Услышав ночью, как снова от боли стонет мама, Ана не выдержала, и утром снова завела с ней старый разговор,
- Мама, ну давай поедем к моей старой подруге шаманке? Она...
- Сказала не поеду, значит не поеду, не верю я им! - не дала договорить дочери Светлана Игоревна.
- Мама, она тоже с Алтая, как и мой отец, она многим помогла, говорят к ней людей привозят на инвалидных колясках, а от неё они на своих ногах выходят! - пыталась убедить маму Ана, но та даже слушать её не хотела,
- Само пройдёт, врачи же ничего не нашли, значит пройдёт, - упрямо отвечала ей мама.
- Мама, но ты же мучаешься?
- Тем более эта шаманка с Алтая, как и твой отец, слышать о нём и о ней больше не хочу! - поставила точку в разговоре Светлана Игоревна, и отвернулась от дочери.
Маму Аны уже третий год мучали необъяснимые боли, особенно ночами.
Врачи её полностью обследовали, но ничего плохого не нашли. Вроде бы и радость, что не нашли, но жить с постоянной болью, и пить от неё лекарства, тоже тяжко. Светлана Игоревна от этого ужасно выглядела, и конца и края не было, и боль не проходила, и желудок чуть уже не посадила...
Поняв, что это бесполезно, Ана перестала маму уговаривать, но она сама вскоре спросила, как бы между прочим,
- А далеко твоя шаманка живёт?
- За городом, недалеко, а что? - затаив дыхание ответила Ана.
- Ладно, я согласна, давай прогуляемся, хоть и не верю я им, как и твоему папочке, но зато за город прогуляемся, весна же, цветёт всё, а воздух там вкусный, свежий, надоело мне только о болячках думать...
Ана тут же перезвонила своей подруге, и вернулась к маме,
- Мам, Жанна сказала взять из дома вещь, которую тебе очень хочется выбросить, хотя она дорогая и красивая. Но ты никак не можешь от неё избавиться, потому что это подарок.
- Что за имя для шаманки - Жанна? Самозванка какая-то наверное, - с подозрением отреагировала Светлана Игоревна.
- Её на самом деле Айжан зовут, но вне работы - она Жанна, и что? Я тоже Ана, а все меня Аней зовут. Тебе имя важнее, или от болей избавиться?
- Ладно, но какую вещь мне взять? - огляделась вокруг Светлана Игоревна. И её взгляд остановился на красивой вазочке.
Это был подарок младшей дочки её бывшего мужа - Леры.
Игнат, когда ушёл к другой, с Аной не перестал общаться, и дочек своих даже пытался подружить. Лера, хоть и младше Аны, но часто приезжала раньше к ним в гости.
Правда , когда отец и с её мамой расстался, Лера сначала почему-то решила, что он решил вернуться к ним.
Она тогда приехала в гости мрачнее тучи, но с подарком - это тоже было весной и был женский праздник. И это был её последний подарок, Лера больше к ним никогда не приезжала. Хотя ревновать к отцу повода совершенно не было - Игнат и не собирался возвращаться в первую семью, он опять нашёл себе другую женщину - помоложе. Игнат неисправим, ему жёны быстро надоедают...
Эта вазочка почему-то сразу не понравилась Светлане Игоревне, хотя в ней были свежие тюльпаны, и Лера дарила их с улыбкой, вроде от души.
Но выбросить вазу рука не поднималась - вдруг Ана и Лера помирятся, и Лере будет обидно, что её подарок не сохранился...
Может это и глупо было, но Светлана Игоревна даже покупала тюльпаны, и ставила в эту вазу. Тюльпаны в ней долго стояли, и казалось, что это хороший знак...
Жанна выглядела абсолютно обычной девушкой.
Но, когда она переоделась в одежду для ритуала, и начала обряд камлание, она стала называть себя Айжан...
Светлана Игоревна лежала на кушетке, обложенная сухими травами и амулетами. Айжан взяла в руки её вазу, налила воды и поставила в неё свежие цветы, зажгла свечи, и ударила в бубен...
И Светлана Игоревна под её гортанный говор, и звуки бубна, словно провалилась в прошлое.
Перед глазами мелькали картинки, как они после свадьбы ездили с Игнатом на Алтай к его родне, и ходили к шаману - муж хотел ей показать свои обычаи...
Светлана Игоревна совсем потеряла счёт времени.
Но когда она открыла глаза, то увидела, что свечи уже догорели. А Жанна с Аной уже просто пьют чай и болтают.
- Мамочка, ты очнулась? Как ты себя чувствуешь, тебе лучше? - бросилась к ней дочка.
Но взгляд Светланы Игоревны остановился на её вазе. Цветы в ней засохли, почернели, и выглядели жутко.
- Что случилось с цветами, они же были свежими, и даже бутоны ещё не до конца раскрылись? - удивилась Светлана Игоревна.
- То же, что и с тобой происходило, мам! В этой вазе - чёрная энергия обиды, ревности, зависти. И это не значит, что Лера осознанно на тебя навела такую болезнь. Но Лера, как и я - папина дочка, а в его роду были шаманы. И мы обе можем передавать как светлую энергию жизни, так и тёмную энергию увядания и страданий. Это мне сейчас Айжан всё объяснила.
- Никогда бы не поверила, если бы это не со мной случилось, - Светлана Игоревна ощупала себя, и легко поднялась с кушетки, - Но у меня ничего не болит, я чудесно себя чувствую. Сколько с меня за исцеление?
- Нисколько, мы же подруги с Аной, да и вообще я не беру плату, только подарки. Если можно - оставьте мне эту вазу, вам она точно не нужна, а мне она пригодится, - попросила Айжан, и Светлана Игоревна с радостью согласилась...
Боль к ней больше не вернулась, и Светлана Игоревна больше никогда не говорит, что чудес не бывает... В мире очень много неведомого, и к этому стоит отнестись если не с верой, то хотя бы серьёзно, и с уважением...