Привет всем, кто читает мои истории
Часть 1
- Как вы сегодня себя чувствуете?
Голос звучал очень профессионально. Илья привык к нему. Одно время он старался подобрать определения: спокойный, уверенный, доброжелательный, приветливый. Когда он додумался до "толерантный", то бросил это занятие, усмехнувшись.
Когда его настроение было хуже чем обычно, то он считал голос равнодушным, но голос таким не был. Молодая женщина, которой он принадлежал, была не только медсестрой, а еще и домоправительницей, помощницей. Компаньонкой. Собственно, она была единственным человеком, с кем он сейчас общался.
Марина старалась. Она ухаживала за мужчиной, пыталась вернуть ему если не уверенность в себе, то хотя бы хорошее настроение. Она всегда очень ответственно относилась к работе. Этот пациент был не первым в ее жизни. Но было в нем что-то особенное… Марина поняла это не сразу, а потом ей стало его жалко чисто по человечески. Потеря зрения слишком больно ударила по тому, что ему всегда было дорого. По самой сути его жизни. Художник, который не видит…
- Лучше бы у меня ног не стало, - как-то высказался он в беседе с одним из тех, кто его еще навещал.
- Ноги не восстановишь, - возразил ему посетитель.
- А глаза? Их можно пересадить что ли?
- Зрение еще может вернуться…
- Да слышал я эту байку! – Илья скривился. – И то, что нужно время, слышал. Но прошел уже год. Целый год. Вряд ли уже что-то изменится, - добавил он и перевел разговор на другую тему.
Посетитель ушел. Илья смог проводить его до калитки. За этот год он неплохо освоился с пространством, которое его окружало. Благо оно было. И не чахлая квартира в многоэтажке с буйными соседями, а дом.
- Не было бы счастья! – желчно произнес он, когда первый раз его привезли сюда. – Коттедж! Не думал, что меня так ценят!
Он машинально повел головой, как всякий человек, который попадает в незнакомое место. Но осмотреться у него не получилось.
Было ли это правдой? Возможно. Не попади он в аварию, не потеряй зрение, выставка, возможно, и не была бы такой успешной.
Илья вспомнил, как шел по залам перед ее открытием, как оценивал развешенные полотна, как останавливался около них, вспоминая, что подтолкнуло к созданию каждого.
Рядом с ним шел один из устроителей выставки. В конце экспозиции они остановились, и парень посмотрел на Илью: как? что-то переделать? Илья покачал головой: нет, все ладно.
- До свидания.
Они пожали друг другу руки. Илья отправился отдыхать перед открытием. Он долго не мог заснуть. Волновался. А на следующий день по дороге в музей его сбил грузовик.
Выставку открыли с задержкой на три дня, когда стало ясно, что писать в газетах: художник выживет, но присутствовать не сможет.
Илье тогда было все равно. Он узнал все постфактум. Что выставка имела успех, что последовали хвалебные статьи в прессе. Что были предложение о покупке картин.
- Продавайте.
Илья сказал это равнодушно. Ему и на самом деле было все равно. Тогда он уже знал, что видеть не будет.
Ему предлагали операцию, но гарантий не давали. Это он буквально вытряс из собеседника.
Ему говорили, что зря он так... Приводили примеры, что люди начинали видеть. Примеров было мало. И он решил, деньги полученные за картины потратить на дом. Небольшой, чтобы было, где укрыться и доживать, когда про него забудут. А что забудут, он не сомневался. Такова жизнь.
Со дня аварии год. С тех пор как он въехал в свой дом, прошло девять месяцев.
- Илья Васильевич, готово, - сообщил ему профессиональный голос, и он отправился завтракать.
- Благодарю вас, Марина, - сказал он через полчаса.
- Что-нибудь срочное?
- Нет, все как обычно.
Илья представил, как она машинально кивает. Не потому, что он видит, а просто так всегда реагируют люди.
Он взял палочку и побрел к выходу. Распахнул дверь и спустился. Три ступеньки, каждый раз напоминал он себе.
