Рынок труда не стоит на месте. Многие профессии, которые казались незаменимыми всего несколько десятилетий назад, исчезли или сильно трансформировались. Для нас они стали «необычными», забытыми. Но все они оставили свой след в культуре, истории и традициях страны.
«Вымерли» фонарщики и скоморохи, водовозы и водоносы, бурлаки и шорники, дёгтекуры и смолокуры, шарманщики, ловцы пиявок, корзинщики, коробейники, плакальщицы, пастильщицы, портомойки…
Многие занятия подстроились под современные реалии. Так, ямщики превратились в водителей междугородних маршрутов, извозчики – в водителей городского такси, а писари (канцелярские служащие для составления и переписки бумаг) – в делопроизводителей.
Экзотика труда
В истории Сахалинской области немало профессий, унесённых течением времени. В пору каторги востребованы были майданщики (держатели закусочных, кабаков, табачных лавок, игорных домов в камерах); стрёмщики (за 15 коп. в день стоявшие у дверей и предупреждавшие о появлении надзирателя); барахольщики-старьёвщики (скупавшие и продававшие арестантские вещи) и многие другие. Целую их галерею вывел Влас Дорошевич в книге «Сахалин. Каторга» (1903 год).
Ушедшие в прошлое профессии пестрят на страницах архивных документов. Это чины тюремных и иных ведомств: правитель канцелярии; приходо-расходчик и экзекутор канцелярии военного губернатора о. Сахалина (он же бухгалтер); журналист-архивариус (журналист – не значит газетчик, это чиновник, совмещавший ведение журнала обо всех происшествиях, составитель донесений и заведующий архивом); чиновник особых поручений при военном губернаторе острова; переводчик японского, гилякского и айнского языков; смотритель центральных складов; письмоводители; смотрители поселений, акцизные надзиратели.
На пике востребованности на Сахалине в конце XIX и в первой трети ХХ века оставались трубочисты, к примеру, артель трубочистов в г. Александровске при отделе коммунального хозяйства, работавшая с 30 декабря 1927 года. Желавшие воспользоваться их услугой вносили в госбанк по 80 коп. с топки. Была заведена и специальная «книга трубочистов», где заверялось «производство очистки».
В ту же пору появились обладающие громким голосом и чёткой дикцией чтецы (на народных чтениях). Затем – чтецы (читчики) газет и агитационной литературы на производстве, а также агитаторы у карты, беседчики, политпросветчики, культпропы райкомов.
Когда-то в любом советском кинотеатре обязательно был квалифицированный киномеханик. Он следил за состоянием аппаратуры, заправлял плёнку в кинопроектор, настраивал качество изображения, звук, во время показа оперативно менял массивные бобины.
Эта профессия, хоть и претерпевшая изменения в связи с переходом на цифровые технологии, существует по сей день, а вот киномеханика-передвижника в наше время практически не встретишь. Им прощалось многое. Газета «Советский Сахалин» в 1935 году писала: «Кинопередвижки давно вошли в быт островитян. Вертится ли рукоятка аппарата с бешеной быстротой или же наоборот – медленно, стоит ли около фильма пьяный киномеханик или нет, – всё это не занимает внимания местных организаций, несмотря на недовольство зрителей».
«Технические волшебники» колесили по всему острову на «передвижке» – кинотеатре на колесах. Сначала это была простая телега, на которой перевозились киноустановка, «банки» с фильмами, полотно… Под передвижные кинотеатры переделывали даже автобусы.
На Сахалине начиналось всё с двух кинопередвижек в 1926 году. К началу 1940 года их было 26, в их числе – немые, авто- и гужевые, в 1955 – 114, дальше – больше. Но в 1990-е, с приходом видеомагнитофонов, киномеханики пополнили список исчезнувших профессий.
Без какого человека невозможно представить работу ни одной крупной советской газеты? Без ретушёра. При помощи карандаша, ручки и кисти он ювелирно обрабатывал фотографии – делал изображение более контрастным, удалял из кадра «лишних» людей и ненужные детали, колдовал над портретами вождей, создавая их безупречный облик.
