Кто я такая, что такое арт-медиация и почему мне это важно?
Адель Еникеева, дизайнер по образованию, человек искусства и культуры в душе. А душа у нас всегда рвётся наружу, так ведь? Вот и я не смогла устоять и совершенно неожиданно для себя ворвалась в мир музеев. Путь искусства начался намного раньше, чем я смогла это осознать. После первого курса университета небольшой группой студентов мы отправились на музейную практику по городам Финляндии и Швеции. Там я впервые открыла для себя понятие «современное искусство». Было, как принято говорить, «ничего не понятно, но крайне интересно». Вчитываясь в редкую информацию на английском, я силилась понять, что же такого хотел сказать автор. Это было первое знакомство и настоящая любовь.
Позже я оказалась на Уральской индустриальной биеннале современного искусства – огромном празднике смыслов, идей и живой мысли. Там я открыла для себя понятие «медиация» в контексте общения с искусством. На медиаторской экскурсии мне сказали, что искусство не надо понимать из позиции «что надо об этом думать», нужно задавать (себе и людям рядом) вопросы и отвечать на них искренне, сопоставляя увиденное с личным опытом. Так искусство оказывает впечатление в полную меру и случается та магия, когда увиденное переворачивает жизнь. Моя жизнь действительно перевернулась, намеченная прямая дорога будущего, дорожка дизайна извернулась, и я по наклонной покатилась прямиком в музей.
Так я оказалась на собеседовании в Уральском филиале ГМИИ им. А.С. Пушкина. Мне предстояло вести те самые «медиаторские экскурсии» – создавать комфортную обстановку для общения людей вокруг произведений, где каждый мог сформировать свои смыслы, почувствовать, поделиться и умножить восприятие за счёт коллективности. Позже я включилась в другие проекты самого разного рода: вместе с коллегами мы делали проект для старшего поколения, детей, подростков, семей… Многое прошло за время работы, и даже перейдя в другую институцию, принцип, который я усвоила очень давно, остаётся со мной: культура – это диалог, любое искусство понятно, если мы общаемся с ним, откроешься ты – откроются тебе.
Так, получив опыт на различных проектах разного масштаба, я оказалась на этом проекте.
«Музей для друзей» и диалоги
Готовясь к предстоящей мастерской, я, Александр Геннадьевич и команда проекта много обсуждали варианты его течения и желаемые результаты. Список моих идей был огромным, на 2,5 страницы формата А4, но всё не складывалось, всё было так зыбко, не то… Чувствуете, о чём я забыла? Диалог. Как можно готовить программу, посвящённую медиации, не находясь в диалоге с местом, с людьми, для которых она будет создана? Проект, существующий уже более 10 лет, затрагивающий самые разные аспекты культуры, нацеленный на планомерное развитие района, как можно объяснить это всё за несколько онлайн-созвонов? Было принято стратегическое решение: мы отодвигаем в сторону все планы, и я прыгаю в поезд до Удмуртии, чтобы увидеть, почувствовать, поговорить.
Мы решились на эксперимент. Я, не имея никакого плана, должна была познакомиться с будущими участниками мастерской, рассказать им о медиации. Затем у меня будет около часа в «Музее исчезнувших деревень», по которому на следующий день мне нужно было провести медиаторскую экскурсию для местных жителей. Времени на долгие знакомства не было, динамичность принимаемых решений была необходима, но для проекта, который предполагает сотворчество, нельзя быть в «указывающей» позиции, поэтому первые шаги делались интуитивно. И всё получилось.
Я не готовила презентацию к первой встрече, решив довериться принципу равного знакомства, я говорила о своём опыте и старалась чутко реагировать на ответы, меняя повествование в зависимости от интересов людей. Аудитория новая, очень разная: по возрасту, опыту, интересам. Однако самое главное в жителях Сепа, Кузьмовыра и Игры общее – безмерная любовь к родным местам, семейная сплочённость и азартная открытость ко всему новому. Нужно ли что-то большее?
Далее мне предстояла одна из самых быстрых подготовок к медиации в жизни. Не могу сказать наверняка, можно ли получившуюся экскурсию назвать «арт-медиацией» в полном смысле, но результат меня устроил. Я провела в «Музее исчезнувших деревень» в Сепе около 40 минут. На подготовку к медиаторской экскурсии в классическом понимании понадобилось бы около двух месяцев активной работы, поиска информации, проверки источников, отработки техник взаимодействия. Есть только одно важное «но» – сколько бы я ни готовилась, я никогда не расскажу историю деревень её коренным жителям лучше, чем они сами. Но в моих силах предложить им новый взгляд на то, к чему они привыкли.
Для экскурсии я модифицировала технику рисования карт по памяти. У меня была аудитория из разных деревень, разного возраста, но мне было важно показать, что вне зависимости от места жизни мы все очень похожи. Мы ходили по музею, вспоминали яркие моменты из жизни, проводили параллели между текущей реальностью, воспоминаниями и даже сновидениями, попутно рисуя карты важных точек в своей жизни, затем сопоставляли их и обсуждали. Итог хотелось подвести за пределами музея, ведь музей – это концентрация памяти, но реальный объект исследования – большая территория. Мы собрались у погибшего дерева, ставшего местной достопримечательностью, говоря о живости памяти и способах её поддержания, нащупывали своё понимание метафоры «древо жизни» и думали о том, как его сохранить.
Табани, люди и будущее мастерской
«Адель, вы не можете уехать, не попробовав табани, здесь они самые вкусные!» – мой живот уже лопается, но вялые сопротивления мало кого волнуют, а я и делаю-то это для вида, уже попрощавшись с талией и ощущая безмерное гостеприимство в каждом кусочке чайного застолья. «Что такое табани?» – «Оооо, это нельзя объяснить, – хитро говорит мне Александр Геннадьевич, – это надо пережить!». Он абсолютно прав. Есть вещи, которые можно долго объяснять: что такое арт-медиация, насколько вкусные табани в Сепе, что за люди живут в Игринском районе Удмуртской Республики, но это мало продуктивно. Это надо «пережить». Приехать, попробовать, поговорить и влюбиться окончательно и бесповоротно. Наверное, раньше я и это описала бы словами «непонятно, но очень интересно/вкусно/приятно», но принципы арт-медиации позволяют через диалог сделать это интересно/вкусно/приятно ещё и очень понятным и близким сердцу.
По итогу поездки большая часть изначальных идей была отброшена, оставшаяся обрела очертания, появились намётки пути. Нам предстоит много месяцев совместного проектирования, итоги которого я не могу назвать. Потому что не я решаю. У меня есть опыт, есть своё видение, но я не вправе диктовать жителям, как им вести арт-медиации по родным местам, какие техники и приёмы им выбрать. Я буду предлагать, направлять, подсказывать, но я всегда буду следовать за людьми, подводить итоги их размышлений, оформлять в готовый продукт их виденье. Мы подготовим экскурсионные маршруты с игровой механикой. Какие? Мы решим это вместе, в диалоге.
Текст, фото – Светлана Мальцева.
Проект «Музей тканых историй деревни Кузьмовыр» реализуется при поддержке Благотворительного фонда Владимира Потанина.
Проект «Деревенский музейный кластер» реализуется при поддержке Фонда президентских грантов.
#ПА #ПубличныйАрхив #KAMArecords #НКО #ТканыеИстории #Наследие #Традиции #Кузьмовыр #фондпотанина #музейбезграниц #музей4_0 #ФондПрезидентскихГрантов #ФПГ