Найти в Дзене
Афганистан 1979-1989 г.г.

.Мещеряков Юрий Альбертович Панджшер

Нас предали.
Это случилось в апреле.
Зеленых, неопытных в самую печь,
А мы ненавидеть еще не умели,
На карте размашисто стрелы краснели,
Чтоб в землю под ними размашисто лечь.
Мы месяц назад еще были в Союзе,
Беззлобно глядели с балконов в Афган...
Сегодня мы станем двухсотым грузом,
Когда надорвемся от ран.
Нас предали --
весь батальон --
не под пыткой,
Нас в бездну отправил штабной карандаш,
И мы отхлебнули от чаши с избытком --
Мы приняли жребий наш.
И волосы дыбом,
И мысли глыбой
Уперлись в виски изнутри --
Мы месяц назад еще дома были,
Теперь -- у последней черты,
На левый кулак заарканены нервы,
А в правом АК раскален до бела,
Какая-то самая главная стерва
Нас в этот мешок загнала.
Безвыходны стены крутого ущелья,
Прикрытия нет на хребтах,
Наверно, мы очень хорошие цели --
Как в тире расставлены люди-мишени
От смерти своей в двух шагах.
И первая метка досталась связисту --
Над краем панамы -- хрясь!
В разгуле стрельбы потерялся тот выстрел
И юный связист, опрокинутый в грязь.
П
Оглавление

Аннотация: Если мы не расскажем о своем времени, никто о нем не расскажет...

ПАНДЖШЕР Аннотация: 30 апреля годовщина гибели 1 мсб 682 мсп. Земля им пухом..

Нас предали.
Это случилось в апреле.
Зеленых, неопытных в самую печь,
А мы ненавидеть еще не умели,
На карте размашисто стрелы краснели,
Чтоб в землю под ними размашисто лечь.
Мы месяц назад еще были в Союзе,
Беззлобно глядели с балконов в Афган...
Сегодня мы станем двухсотым грузом,
Когда надорвемся от ран.
Нас предали --
весь батальон --
не под пыткой,
Нас в бездну отправил штабной карандаш,
И мы отхлебнули от чаши с избытком --
Мы приняли жребий наш.
И волосы дыбом,
И мысли глыбой
Уперлись в виски изнутри --
Мы месяц назад еще дома были,
Теперь -- у последней черты,
На левый кулак заарканены нервы,
А в правом АК раскален до бела,
Какая-то самая главная стерва
Нас в этот мешок загнала.
Безвыходны стены крутого ущелья,
Прикрытия нет на хребтах,
Наверно, мы очень хорошие цели --
Как в тире расставлены люди-мишени
От смерти своей в двух шагах.
И первая метка досталась связисту --
Над краем панамы -- хрясь!
В разгуле стрельбы потерялся тот выстрел
И юный связист, опрокинутый в грязь.
Панджшер!
Сколько бурых оттенков
Размыто в твоих бурунах...
Нас всех аккуратно поставили к стенке
И больно ударили в пах.
Обвал.
Это было похлеще обвала.
Упрямый кинжальный огонь.
Нам лет было мало,
а крови хватало,
Когда она била в ладонь.
Лучистого цвета
с последним приветом
Из самого сердца -- земле.
Смотрело в глазницы афганское небо,
Свидетель на страшном суде.
О, Господи!
Как они жутко кричали,
Кто сразу не смог умереть,
Им ангелы все прегрешенья прощали,
Их души от скверны земной очищали,
Чтоб в белое платье одеть.
Ущелье в последний набат грохотало --
То был поминальный гром.
Нам лет было мало,
а крови хватало,
Разбрызганной красным дождем.
Мы сделали всё,
Мы за воздух держались.
Вслепую огонь -- рикошет!
И пули надрывно и тонко визжали,
Буравили белый свет.
А нас методично
с сиропом клубничным
Сожрали за два часа,
И личный состав навсегда стал безличным,
Как свечи потухли глаза...
Панджшер уносил в бурунах полумертвых
И тех, кто остался цел,
Чужой и холодный, камнями затертый
Он вытащить всех не сумел.
Нас предали.
Позже пожали плечами,
Покрылись испариной, сморщили лбы,
Кому-то и что-то в сердцах отвечали,
Потом рапорта по команде писали
О страшных дорогах солдатской судьбы.
март 1988 г

Автор Участвовал в боевых действиях в Афганистане, проходил службу в 682 МСП (Баграм, Руха).

-2