Илья остановился и снова напомнил себе: двадцать шагов. Ровно после этого рука нащупала калитку.
Мужчина постоял около нее, но выходить не стал. Он повернулся, чтобы отправиться обратно, но вдруг почувствовал движение рядом с собой. Движение на уровне своего лица. Странно.
Илья поднял руку, вытянул ее и нащупал забор. Поднял чуть выше. Оказывается, забор высотой с него. Деревянный. Из досок.
Мужчина померил пальцами размер.
"Евровагонка, а сверху плоская доска", - определил он.
На этой плоской неширокой поверхности он никого не обнаружил, но тот, кто ему почудился, мог быть только там.
Илья еще постоял, но больше никакого движения он не ощутил.
- Марина! – окликнул он, вернувшись в дом.
- Что случилось, Илья Васильевич?
- Ничего, Марина. Просто вдруг стало интересно, а какого цвета наш забор?
- Зеленого, - озадаченно ответила медсестра.
Илья поморщился. Зеленого! У каждого цвета много оттенков. Он кивнул и зашел в дом.
В своей спальне он не сел в кресло, а подошел к шкафу с книгами. Наткнулся на те, что напечатаны шрифтом Брайля. Нахмурился. Он так и не взялся за них, хотя появились они уже давно.
Илья предпочитал аудиокниги. Ему казалось, возьмись он за Брайля, то признает, что слепота, это навсегда.
"Может, следует, наконец, сделать это?" – Илья задал себе вопрос не первый раз, но отвечать не стал. Вместо этого он нащупал одну из книг, вытащил ее и снова отправился к Марине.
- Посмотрите, пожалуйста. Какого оттенка наш забор? – спросил он помощницу.
- Секунду, Илья Васильевич.
Марина вымыла руки, вытерла и зашуршала страницами. Потом отвлекаюсь, выключила плиту, снова зашуршала.
- Вот. "Лесной зеленый". Я бы сказала просто темно-зеленый! – женщина коротко засмеялась. – Здесь разные названия есть для одного и того же оттенка, - заметила она, возвращая ему книгу.
Илья кивнул. Все верно.
- Спасибо. Простите, что отвлек вас.
- Пожалуйста, - ответила Марина, возвращаясь к своей работе.
Вечером Илья снова подошел к калитке. Постоял, но рядом никто не появился.
"Показалось", - вздохнул мужчина.
Следующий день ему предстояло провести в одиночестве. У Марины был выходной. Освоившись с домом, Илья сам настоял на этом.
- Я не стану включать плиту, могу раз в неделю и всухомятку питаться.
Первый раз перед тем, как уйти, Марина понаблюдала за ним с улицы. Ей было не все равно. Да, она получала хорошую заработную плату. На прошлом месте ей платили даже больше, но когда ей сказали про Илью, то Марина сменила место работы без сожаления. В отличие от прежней особы, мужчина не капризничал, для слепого был очень аккуратен и не считал ее прислугой.
Утром Марина приготовила завтрак и уехала. Все остальное загодя было поставлено в холодильник в нужном порядке, и разогреть в микроволновке Илье было не сложно.
Мужчина повалялся в кровати лишние полчаса. Он только решил вставать, как снова почувствовал, что поблизости от него кто-то есть. Илья машинально повернул голову, но, разумеется, ничего не увидел.
Илья прислушался. Тихо. Но что-то же только что было!
Он встал, подошел к окну. На нем стояла сетка от мух и комаров. Мужчина снова прислушался и вдруг уловил чье-то… дыхание? Не звук, а ощущение чьего-то присутствия.
- Ты кто? – спросил Илья.
Снаружи доносились разные звуки, но все они прилетали издалека: с улицы, в основном, с деревьев небольшого садика.
Он немного сдвинул сетку и высунул руку наружу, провел в разные стороны и вдруг, вздрогнув, отдернул, почувствовав, как его лизнули в тыльную сторону ладони.
(продолжение следует)