Люблю я истории русской истории о самозванцах. Какой-то невероятной наивностью о них веет, а при том, какие страшные последствия они несут за собой. Одного Лжедмитрия вспомнить - уже коренной перелом истории, а Емельян Пугачев? Сколько таинственных людей, неведомого до конца происхождения решались на то, чтобы предстать в совершенно неизвестной для себя роли. И им верили, за них вставали, за них умирали. Вот и сегодня такая история.
Появление самозванца
Царь Василий Шуйский (годы правления 1606-1610) как раз сменил Лжедмитрия, боролся против Второго Самозванца. Он, конечно, и представить не мог, что и сам станет источником байки для очередного "Лже".
Вероятнее всего, этот человек родился, когда Василий Шуйский был загублен в польском плену, около 1617-го, а это пять лет спустя, получается. Во времена Михаила Романова. Звали его Тимофей Анкудинов. Фамилия по звучанию похожа на татарскую, но по факту от имени Акиндин происходит. Это греческое имя, пришедшее на Русь, но не прижившееся. Означает "безопасный".
Ждала его жизнь безбедная. Отец дал хорошее образование в Вологде, определил работать к местному архиерею. Деловитый нрав юноши пришелся по душе архиепископу Вологодскому и Великопермскому Варлааму, он даже женил его на своей внучке. Все было хорошо, пока можно было находиться под крылом архиерея, а как тот на покой вышел, так и почувствовал Тимофей свободу.
А в чем она свобода? А в проматывании наследства. В жизни разгульной. Они с товарищем, Константином Конюховым пустились в различные авантюры, чтобы денег где-то срубить, да прогулять с размахом. В итоге влезли долги и совершили преступление - кражу государственных денег.
Чтобы понять душу этого человека, вспомним, что детей своих он передал знакомому, а жену сжег в их же доме. После этого умчал за границу. Вместе с сотоварищем своим. Решили махнуть в Польшу - извечного "делового партнера" нашей страны.
Мировой тур самозванца
Но представьте только, насколько были люди пронырливые - попали на прием к самому королю. Что-то там наплели о своих высоких титулах. Видимо, поляки не поверили и отравили их дальше в путешествие. Зато созрела более четкая легенда у товарищей - теперь уже это был не Тимошка Анкудинов, а целый Иван Васильевич Шуйский, сын бывшего русского царя.
Он сочинил себе настоящую биографию, рассказывая о том, что был сначала на службе у нынешнего царя Михаила, а потом подвергся опале, вероятно из завести перед неоспоримой легитимностью как возможного государя. Потому и бежал, вынужден скитаться.
Такая удивительная легенда привела аж в Царьград. Это уже двести лет как был турецкий Константинополь. Там с интересом прислушивались к историям беглых правителей, даже коллекционировали их. В османских владениях уже проживал мужичок, выдававший себя за Ворёнка, сына Лжедмитрия Второго и Марины Мнишек (представьте себе эту конструкцию: ЛжеСынЛжеЛжеДмитрия). Хоть и обещал сей Лжедмитриевич османскому султану половину России за помощь в восстановлении на престол, внимания всерьез не удостоился и спился в окрестностях турецкой столицы.
Анкудинов же всерьез заинтересовал турецкие власти. Стал жить наш лже-Шуйский на харчах визирских, ждать своего часа. Видимо, и поговорить с ним было интересно. Разбирался он хорошо в вопросах религии, в астрологии, знал латынь и греческий. Умел и стихи складывать. Фантазия бурная. Видимо верил, что дадут ему войска для похода против родных людей.
Но наша дипломатия не дремала. В те годы работали в Константинополе наши послы Телепнев и Кузовлев. Прознали они о таком госте. Запросили на родине информацию, прислали им сведения, кто таков, мигом распознали в нем беглого вологодского кутилу и вора. Телепнев и Кузовлев были людьми не жадными, поделились информацией с людьми визиря. Тот моментально разочаровался в своем госте и взашей прогнал со двора. Даже в тюрьму посадить хотел. Анкудинов наш даже обещал веру магометанскую принять, лишь бы избежать гнева визиря. Еле как правдой и неправдой вырвались из османских объятий.
Побрели Лже-Шуйский и друг его Конюхов дальше. Кстати, Конюхов теперь представлялся не иначе как Конюховский - так благороднее, все ж наследника царя сопровождает. В Венеции побывали.
Через Рим прошли, с папой повидались, тоже пытались свой проект захвата власти в Москве продать, видимо и католическую веру на Руси обещали. Пришли они вновь к родным границам. Там попали они к Богдану Хмельницкому, который передал их в Трансильванию. Везде, где оказывался Анкудинов, просил войск и денег на поход против Москвы. Кому Астрахань обещал, кому земли малороссийские. Понимал международные интересы.
Дальше авантюристы отбыли в Стокгольм, где их радушно встретили. Шведам тоже всегда интересны были дела российские, еще со времен Невской битвы. Менее полвека назад они и Новгород наш захватывали, и по Столбовскому мирному договору Неву и выход к Балтике отобрали. Теперь вот самозванцы еще какие-то части Родины обещали.
Путь на Родину
Москва не забыла про Лже-Шуйского и "Конюховского", требовала выдачи. Второго спустя два года отправили в Москву, а Анкудинов вновь укрылся. Теперь он в немецких землях. Сторговались наши с Голштинией. Согласились отправить нам того самозванца.
Анкудинов опять планировал сбежать, теперь навсегда - на небо. Самоубиться ему не дали. Он нужен был живой для следствия. Русские правохранители свое дело знали хорошо, доставили мать родную Тимофея. Устроили ставку очную. Мать признала сына, что аккуратно зафиксировали. Необходимы были неоспоримые свидетельства самозванства этого человека. Доставлялись и другие его знакомые и родственники, подтвердившие истинное происхождение Тимофея. Как пишет немецкий путешественник Адам Олеарий, оказалось, что Анудинов был обрезан. Вероятно, все же мог исполнить свое обещание туркам, перефразируя французского короля: "Москва стоит мессы".
Его четвертовали. Другой путешественник-немец Айрман утверждает, что был сооружен специальный железный трон с шипами, на который усажен был Анкудинов и сожжен. Говорят, что пощады не просил. Очень достойно закончил свой путь. Видимо, понимал степень своей вины и всегда знал, что когда-то его жизнь придет именно к такому финалу.
Закончился его путь в 1654 году, уже при Алексее Михайловиче. Более 10 лет Лже-Шуйский бродил по Европе, будоража не только свою авантюрную натуру, но и вселяя мысль в иностранцев: "а вдруг с помощью него можно как с Лжедмитрием". Но Россия была уже другая, Смута многому научила народ. В 1670-м будет восстание Стеньки Разина, но тот наш, родной. А вот заграничным научились не верить.
Спасибо за внимание, если было интересно, ставьте лайк, пишите в комментариях свое мнение. Читайте также: