25 марта исполняется 80 лет со дня рождения Валентины Николаевны Тазекеновой — человека, чьё имя долгие годы было символом заботы о сиротах в Оренбуржье. Директор Оренбургского дома детства, заслуженный учитель России, педагог с железной волей — и одновременно фигурантка уголовного дела, которое разрушило её репутацию.
Именно она воспитала тин-поп-легенду 90-х — Юру Шатунова. Именно она помогла Сергею Кузнецову развивать его музыкальный кружок, откуда начала триумфальное шествие по стране подростковая группа «Ласковый май». Но в итоге судьба «крёстной мамы» оказалась одной из самых противоречивых и трагичных в истории оренбургской педагогики.
От сельской школы до Дома детства
Батима Болесимовна Тазекенова — такое имя она получила при рождении — появилась на свет 25 марта 1946 года в селе Чебеньки под Оренбургом, в казахской семье. Правда, по существовавшей тогда моде девочку стали называть на русский манер — Валентиной, позже «приклеилось» и русифицированное отчество Николаевна.
Окончив историко-филологический факультет Оренбургского педагогического института, Тазекенова начала работать учителем русского языка и литературы в селе Шаповалово Акбулакского района. Умная, активная и хваткая, её быстро заметили и карьера развивалась стремительно: от рядового педагога — до директора школы. Коллеги вспоминали её как человека жёсткого, требовательного и предельно собранного.
Со временем её путь привёл в систему интернатов — именно там, в работе с самыми трудными подростками, раскрылся её характер. Она умела брать ответственность и не боялась решений, от которых другие отказывались.
Поначалу возглавляла Акбулакский дом детства: именно туда в 1985 году привезли 11-летнего мальчика Юру. Почти год, оставшись сиротой после смерти матери, бродяжничал он на просторах Башкирии и Оренбургской области. Валентина Николаевна была в комиссии по распределению детей, когда туда привели и новенького. Она даже пошутила, что фамилия у него подходящая — Шатунов, поскольку тот «шатался» по всему Южному Уралу. Смышлёный и смелый мальчуган тронул сердце педагога, и она уговорила других членов комиссии оставить его здесь, в Акбулаке.
"Я села к нему и спрашиваю: «Поедешь к нам в детский дом?» Он поднимает голову и говорит: «Поеду! Мне ребята сказали — проситься к вам. У вас не бьют», — вспоминала сама Тазекенова.
Так началась история крепкой дружбы будущего певца и его «крёстной мамы», как сам Юрий Шатунов говорил позже.
«Белые розы» музыканта-дембеля
Через год Тазекеновой предложили возглавить оренбургскую школу-интернат № 2, имевшую дурную, почти «полутюремную» репутацию — туда отправляли особо трудных, «безнадёжных» подростков. Педагог сначала отказывалась, но тогдашнее руководство отделом образования возражений не приняло: «Вы справитесь!»
Так формировался её главный проект — учреждение, которое позже получит название «Дом детства». Тазекенова мечтала, чтобы это было не казённое место, а настоящий дом для сотни ребят, оставшихся без семьи.
Когда Валентина Николаевна уехала, Юру оставили в Акбулаке. «Не положено тебе туда, ты же у нас не «трудный», — объясняла педагог воспитаннику. Но мальчишка не послушался и вместе с четырьмя своими друзьями попросту сбежал — объявившись на пороге интерната в оренбургском районе Маяк. Все попытки убедить ребят вернуться в куда более благоустроенный и спокойный Акбулакский детский дом потерпели неудачу. «Или с вами — или опять убежим!» — заявили пацаны.
Тогда же Тазекенова познакомилась с долговязым парнем с длинными кудрявыми волосами в солдатской гимнастёрке — вчерашним «дембелем» Сергеем Кузнецовым. Он вёл музыкальный кружок, хотя, принимая дела, новый директор узнала, что ни педагогического, ни музыкального диплома у него нет. Поначалу хотела уволить, но увидев, как тянутся к Сергею ребята — оставила. На прослушивание в кружок забежал и Юра Шатунов. Так встретились два самородка — никогда не занимавшийся вокалом Юра и подбиравший мелодии на слух, без нот, Кузнецов. Через два месяца после этой встречи Сергей написал первую песню специально для пронизывающего до глубины души вокала Юры Шатунова, песню, которая и сегодня остаётся в чартах радиостанций и на дискотеках, — «Белые розы».
Крах, суд и смерть
Долгие годы Дом детства в Оренбурге считался образцовым учреждением. И дело не только в том, что отсюда вышел легендарный «Ласковый май», хотя, конечно, популярность учебного учреждения после «раскрутки» группы выросла многократно. Под управлением Валентины Тазекеновой интернат преобразился: проведён капитальный ремонт, полностью обновлены мебель, пищеблок, наглядные учебные пособия... Сама Валентина Николаевна защитила диссертацию, стала кандидатом наук и общепризнанным экспертом по работе с трудными детьми. Сюда приезжали проверяющие, чиновники, меценаты. На Тазекенову посыпались, одна за другой, награды и признание.
Всё изменилось в 2012 году, когда разразился большой скандал: бывшие сотрудники заявили о системных нарушениях. Речь шла об использовании детского труда, невыплате заработанных средств, давлении на воспитанников.
В Дом детства пришла прокурорская проверка, были опрошены педагоги. На Тазекенову в 2013 году было заведено уголовное дело: следствие утверждало, что она действительно оправляла детей на заработки, но работали они без должного оформления, а деньги им выплачивались не все. В деле фигурировали суммы в сотни тысяч рублей. Кроме того, Тазекеновой вменяли незаконные премии самой себе и служебные нарушения.
Для человека, десятилетиями строившего репутацию «матери» для сирот, это стало настоящим ударом. В том же 2013-м она написала заявление и ушла на пенсию, но расследование продолжалось. Дело в итоге было передано в суд, но заседания откладывались: Валентина Николаевна очень плохо себя чувствовала.
Поддержать «крёстную маму» приезжал и Юрий Шатунов. Он решительно отвергал все обвинения в её адрес, считая, что это наветы и клевета от завистников.
В 2014 году часть обвинений сняли по амнистии. Однако полностью уголовное дело не закрыли. Приговор Фемида должна была вынести весной 2015-го, но до окончательного судебного решения дело так и не дошло.
7 января 2015 года Валентина Тазекенова скончалась после продолжительной болезни. Её смерть поставила точку в истории, где многие вопросы так и остались без ответа.