В 1930-е годы на советском Сахалине выходило 10 газет, а в конце 1980-х – свыше 20. Ретушёры, наряду с качественной обработкой изображения, нередко занимались и графическим оформлением газет. Многие годы в областных газетах работали ретушёрами бывший фронтовик Николай Васильевич Сухоруков и выпускник художественно-графического факультета Курского госуниверситета Владислав Дмитриевич Нефёдов. Сейчас профессию мастера-ретушёра в том виде, в каком она существовала в СССР, можно считать исчезнувшей.
Читаем архивные документы
О содержании многих профессий, встречающихся в архивных документах, и сегодня можно догадаться: библиотекарь-книгонош (1927 г.), специалист-селёдочник, рыбак гослова или кооплова (1943 г.), осеменитель (в колхозе), счетовод, слесарь-отопленец, землекоп, агент по мясозаготовкам…
Продуктом своего времени являлись руководы политкружка, отряда юных пионеров, партшколы… Разговорное слово означало «руководитель».
Были автокадры: специалисты, обслуживающие автопарк (1945 г.). Бригадир крупного рогатого скота: бригадир молочно-товарной фермы. Бригадир конного транспорта (1946 г.): руководитель бригады, транспортировавшей грузы. Избач. Это культработник, заведующий избой-читальней в деревне. К слову, в 1930-х годах среди избачей на Северном Сахалине наблюдалась большая текучесть. Так, за 1935 год в сёлах Рыковском и Дербинском сменилось по три избача, в Славах и Воскресеновке – по два, некоторые избы-читальни их совсем не имели.
Культорг. Ещё одна разновидность культработника. Плугарь: тот, кто работал на вспашке полей плугом. Прислужник на вешалке в Народном доме. Мы понимаем, что это гардеробщик. Ремонтёры. Рабочие, чинившие сельскохозяйственную технику в колхозах области. Общественный инспектор по качеству похож на современного специалиста ОТК – отдела технического контроля на производстве.
Шерстобиты. Это работники, которые взбивали шерсть для прядения или валяния, а также изготовляли из неё некоторые изделия. Сегодня сам термин устарел, но его производные формы сохранились в текстильной отрасли. И хотя в начале ХХ века труд шерстобитов постепенно вытеснило машинное производство, на Сахалине в 1930 годы они были незаменимы.
Странные, но важные профессии
Иные словесные конструкции просто ставят в тупик современного читателя: артельщик артельного питания в столовой при колхозе «Красный тунгус» Егоров Ф. В. (1937 г.). Зав. учстат под’отделом Сахалинского бюро ВКП(б) (1926 г.) Агент по проталкиванию грузов. В 1930-е годы хозяйственные и советские организации посылали на железные дороги бригады уполномоченных и агентов по продвижению грузов. На деле они не столько помогали железнодорожникам, сколько срывали установленную госпланом очередность отгрузки, мешали нормальной работе транспорта и развращали путейцев всякого рода взятками. Директивой СНК и НК ВКП(б) в 1934 году их деятельность была запрещена.
Закончу рассказ профессией, о которой вообще сложно что-то сказать без подробностей – синдо. В книге Бориса Мисюка «Полвека в океане. История рыбных промыслов Дальнего Востока в рассказах, очерках, репортажах» упоминается должность японского бригадира (синдо), руководившего бригадой рыбаков. На страницах газеты «Советский Сахалин» на посевной» за 1934 год эта профессия встречается неоднократно. Почти все рыболовецкие колхозы и промыслы испытывали «острую нужду в опытных синдо-неводчиках», то есть опытных специалистах-инструкторах по пошиву ставных и закидных неводов, проверявших качество работы…
Каждая эпоха обогащается новыми профессиями. Придут к забвению и многие современные виды деятельности. Но точно так же сохранить знания о занятиях людей и донести до нас хоть какие-то сведения об исчезнувших из современной жизни профессиях смогут не только произведения кино, литературы и искусства, но и архивы.
Марина Гридяева, ведущий научный сотрудник Государственного исторического архива Сахалинской области, кандидат исторических наук.