Побег из лаборатории Уханя или...?

В китайском городе Ухань - громадный исследовательский институт вирусологии (WIV), но утечку вируса начали искать не из института, а на городском рынке животных и морепродуктов. И таки нашли следы вируса именно там, на рынке! Чудны дела твои, господи...

Китай. Ухань. Исследовательский институт вирусологии

Но почему рынок?

Вот несколько ключевых моментов, почему внимание специалистов (в том числе из ВОЗ) переключилось с института вирусологии на рынок:

• Зоонозный путь (инфекция от животных к человеку): Большинство новых вирусов (как атипичная пневмония SARS 2003 года) приходят к людям именно так, от животных. Рынки, где торгуют живым товаром, — идеальная среда для такого «прыжка».
• Эпицентр заражения: Первые пациенты были либо продавцами, либо посетителями этого рынка, что послужило причиной для поиска источника заражения именно на рынке на старте расследования.
• Экологические пробы: Следы вируса нашли на прилавках и в сточных водах рынка (но не самих зараженных животных).

При этом версия об утечке из Уханьского института вирусологии не была закрыта. Научные сообщества до сих пор ведут дискуссии, так как институт находится всего в нескольких километрах от рынка и занимается как раз изучением коронавирусов летучих мышей.

Чтобы окончательно закрыть вопрос сторонам нужно предъявить либо промежуточное животное (природная версия), либо «нулевого пациента» (лабораторная версия) - до сих пор нет ни того, ни другого.
В эпидемиологии эти два факта считаются «золотым стандартом», потому что любой из них превращает косвенные подозрения в неопровержимую цепочку доказательных событий. Без них любая версия — лишь набор совпадений. Давайте коротко рассмотрим обе версии.

Лабораторная версия

Теория о лабораторном происхождении вируса (lab-leak theory) за последние годы перешла из разряда «конспирологии» в статус одной из основных рабочих гипотез, которую официально рассматривают и научные комитеты, и спецслужбы.

Слева 3D-модель коронавируса SARS-COV-2 , справа его разрез. Обращает внимание шиповидный S-белок, который случит основным инструментом для проникновения в клетку "хозяина". В центре на разрезе видна РНК вируса - целевой объект для внедрения

Согласно данным на март 2026 года, вот основные аргументы, на которых строится эта версия:

• Биологические особенности вируса: У SARS-CoV-2 обнаружен так называемый сайт расщепления фурином — это участок генетического кода, который делает вирус крайне заразным для человека. Подобная структура не встречается у других родственных коронавирусов в природе, но часто создается искусственно в лабораториях для усиления функций вирусов.
• Странности первого появления: В отличие от типичных природных пандемий, где вирус постепенно адаптируется к человеку через несколько «прыжков» от животных, COVID-19 появился сразу в высокоадаптированной форме, идеально приспособленной для заражения людей. Исследования указывают на однократное внедрение вируса в человеческую популяцию.
• Симптомы у сотрудников института: По данным разведсообщества США, осенью 2019 года (за несколько месяцев до официальной вспышки) несколько сотрудников Уханьского института вирусологии болели со схожими симптомами, требующими госпитализации.
• Географическое совпадение: Ухань — центр мировых исследований коронавирусов летучих мышей. Институт (WIV) проводил и проводит эксперименты по «усилению функций» (gain-of-function) именно с этими типами вирусов, которые стали основой пандемии.
• Политическое признание со стороны Штатов: В январе 2025 года ЦРУ и позднее, в апреле 2025 года, Белый дом официально заявили, что лабораторная утечка является «наиболее вероятным» сценарием начала пандемии, хотя уровень уверенности в этом выводе остается «низким» из-за нехватки прямых улик из Китая.

Несмотря на это, ВОЗ в своем отчете 2025 года продолжает указывать, что имеющиеся аргументы скорее склоняют чашу весов в сторону рынка (зоонозного пути), чем в сторону лаборатории, так как прямых доказательств о побеге вируса SARS-CoV-2 из лаборатории не обнаружено.

