Деревня Лукошко стояла на самом отшибе, где лес подступал к заборам плотной черной стеной. В этой глуши доживали свой век Марта и Савелий. Старики слыли радушными хозяевами: к ним часто заезжали городские за «настоящим фермерским продуктом». Марта стояла у стола, по локоть в белой муке. Рядом, на табурете, недвижно замер огромный угольно-черный кот. Его желтые глаза не отрывались от разделочной доски. — Ландыши, ландыши… светлого мая приве-ет… — дребезжащим голосом затянула Марта, ловко вырезая из пласта теста идеальные кружочки. Кот при звуках песни встрепенулся и издал короткий звук, похожий на скрип ржавой петли. — Ишь, Ландышек, ? — узналулыбнулась старуха, обнажив желтые зубы. — Сейчас, милый, сейчас будет начинка. Она назвала кота Ландышем не из любви к цветам. Просто каждый раз, когда Савелий приносил в дом «свежатину», Марта заводила эту старую песню. Для кота эта мелодия стала условным рефлексом: поет — значит, скоро будет мясо. К тому же, Марта шутила, что этот кот, как и на