«Скакала красная конница по чёрной донской степи, разрезая сине-белое жаркое марево, и над нею сияло бесконечно прозрачное небо, а ещё выше — бесконечно тёмная ночь»
Никита Немиров — художник из Петербурга. Его страсть — русский авангард. Он пишет линии, фигуры и в чётко очерченных контурах стремится обрести возрождение. Для искусства и для себя самого. У Никиты есть девушка, самая обыкновенная из той либеральной среды, где интеллигенты и творческие личности считают себя самыми гуманными и толерантными вплоть до абсурда бытия. Когда между ними случается конфликт, и девушка бросает героя, тот отправляется в рейд по барам. Обратно пьяного невменяемого Никиту отвозит домой вовремя оказавшийся рядом Родион. Родион с самого начала Русской весны на Донбассе волонтёрит и помогает людям лукаво никем не признанной Республики. На следующее утро именно он позвонит Никите и предложит помочь ему с доставкой груза. Никита ещё не знает, что Родион в этом путешествии поможет ему гораздо больше. Он поможет ему обрести лучших друзей, лучший мир, лучшее искусство и… Вечность.
«Страшно быть маленьким в сравнении с этим огромным миром.
Страшно быть таким хрупким — секундой в вечности, бессмысленным сгустком органики в этой бесконечной Вселенной. Но этот ужас — не подлинный, а скорее наносной, литературный, киношный, лавкрафтовский — был, по сути, абстрактен и жил только в его голове.
А здесь, на линии фронта, он вдруг брёл чёткие и определённые очертания: страшно быть маленьким мясным человечком перед смертельным железом, которое может в любую секунду обрушиться на тебя, разрезать, размозжить, перемолоть».
Новинка от автора и книга, к которой я прикипела всем сердцем. Сюжет довольно простой, но главный герой — из тех, кто вызывает доверие, ибо и поступки, и характер, и даже вся эта душевная сложность, выраженная в неудовлетворении средой, самим собой, в страхе перед чем-то огромным и непостижимым — всё это реалистично и узнаваемо. Никита Немиров — это человек, который мог быть моим знакомым, моим другом, я сама могла бы быть этим человеком.
Книга, небольшая по объёму, являет собой целое путешествие в мир, куда вторгается война, но оказывается, что без войны там в действительности не было и мира. Был эрзац жизни с искусственными эмоциями и фальшивой ценностью. Перманентный когнитивный диссонанс между мыслями, ощущением себя и плюшевой реальностью, где историческое прошлое — досадное ненужное знание, а вовсе не основа самоопределения, необходимая для того, чтобы твёрдо стоять на ногах, а не болтаться в проруби. Немиров уезжает на Донбасс, и только эта израненная земля помогает ему обрести опору, только там его «мыслеобразы» выстраиваются в гармоничном порядке и так, как было задумано Творцом. Но, как и многое ценное в жизни, эта ясность приобретается через боль, и слёзы, и рубцы.
Несмотря на общий тяжёлый в эмоциональном плане контекст, книга написана с юмором. Это фирменные пелевинские шуточки, острые, но здесь — сдержанные.
«— Я вообще удивился, что в современном искусстве нашёлся хоть один нормальный человек. Сам же знаешь, какая это либеральная клоака имени галериста Гельмана. Как тебя вообще туда пустили?
— Куда — туда?
— В эту тусовку. Могу ошибаться, но у меня сложилось ощущение, что туда пускают только тех, кто трижды сплясал украинский боевой гопак перед синагогой, а каждое утро начинает с извинений перед цивилизованным миром за то, что он русский. Если он, конечно, русский. Если нет, достаточно гопака».
Дерзость горит огнём, а харизма рвётся из печатного текста и обретает плоть. Хвост — герой-ополченец, имеет реального прототипа. И зная, с кого списан характер, я испытываю огромную признательность за то, какую судьбу прописал автор для этого бойца, и вообще за то, что он появился именно в этой книге, в этой истории, за то, в каком качестве он там существует.
В книге присутствуют отсылки, не распознать которые просто невозможно. Очень круто изображён Первый со своим воинством, сражающимся с бесконечными полчищами безжалостных Теней.
«Голос его был грозным и скрипучим; он призывал с неба валькирий и просил богов, чтобы они дали ему молнии. На огненном коне он мчался в атаку и звал бойцов за собой, и те шли за ним, не раздумывая, под звуки торжественной гибельной музыки».
Кстати, книга очень кинематографична. Вот на что нужно снять фильм. Весь текст выстроен так, что он идеально ляжет в основу сценария, с минимальными потерями, а то и без них вовсе. Я-то посмотрела уже этот фильм в своей голове и прекрасно понимаю, какая это будет проникновенная драма на реальных событиях. Удивительно, но у меня даже язык не поворачивается сказать о том, что здесь присутствуют элементы мистического свойства в стиле Пелевина. Иными словами, «в смысле, это выдумано?» Если это выдумано, как наши раненые бойцы выживают в Аду? Есть, есть у них проводники, самые надёжные, и на небе, и на земле.
«— Слышишь? — сказал Хвост. — Поле шевелится. Это солдаты ещё той войны, ставшие землёй, говорят каждую ночь с теми, кто стал землёй совсем недавно. Спрашивают: «Что случилось? Зачем опять пашут нас танковыми траками? Зачем взрывают нас гранатами? Зачем усеивают нас ржавым железом и поливают кровью? Мы научились прорастать травой, деревьями и цветами, и вот теперь снова нам впитывать смерть каждый день». Новые солдаты пока не могут ничего ответить, они кричат и плачут в этой земле, они ещё не понимают. Но поймут».
И да, финал оглушает и обездвиживает, лишает воздуха. Спокойно читать не могла, хотя я стараюсь быть стойким солдатиком, уж сколько всего случается. Это на редкость выдающееся завершение для такого сюжета, хотя, на первый взгляд, в нём ничего такого нет. Но именно финал я перечитывала снова и снова и снова. Я уверена, что в нём сокрыто непостижимое сакральное знание, заключённое в том, как и где во Вселенной пересекается Жизнь и Смерть, Любовь и Искусство, Мир и Война, Мудрость и истинное Величие, Праведное Сражение и Смирение в истинно христианском смысле.
Всем читать, «Никто не умрёт», Александр Пелевин, история русского возрождения. И помнить — БОЙ В ОКРУЖЕНИИ УСТАВОМ ПРЕДУСМОТРЕН.
«И каждое утро это заканчивалось одним и тем же: как только, казалось, вот-вот падёт древний город, за первой розовой полоской рассвета взрывался горизонт ослепительным солнцем, и небесная красная конница приходила с востока, чтобы навалиться всей своей мощью на врага и отбросить его от городских стен.
Это происходило уже тысячу раз.
Будет так и теперь».