Блюдо с панголином. Чем не "промежуточнное звено"? Увы, следов вируса SARS-CoV-2 у панголинов не найдено. Короче, приятного аппетита.

Обе версии до сих пор не имеют финальной точки, так как Китай ограничил доступ к первичным лабораторным журналам и образцам того периода.

Сама ученый-вирусолог Ши Чжэнли категорически отказалась признавать побег вируса из уханьской лаборатории.

Новый коронавирус 2019 года — это природа, наказывающая человеческую расу за сохранение нецивилизованных жизненных привычек. Я, Ши Чжэнли, клянусь своей жизнью, что это не имеет ничего общего с нашей лабораторией

Категоричный отказ Ши Чжэнли признавать версию утечки и её эмоциональные заявления («поклялась жизнью») можно объяснить сочетанием её научной позиции, личной репутации и политического давления китайского руководства.

Есть ли основания для такой "клятвы"? Вот основные причины её позиции, согласно имеющимся данным на март 2026 года:

• Отсутствие генетических совпадений: Ши Чжэнли неоднократно заявляла, что геном SARS-CoV-2 не совпадает ни с одним из вирусов, которые когда-либо хранились или изучались в её лаборатории. В декабре 2024 года она предоставила данные о последовательностях 56 новых коронавирусов, собранных с 2004 по 2021 год, утверждая, что среди них нет прямых предков вируса пандемии.
• Защита профессиональной чести: Для ученого мирового уровня обвинение в случайном запуске глобальной пандемии — это профессиональная смерть. Она называла обвинения «поливанием грязью невинного ученого» и заявляла, что «это больше не вопрос науки, а спекуляции, основанные на полном недоверии».
• Результаты внутренних проверок: По словам Ши, после начала вспышки она лично проверила все записи лаборатории за последние годы и не нашла никаких совпадений с новым вирусом, что позволило ей быть уверенной в своих словах на ранних этапах.
• Политический контекст: В Китае любые признания в ошибках, приведших к катастрофе такого масштаба, имеют тяжелейшие последствия. Официальная позиция Пекина категорически отрицает утечку, и Ши Чжэнли, как сотрудник государственного института, следует этой линии, подчеркивая прозрачность работы и сотрудничество с ВОЗ.
• Аргумент о «естественном пути»: Она продолжает настаивать на том, что вирус имеет природное происхождение и попал к человеку через промежуточное животное, а рынок Хуанань просто стал местом первой крупной вспышки (супер распространения), а не обязательно источником самого вируса.

Специалист Уханьского института, врач- вирусолог Ши Чжэнли , сыграла выдающуюся роль в познании путей распространения коронавирусов, известна своими исследованиями коронавирусов тяжелого острого респираторного синдрома (SARS) и SARS-подобным коронавирусам летучих мышей.

Важный нюанс: Несмотря на все её заявления и клятвы, критики (в том числе спецслужбы США) указывают на закрытость баз данных института с сентября 2019 года и отсутствие доступа к первичным лабораторным журналам, что НЕ ПОЗВОЛЯЕТ независимым экспертам полностью подтвердить или опровергнуть её слова.

Если открыть одну из первых научных работ Ши Чжэнли "Difference in Receptor Usage between Severe Acute Respiratory Syndrome (SARS) Coronavirus and SARS-Like Coronavirus of Bat Origin", опубликованную еще в декабре 2007, то можно понять, что уже тогда группа Ши Чжэнли активно занималась синтетической вирусологией, изучая всё, в том числе и шиповидные белки коронавирусов, как человеческого, так и летучей мыши, пытаясь определить механизм смены клетки-хозяина. Разве это не аргумент?

Думается, это очень сильный аргумент, который сторонники версии лабораторного происхождения (например, группа ученых DRASTIC) используют как главное доказательство «технической возможности» создания вируса.

