«Я одержима ее именем. Для меня оно пропитано духовными, романтическими и таинственными оттенками».
Так начинается заметка студентки-медика об одной пожилой женщине — Альтаграсии. У нее инсульт. Она не ест, не открывает глаза, сжимается в комок и отмахивается от врачей иссохшими руками. Казалось бы — «типичный случай» и сухая запись в истории болезни.
Но студентка смотрит иначе. Она всматривается. И вдруг слышит фразу, которая пробивается сквозь болезнь: «Yo se que yo voy a morir en el hospital (Я знаю, что умру в больнице)».
Тогда рождается ее текст. Описание, в котором Альтаграсия предстает не «объектом ухода» и не «жертвой инсульта». Она — женщина с достоинством, страхом, памятью, своей историей. Она прячется от мира не потому, что бредит, а потому, что оплакивает таинственные и не очень потери своей жизни.
В этот момент врач перестает быть наблюдателем и становится свидетелем.
→ Читайте четвертую часть перевода ключевых мыслей книги Риты Чарон «Нарративная медицина: почитание историй болезни» — о том, как внимание к истории пациента меняет медицинскую этику.