Иногда истории про «шумных соседей» представляют собой не просто про плохую звукоизоляцию и невоспитанных детей, а вполне себе системное

Иногда истории про «шумных соседей» представляют собой не просто про плохую звукоизоляцию и невоспитанных детей, а вполне себе системное давление, которое очень похоже на выдавливание человека из собственной квартиры

В канал обратился житель обычной многоэтажки на ул.Свердлова 15 в Новокуйбышевске. По словам мужчины, с лета 2024 года он живет в режиме постоянного акустического террора. Сверху семья с двумя детьми с классической отговоркой: «это дети, они так играют». Однако на деле это ежедневный сценарий, который трудно назвать случайным:

Началось ежедневное скрежетание мебелью по полу, бег, прыжки, топот, бросание тяжелых предметов на пол. Причем прыжки такие как будто прыгают взрослые слоны. Все эти действия производились в течение дня каждые 10-20 минут начиная с 6-7 утра и до поздней ночи до 24 часов и позже (например включали устройства типа антисосед с вибрацией продающиеся на маркетплейсах). И преимущественно над теми комнатами в которых я находился, а именно, где был Включен телевизор или играла музыка, а также там где я разговаривал.

То есть я находясь в своей квартире не мог ни нормально работать на удаленке, ни отдыхать.

Попытки решить вопрос по-человечески результата не дали. На просьбы прекратить шум лишь обвинения:

Попытка обсудить с соседями ситуацию и прекратить ежедневный грохот у меня над головой ни к чему не привела. Более того, соседка сверху сказала, что «я угрожал ее ребенку» (это она так расценила мою просьбу не топать), а также сказала что «шумят дети и они так играют, она ничего не может сделать потому что это дети». я сказал, что обращусь в отдел ПДН или могу обратиться в суд т.к. уже видел подобные дела, где соседям удавалось отсудить до 50 000 рублей за намеренный систематический шум. На это соседка сказала «обращайтесь куда угодно, я тоже обращусь»

После обращения в ПДН вместо проверки было фактическое самоустранение. Инспектор, по словам заявителя, предлагает «не подходить к детям» и… «общаться с соседом по-мужски». Не разбираться, не фиксировать, не предупреждать, а переводить конфликт в плоскость личного столкновения. При этом видеозаписи двух месяцев систематического шума даже не принимаются: «вы ничего не докажете»

В тот же день, после ухода полицейских…началось всё то же самое - прыжки, бег, топот, бросание предметов, хлопанье дверьми.

Через неделю пришел ответ из полиции о том, что в двух словах «все нормально и нет повода для беспокойства».

Через некоторое время появился новый элемент: скачки температуры воды в квартире. При включении душа резкие перепады от холодной до кипятка каждые несколько секунд. Настолько, что можно получить ожог:

Сначала мне казалось, что дело в смесителе, но так как в раковине ситуация с водой аналогичная, то дело в чем-то другом. Судя по всему Соседи сверху поставили термостат или какое-то устройство которое влияет на температуру горячей воды в моей квартире. 

Управляющая компания «Новоградсервис» на обращения реагирует формально: замер температуры «в норме». Проверить оборудование у соседей сверху не могут уже третью неделю. Причина — «не берут трубку». При том, что, по словам заявителя, жильцы находятся дома ежедневно.

Я не знаю насколько показателен мой кейс и чего именно добиваются мои соседи сверху. Сейчас есть проблема с горячей водой контрастным душем и стучат в пол над спальней ежедневно с 6 утра и раньше, а также в течение дня и доносятся детские голоса когда стучат. Но я считаю, что эта ситуация достойна внимания, возможно этот опыт тиражируется в области еще где-то и возможно где-то добиваются открытого конфликта  для целей квартирного рейдерства, вымогательства, или пытаются заставить съехать

Точно ли здесь обычный бытовой конфликт? А то это уже выглядит как модель давления. Так-то подобные кейсы давно описаны: через постоянный шум, провокации, бытовые конфликты человека доводят до состояния, когда он сам готов съехать или продать квартиру с дисконтом — лишь бы прекратился этот ежедневный стресс. Иногда добавляются административные рычаги, иногда попытки сформировать образ «конфликтного соседа».