Работа 2007 года действительно подтверждает, что в Ухане десятилетиями оттачивали технологии рекомбинантной генетики. Это критически важно:

• Конструктор вирусов: Еще тогда команда Ши Чжэнли научилась брать «скелет» одного вируса и пришивать к нему шиповидный белок (S-белок) от другого. Они проверяли, сможет ли вирус летучей мыши состыковаться с человеческим рецептором ACE2.
• Эксперименты Gain-of-Function (усиление функции): Целью было понять, как вирус преодолевает межвидовой барьер. Фактически, ученые создавали гибриды (химеры), которые в природе не существовали, чтобы предсказать будущие пандемии.
• Специфический опыт: К 2019 году лаборатория в Ухане обладала одной из крупнейших в мире коллекций генетических материалов коронавирусов и всеми инструментами для их модификации без оставления видимых следов «склейки» (метод No-See-Um).

Ученый - вирусолог Ши Чжэнли, известная как «женщина-летучая мышь»

Почему же это не считается «безапелляционным доказательством»?

Критики и сама Ши Чжэнли используют серьезный контраргумент: наличие инструментов не означает наличие деталей. Они утверждают, что среди их образцов не было того самого «исходника», из которого можно было бы собрать SARS-CoV-2.
Сайт расщепления фурином, который делает ковид таким опасным, — это сложная вставка, но в опубликованных работах Ши Чжэнли до 2019 нет описаний манипуляций именно с этим участком.

И всё же слишком много совпадений: в Ухане была и мотивация (изучение смены хозяина), и технология (синтетическая вирусология), и объект (коронавирусы летучих мышей). Совпадение всех трех факторов в одном городе, где началась пандемия, выглядит для многих исследователей как статистическая аномалия.

Проект DEFUSE (от Defusing the Threat of Bat-borne Coronaviruses) в рамках которого предлагалось вставлять сайты расщепления фурином в коронавирусы летучих мышей (за год до пандемии) — это, пожалуй, самая серьезная «улика», связывающая теорию лабораторного происхождения с конкретными планами ученых.

Вот суть этого документа, который появился из оборонного агентства США DARPA:

1. Кто и когда: В 2018 году (за полтора года до пандемии) международная группа ученых, включая Питера Дашака (EcoHealth Alliance) и Ши Чжэнли (Уханьский институт), подала заявку на грант в 14 миллионов долларов.
2. Шокирующая деталь: В плане работ прямо предлагалось вставлять в шиповидные белки коронавирусов летучих мышей «сайты расщепления фурином» (Furin Cleavage Sites). Это делалось для того, чтобы проверить, станут ли вирусы легче проникать в клетки человека.
3. Совпадение на миллион: Именно этот сайт расщепления фурином является главной отличительной чертой SARS-CoV-2. Его нет у ближайших природных родственников этого вируса, и именно он делает ковид таким заразным для людей.
4. Где должны были идти работы: Хотя основным заявителем работы были США, значительную часть практических манипуляций с вирусами планировалось проводить именно в Уханьском институте вирусологии, так как там была готовая база и дешевые ресурсы.

Почему это аргумент «за» утечку:
Критики говорят: «Слишком невероятное совпадение, что ученые планировали вставить в вирус именно ту деталь, которая через год появилась в вирусе, парализовавшем мир, и случилось это в том же городе».

Полет подковоноса. Когда новый ковид?

Официальный контраргумент:

DARPA в итоге отклонило этот грант, посчитав эксперименты слишком опасными («усиление функции»). Сторонники естественного происхождения и сами авторы заявки утверждают, что раз денег не дали, то и работы не проводились. Однако скептики резонно замечают: если ученые уже придумали эту идею и составили детальный план, ничто не мешало им начать предварительные опыты на китайские гранты еще до подачи заявки в США.
Есть несколько веских причин считать, что работы могли идти «в тени»:

