Насквозь пролетев через нижний город, почти к полудню, Джулиан оказался в районе, где между дешёвыми тавернами и ночлежками стоял «Золотой олень». Заведение было не самым дорогим, но и не самым грязным — место, где встречались и купцы средней руки, и приказчики из богатых домов, и разорившиеся дворяне, и даже иногда слуги из знатных семей, спустившиеся в город по делам или просто погулять.
Джулиан толкнул тяжёлую дверь, и его окатило волной запахов — эля, жареного мяса, дыма и людского пота. Внутри было шумно, почти все столы заняты. Где-то в углу спорили купцы, раскладывая на столе образцы тканей. У стойки двое подмастерьев что-то горячо обсуждали, размахивая кружками. В дальнем конце зала, у камина, сидел пожилой человек в дорогом, но поношенном камзоле и мрачно смотрел в одну точку — скорее всего, проигравшийся дворянин.
Джулиан нашёл свободный столик в углу, у стены, откуда можно было видеть весь зал. Сел, положив нож-ключ перед собой на стол — на всякий случай, чтобы все видели, что он при оружии. К нему тут же подошла подавальщица, молодая, бойкая, с рыжими кудряшками и веснушчатым лицом.
— Эля, — сказал Джулиан, выкладывая монету. — И если будут горячие пирожки… тоже давай.
— Будет, — девушка ловко схватила монету и исчезла.
Джулиан принялся осматривать зал.
#параграф
