В 2026 году полки сетевых магазинов захватили «бренды-призраки», которые выглядят как премиум, но сделаны по упрощенным стандартам ритейлеров.
Ирина Ли
Поход в «Пятерочку» или «Магнит» теперь напоминает нечто вроде квеста по поиску честного килограмма. Росстат заявляет, что годовая инфляция фиксируется на уровне 5,9%, но на полках в это же время идет процесс скрытой «усушки». Эксперты рассказали «Новым Известиям», почему корзины отечественного потребителя «худеют» быстрее, чем цены.
Касриловка-2026: «Разрезать селедку на пять кусков»
Эта самая шринкфляция (уменьшение объема при сохранении цены) в 2026 году стала нормой. Анатолий Баранов, член Центрального Совета профсоюза «Новый Труд», уверен, что за современным англицизмом скрывается старая как мир практика выживания в нищете.
«Только не надо думать, будто кроме забавного англицизма придумали что-то новое. В повести „Тевье-молочник“ Шолом-Алейхем пишет: „Касриловка жила плохо, это была юдоль нищеты. Помню лавочки, в которых товару было за все про все рубля на три. Владелец покупал селедку за три копейки, разрезал ее на пять кусков и продавал по копейке кусок. Вместе с фунтом хлеба это составляло обед или ужин“, — приводит цитату из произведения эксперт и указывает, что сегодня эта „касриловская“ экономика возвращается в виде молока по 700 мл и упаковок по шесть яиц.
По словам Анатолия Баранова, в провинции, например в Таганроге, по утрам в определенные места приезжают машины из сел и продают молоко на разлив в тару покупателя, а на базарах яйца и вовсе уходят поштучно.
«Вопрос только в покупательской способности населения, которое не может тратиться слишком много — и ему предлагают посильную расфасовку, разумеется, с небольшой маржой», — делится собеседник с изданием.
Уловка года: экспансия магазинных марок
Если раньше мы искали подвох в весе пачки масла, то теперь проблема куда шире. Создатель платформы «Постмаркетинг Daily» Игорь Бевзенко в интераью «НИ» обратил вниманаие на засилье СТМ — собственных торговых марок сетей, которые активно вытесняют привычные бренды.
«И если на заре явления, пятнадцать-двадцать лет назад, СТМ в основном создавались в категории суперэконом и явно были заметны на полке (типичная легенда продукта в нарочито простой упаковке: мы не тратим денег на маркетинг — поэтому у нас честная, низкая цена), то теперь собственные торговые марки проникли во все сегменты — вплоть до премиального, и их упаковка легко мимикрирует под дизайн привычных продуктов», — говорит эксперт.
Сегодня у крупных ритейлеров уже по сотне различных наименований собственных брендов. Покупатель часто берет продукт, который выглядит как качественный бренд, но на деле это заказ сети со сниженной себестоимостью.
Цифры против ощущений: триллион на «воздухе»
Почему данные Росстата (рост цен всего на 0,08% за неделю в марте) так расходятся с реальностью? Игорь Бевзенко объясняет это разницей в методологии подсчета «корзины».
«Если сравнивать индивидуальную „корзину“ потребления любого человека на улице с данными Росстата, различие будет существенным. Если сравнивать полку конкретного магазина в каком-либо регионе со средней статистикой, данные тоже будут различаться. Где-то на 10%, а где-то на 20% и выше. Все зависит от задачи этого упражнения. Некоторые исследователи фиксируют рост цен на отдельные группы продуктов питания в размере 30% — это тоже справедливо. Более того, мы сможем найти продукты, подорожавшие в несколько раз», — констатирует эксперт.
Согласно последним отчетам, за неделю морковь подорожала на 2,7%, помидоры — на 3,7%, а яйца — на 1,7%. Но это верхушка айсберга. По данным мониторинга за 2025–2026 годы, средний вес упаковок в России сократился на 3–5%.
Орехи и сухофрукты: потеря веса до 22%;
Шоколад: плитки по 80 г окончательно стали стандартом;
Бакалея: пачки крупы по 750–800 г вытесняют килограммовые.
Когда пачка сметаны «худеет» на 50 грамм, цена в отчете не меняется. Но фактически вы платите на 15–20% больше за тот же объем. По оценкам Союза потребителей, такая «невидимая инфляция» ежегодно обходится россиянам в сумму около 1 трлн рублей.
Есть ли предел у «сжатия»?
Пока люди покупают уменьшенные упаковки, предела уловок не будет. Игорь Бевзенко считает, что предел определяется только готовностью покупателя «голосовать за товар рублем».
«Во многих странах можно купить одно яйцо в индивидуальной упаковке — существенно дороже, чем одно из десятка. Уловка ли это? Наверное, нет. Это новый способ удовлетворять потребность рынка в штучной развесовке продукта. И, что самое главное, обнаружение готовности за него платить. Важно различать недолив молока, например, как попытку обмануть беспечного потребителя или предоставить новое решение для тех, кому литр — это много», — подытожил собеседник.
Реальность пенсионной реформы: как обещанные 40% от зарплаты превратились в четверть
Перфоратор за еду: как ломбарды в 2026 году становятся единственным банком для народа