• Принцип «сначала данные, потом грант»: В научной среде принято подавать заявку на финансирование, когда часть экспериментов уже проведена и есть обнадеживающие предварительные результаты (Preliminary Data). Это резко повышает шансы на получение денег. То есть к моменту подачи DEFUSE в 2018 году технология вставки сайта расщепления фурином могла быть уже отработана в Ухане.
• Внутреннее финансирование: Китай в последние десятилетия вкладывал колоссальные средства в биологическую безопасность и изучение вирусов. Уханьский институт (WIV) — это флагманский проект, который не зависел исключительно от американских грантов.
• Военный интерес: Исследования вирусов с двойным назначением (гражданским и оборонным) часто классифицируются. Если проект считался стратегически важным для биобезопасности Китая, его могли продолжать в закрытом режиме.
• Отсутствие контроля: Американские партнеры из EcoHealth Alliance признавали, что не имели полного доступа к тому, что происходило в лабораториях Уханя 24/7. Они видели только те отчеты, которые им присылали.

Интересно отметить, что в 2019 году, за несколько месяцев до пандемии, база данных вирусных последовательностей WIV была внезапно отключена от внешнего доступа. Ши Чжэнли объяснила это «хакерскими атаками», но многие видят в этом попытку скрыть те самые «предварительные результаты».

Трагическая случайность?

Как могла произойти трагическая случайность утечки вируса - из-за нарушения протоколов безопасности или что-то иное? Трагическая случайность гораздо более вероятена, чем намеренный вброс:

• Человеческий фактор: История микробиологии полна случаев, когда ученые заражались из-за микротрещины в перчатке, неисправной вентиляции или случайного укола иглой. В Уханьском институте (WIV) многие работы с опасными вирусами проводились на уровне безопасности BSL-2 или BSL-3, хотя для таких манипуляций часто рекомендуют самый строгий — BSL-4.
• «Нулевой пациент»-исследователь: Самый простой сценарий: сотрудник лаборатории заражается во время эксперимента, переносит вирус в легкой форме (или бессимптомно) и идет после работы на тот самый рынок Хуанань или просто садится в метро. Так локальный инцидент превращается в глобальный взрыв.
• Проблема утилизации: Были подозрения, что лабораторных животных (тех же макак или мышей), на которых тестировали вирусы, могли не сжигать по протоколу, а... перепродавать на рынки. В условиях коррупции, непонимания проблемы или жадности это типичный путь утечки.

Версия о случайности объясняет и панику китайских властей в первые недели: если бы это был спланированный акт, то система была бы к нему готова. А так мы видели хаос, попытки замолчать проблему (дело врача Ли Вэньляна) и спешную зачистку следов в лаборатории.

Ши Чжэнли могла искренне верить, что всё под контролем, но биосфера слишком сложна, чтобы предусмотреть всё. Как говорится, «природа всегда найдет лазейку», даже если эта лазейка — плохая прокладка в системе фильтрации воздуха.

Техника проникновения вируса SARS-CoV-2 в клетку хозяина

Как известно, вирусы не живые организмы. Они не обладают собственным метаболизмом и могут размножаться только внутри клеток «своего хозяина» Для репликации вирус (вместе со своим генетическим материалом) должен внедриться в чужую клетку и начать функционировать за счет клетки хозяина.

Схема проникновения вируса SARS-CoV-2 в клетку хозяина за счет S-белка вируса и белка ACE2

Белковое моделирование, осуществлённое на основе расшифрованного генома вируса SARS-CoV-2, показало, что рецептор, связывающий шиповидный S-белок вируса имеет высокую степень взаимодействия с белком человека ACE2 и использует его как точку входа в клетку хозяина. S-белок вируса имеет два важных участка — S1 и S2, причем S1 связывается с рецептором на поверхности клетки хозяина, а S2 обеспечивает слияние мембран, что позволяет вирусу впрыснуть свой генетический материал внутрь.

