Многие зрители, которые следят за олимпийскими историями наших спортсменов, задавались этим вопросом. Оказывается, за этим решением стоит не случайность, а холодный расчет. Генеральный директор АО «Газпром-Медиа холдинг» Александр Жаров наконец раскрыл карты.
И его объяснение заставит задуматься каждого из нас.
В последнее время права на показ главных спортивных событий перестали быть монополией федеральных каналов. В случае с Олимпийскими играми в Италии трансляции взял на себя онлайн-кинотеатр Okko.
Казалось бы, в чем проблема? Но для телеканала это прецедент. Впервые в истории российского спортивного вещания права купил не телеканал, а стриминговый сервис.
Журналисты спросили Александра Жарова прямо: «Не считаете ли вы это проблемой?»
Ответ главы холдинга был прагматичным и неожиданным для многих фанатов спорта: «Мы ничего не потеряли».
Звучит смело, правда? Но давайте разберемся, почему руководство канала приняло такое решение и как это касается нас с вами.
Самый болезненный вопрос для зрителя: «Почему я не могу просто включить телевизор и поболеть за наших?»
Александр Жаров объяснил, что решение не участвовать в торгах за права на трансляцию было осознанным. И вот какие аргументы он привел. Мало наших спортсменов. На Играх в Италии участвовало всего 13 российских атлетов. Низкий интерес аудитории. Логика проста: если на экране нет знакомых лиц, за которых переживаешь всей страной, зритель просто переключит канал. Экономическая нецелесообразность. Покупка прав стоила бы огромных денег, а отдача в виде зрителей и рекламы была бы минимальной.
Как выразился Жаров, это было «рациональное распределение инвестиций». Проще говоря, зачем тратить бюджет канала на трансляцию, которую мало кто будет смотреть?
Это самый важный момент. Канал — это бизнес, но у него есть и социальная ответственность перед нами, зрителями.
Жаров подчеркнул:
«Мы приветствуем, что Okko сделал Олимпиаду доступной для зрителей».
То есть, возможность посмотреть игры была, но в другом формате. А что с рейтингами «Матч ТВ»? Упали ли они в дни Олимпиады?
Нет. По словам директора, канал сверстал спортивную повестку так, что доля аудитории осталась стабильной. Люди нашли, что посмотреть, и не ушли к конкурентам.
Самый интригующий вопрос: «А будет ли Олимпиада на телевизоре в следующий раз?»
Ведь 2028 год уже не за горами. Жаров ответил уклончиво, но честно. Решение будет зависеть от трех факторов. Допустят ли наших спортсменов? Это ключевой момент для нашего интереса. Сколько будут стоить права? Насколько это будет интересно зрителю?
Пока этих вводных нет, обсуждать борьбу за права преждевременно. Канал не хочет платить за «кота в мешке».
С одной стороны, бизнес есть бизнес. Тратить миллионы на показ событий, где практически нет участия нашей сборной, действительно странно. С другой стороны, Олимпиада — это ведь не только медали. Это дух спорта, красота соревнований и новые имена.
Но давайте будем честны: нам, зрителям, важно болеть за своих. Когда на пьедестале нет российского флага и наших атлетов, эмоция теряется, но не до конца. Мы прекрасно понимаем, кто это и за какую страну выступают. Другое дело, что люди конечно же не хотят лишний раз видеть как нашу страну принижает мировое сообщество. Но пока на сам процесс руководства телеканалов будут смотреть только исключительно с точки зрения бизнеса, так и будет большой спорт малодоступен для простого зрителя.