сделки почему-то оказывались на грани банкротства. Совпадение? Наблюдатели считали это фирменным почерком холдинга.
От губернатора до долларового миллиардера
Сегодня в «Агрокомплексе» трудятся более десяти тысяч человек. Зарплаты там не ахти, но выбирать кубанским хуторянам особо не приходится: иной работы нет, а если уйдешь — путь в другие хозяйства заказан. Конфликтовать с проверяющими — себе дороже.
В разных районах Кубани методы давления разнились. В Кущевской, помнится, фермерам банально мешали выйти в поля во время посевной. Земля пустовала, хозяев объявляли неэффективными, и участки уплывали в другие руки. В Выселках действовали тоньше: районное управление сельского хозяйства спускало план по урожайности, и если хозяйство не вытягивало, землю забирали.
В 2000-м Александр Ткачев возглавил Краснодарский край — житницу страны. В годы его правления регион лихорадило от эпидемий: то африканская чума свиней, то птичий грипп. Но активы «Агрокомплекса» эти напасти обходили стороной. Ах, какое знакомая мелодия, правда? Особенно на фоне нынешней бойни скота в Новосибирске.
В 2015-м Путин позвал Ткачева в Москву, на пост министра сельского хозяйства. Там Александр Николаевич быстро прославился идеями. Самая громкая — уничтожение санкционки. В первые же сутки под колеса тракторов отправили 300 тонн продуктов, а за год — все 7,5 тысячи тонн. Вариант раздать качественную еду нуждающимся, как вы понимаете, даже не рассматривался.
Тогда же случился и «тракторный марш» 2016-го. Кубанские фермеры рванули в Москву жаловаться Путину на беспредел в отрасли. Их остановили на подступах к Ростовской области. Сам Ткачев отмахивался: мол, это политика, а не реальное положение дел. Уже в 2018-м он покинул министерское кресло. Но за недолгий срок в правительстве «Агрокомплекс» успел прирасти еще 150 тысячами гектаров. Конфликта интересов в этом Ткачев, естественно, не видел.
Точку в публичной карьере поставил эпизод 2019-го, когда сеть взорвало видео из частного самолета. Ткачев в обнимку с высокопоставленными чиновниками — Аркадием Дворковичем и Натальей Тимаковой — душевно пел «Ах, судьба моя, судьба», а затем поднимал тост «за аграрное лобби».
После этого Александр Николаевич целиком ушел в бизнес. К 2021-му он сконцентрировал в руках более 77% акций «Агрокомплекса». Сегодня, по данным Forbes, холдинг — среди лидеров по земельному банку в России. Площадь владений перевалила за 700 тысяч гектаров, а их стоимость взлетела до небес. Экс-чиновник окончательно трансформировался в крупного агробизнесмена, сосредоточившись на прибыли.
И вот теперь, глядя на нынешнего министра Оксану Лут, я думаю: ну что вы, право. По сравнению с Александром Николаевичем она — сущий ангел во плоти. А вся эта история с забоем скота в Новосибирске — так, мелкое недоразумение, разминка. Учитывая, какой богатейший опыт оставил предшественник, Оксане Николаевне определенно есть, куда стремиться.