Важный нюанс: наличие сайта расщепления фурином на границе S1 и S2 (о котором мы говорили выше) — это как раз тот «скальпель», который разрезает белок в нужный момент, позволяя участку S2 мгновенно слить мембраны и вбросить вирусный код в клетку. Без этого «разреза» связка с ACE2 была бы гораздо менее эффективной (TMPRSS2 — это фермент на поверхности наших клеток. Он делает критический разрез внутри уже отделенной субъединицы S2 в месте, называемом сайтом S2'). Пара Фурин + TMPRSS2 очень опасна. TMPRSS2 срабатывает мгновенно прямо на поверхности клетки. Это позволяет вирусу войти в клетку за считанные минуты, минуя защитные механизмы (эндосомы).

Почему это важно для пандемии COVID-19?

Наличие сайта расщепления фурином (FCS) в месте стыка S1/S2 — уникальная особенность SARS-CoV-2, которой не было у его предшественника SARS-CoV (вируса «атипичной пневмонии» 2003 года). В биологии фурин — это жизненно важный фермент из семейства пропротеинконвертаз (ПК), который выполняет роль «молекулярных ножниц» в клетках животных и человека. Многие вирусы (включая SARS-CoV-2, ВИЧ, вирус Эбола) используют фурин хозяина для активации своих собственных белков оболочки, что позволяет им проникать в клетки:

1. Повышенная заразность: Поскольку фурин присутствует во многих тканях человека (особенно в дыхательных путях), вирус активируется очень эффективно и быстро.
2. Активация «на выходе»: Фурин может расщеплять S-белок еще в процессе сборки новых вирусных частиц внутри зараженной клетки. В итоге из клетки выходят уже «заряженные» и готовые к немедленной атаке вирусы.
3. Слияние клеток: Этот сайт позволяет зараженным клеткам сливаться с соседними здоровыми, образуя гигантские многоядерные структуры (синцитии), что усиливает повреждение тканей.

Фермент фурин выбирает последовательность NSPRRAR↓SVA (точнее, её ключевой участок RRAR↓S), потому что она идеально соответствует его «предпочтениям» в распознавании белков. Короткое резюме процесса:

1. Фурин (внутри клетки): Разрезает мостик S1/S2, подготавливая вирус. Последовательность PRRAR (тот самый сайт) выглядит в генетическом коде вируса как четкая вставка из 12 нуклеотидов. Она не появилась в результате постепенных мутаций (замен букв), а возникла сразу целиком. В природе такое случается при рекомбинации (обмене кусками между вирусами), но «донор», от которого SARS-CoV-2 мог бы взять этот кусок, до сих пор не найден.
2. TMPRSS2 (на поверхности клетки): Разрезает участок внутри S2, как бы давая команду на немедленное слияние и вход.

Еще одна случайность.

"Цепляние" вируса именно к белку ACE2 случайно ? Не совсем случайность, это результат эволюционной (или лабораторной) «заточенности» под самый эффективный путь проникновения. Выбор ACE2 в качестве входных ворот — это стратегический «джекпот» для вируса по нескольким причинам:

1. Универсальный ключ: Белок ACE2 (ангиотензинпревращающий фермент 2) отвечает за регуляцию кровяного давления и воспаления. Он есть у многих млекопитающих, что делает его идеальной мишенью для перехода вируса от животных к человеку.
2. Глубокое проникновение: ACE2 распределен по всему телу. Именно поэтому ковид — это не просто «простуда», а системное заболевание. Вирус атакует не только легкие, но и сосуды, сердце и кишечник, вызывая полиорганные нарушения.
3. Идеальная стыковка: Участок S1 вируса SARS-CoV-2 имеет аномально высокое сродство (аффинность) к человеческому ACE2 — в 10...20 раз выше, чем у вируса атипичной пневмонии 2003 года.

Белок ACE2 содержится в больших количествах в тонкой кишке, яичках, почках, сердце, щитовидной железе, жиро­вой ткани. В меньшей концентрации его обнаружи­вают в печени, толстом кишечнике, мочевом пузыре и надпочечниках. Этот белок есть во многих органах. В этом всё дело. Именно поэтому SARS-CoV-2 может проникать в организм человека через другие ткани и органы, минуя респираторный тракт (хотя это основной путь).
Об этом свидетельствуют недавние исследования, показывающие наличие SARS-CoV-2 в стуле зараженных пациентов, а также развитие заболевания без пневмонии или с добавочными симптомами, не связанными с респираторным трактом. В таких случаях у больных наблюдаются симптомы зараже­ния желудочно-кишечного тракта: диарея, тошнота, рвота, а также спутанность сознания, головная боль и инфекционные поражения сердца.
Тот самый «аргумент утечки»:
Многие ученые (включая сторонников версии WIV) указывают на то, что вирус с самого первого дня пандемии в Ухане был идеально подогнан под человеческий ACE2. В природе вирусу обычно требуется время и цепочка мутаций, чтобы научиться так эффективно «цепляться» за нового хозяина. Здесь же мы увидели «готовый продукт».

Китайская кухня. Пожирание "промежуточного хозяина" ? Нет, в этой еде вирус не найден.

Официальная позиция Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ)

на март 2026 года заключается в том, что хотя «все гипотезы остаются на столе», зоонозное происхождение (передача вируса от животного к человеку) считается наиболее вероятным.

ВОЗ не «отрицает» лабораторную версию полностью, но выдвигает ряд аргументов, почему она не считается приоритетной. Вот они:

• Отсутствие прямых улик: В последнем отчете группы SAGO (июнь 2025 года) указано, что нет никаких научных данных, подтверждающих наличие вируса SARS-CoV-2 в какой-либо лаборатории до начала пандемии. Без физического образца «исходника» в лаборатории утечка невозможна.
• Генетическое сходство с природными вирусами: Вирус SARS-CoV-2 входит в ту же генетическую группу, что и другие коронавирусы летучих мышей, обнаруженные в природе (например, в Лаосе и Китае). ВОЗ полагает, что специфические особенности вируса, такие как сайт расщепления фурином, могли возникнуть в результате естественной рекомбинации.
• Две линии заражения: Анализ ранних случаев в Ухане показал наличие двух разных генетических линий вируса на рынке Хуанань. Это чаще случается при многократных «перескоках» вируса от животных к людям на рынке, чем при единичном инциденте в лаборатории.
• Географическая привязка: Первые кластеры заболевания были тесно связаны с местами продажи живых диких животных. Экологические пробы с рынка подтвердили наличие вируса в тех же зонах, где торговали потенциальными промежуточными хозяевами.

Таким образом ВОЗ придерживается

версии о природном происхождении вируса (через рынок) как о наиболее обоснованной имеющимися научными данными, в то время как лабораторная версия пока опирается на косвенные улики и политические предположения, не имея прямого подтверждения в виде «лабораторных журналов» или образцов.

Ни одна из сторон пока не представила «железного» доказательства. Сторонники утечки из лаборатории ищут протоколы экспериментов, а сторонники природного происхождения — того самого промежуточного хозяина, в котором вирус мог «собрать» этот сложный пазл. Ищут, не могут найти!

Для многих исследователей и обычных людей принцип «исключения невозможного», который здесь работает на полную мощь: если за столько лет интенсивных поисков природа не предъявила промежуточное звено, значит, этого звена в дикой среде просто не существовало. В криминалистике это называется уликой от обратного - остается только одна точка на карте, где он мог обрести свои уникальные свойства, — это лаборатория.

ВЫВОД:

мир так и останется в ситуации «двойной правды» ибо Китай никогда не откроет доступ к первичным лабораторным журналам, чтобы независимые эксперты смогли полностью подтвердить или опровергнуть лабораторную версию.

******

Это обзор по научным статьям научных сайтов (the Lancet, GISAID, сайт ВОЗ, National Library of Medicine, "Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии" и др.), а также по материалам интернета и Википедии и мнений различных биологов, вирусологов, иммунологов и других ученых.