Вопрос о том, кто достоин приступать к Святой Евхаристии, а кто нет, занимает важное место в лютеранском богословии. Этот вопрос напрямую связан с пониманием самой сути таинства, которое Мартин Лютер и его последователи стремились восстановить в ходе Реформации. В лютеранстве, как и в других христианских традициях, существует четкое различение между достойным и недостойным причащением, однако критерии этого различения имеют свои особенности.
Что значит «достойный» в лютеранском понимании?
Центральное положение лютеранского учения о достойном причастии выражено в Малом катехизисе Мартина Лютера. Отвечая на вопрос о том, кто достоин приступать к таинству, Лютер пишет: «Пост и телесное приготовление — это, конечно, хорошая внешняя выучка. Но истинно достоин и хорошо приготовлен тот, кто имеет веру в слова: "за вас" и "за многих грешников преподаваемое для прощения грехов"».
Это определение принципиально меняет акценты по сравнению с распространенными представлениями. Достоинство человека определяется не его внешним благочестием, не количеством прочитанных молитв или строгостью поста, а исключительно верой в обетование, которое содержится в словах Христа. Как подчеркивает один из современных лютеранских пасторов, «достойное причастие состоит в знании того, что такое Причастие и зачем ты к нему приходишь».
Ключевыми становятся слова «за вас». В них заключено «невозможное, невероятное таинство: что Творец всего видимого и невидимого заботится о каждом человеке, приближающемся к алтарю». Достоинство, таким образом, есть не заслуга человека, а дар, получаемый через веру.
Недостойное причастие: предостережение апостола
Лютеранское понимание недостойного причастия восходит к словам апостола Павла в Первом послании к Коринфянам: «Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней» (1 Кор. 11:27). Лютеранские вероисповедные документы, в частности Аугсбургское исповедание (артикул XXIV), прямо указывают на серьезность этого предостережения: «Павел весьма сурово говорит о тех, кто недостойно обращается с Евхаристией».
Недостойным причастие делает не недостаток внешнего благочестия, а неверие или сомнение в словах Христа. В Малом катехизисе об этом сказано недвусмысленно: «А кто не верит этим словам или сомневается, тот недостоин и не приготовлен». Сомнение и неверие лишают таинство его спасительной силы, поскольку человек не принимает того дара, который ему предлагается.
Особую опасность представляет причащение без покаяния и намерения оставить грех. Как отмечается в лютеранской традиции, «если вы защищаете какой-либо грех, значит, вы не хотите прощения за него. Если вы планируете оставаться в своем грехе или грехах, значит, вы не хотите прощения». В таком случае человек вкушает святыню в осуждение себе.
Реальное присутствие и его значение
Спор о понимании Евхаристии был одним из ключевых в период Реформации. Лютер, в отличие от Ульриха Цвингли, настаивал на реальном присутствии Христа в хлебе и вине. Как отмечается в исследовательской литературе, Лютер «настаивал на действительном присутствии плоти и крови Христовой в причастии». Для него было важно, что во время таинства верующий действительно встречается со Христом.
Это понимание имеет прямое отношение к вопросу о достоинстве. Если в причастии человек встречается с самим живым Христом, то это встреча требует веры. «Недостойные причастники, — пишет Лютер, — получают Тело и Кровь Христовы, но не получают прощения грехов, ибо они не верят, что грехи прощаются им».
В отличие от католического учения о пресуществлении, лютеране говорят о сакраментальном единстве: хлеб и вино остаются хлебом и вином, но в них и под ними реально присутствуют Тело и Кровь Христовы. Это присутствие не зависит от веры человека — оно объективно. Но спасительным оно становится только для верующего.
Подготовка к причастию
Хотя лютеранство отвергает идею о том, что внешнее приготовление делает человека достойным, оно не отрицает необходимости подготовки. В Малом катехизисе Лютер пишет: «Пост и телесное приготовление — это, конечно, хорошая внешняя выучка». Это означает, что традиционные формы подготовки — пост, молитва, самоиспытание — имеют значение, но не являются определяющими.
Особое внимание в лютеранстве уделяется исповеди. Хотя Лютер не включал обязательную исповедь в чин мессы, он рекомендовал пасторам беседовать с теми, кто намерен причащаться. В некоторых лютеранских уставах, например в «Бранденбургской марке» 1540 года, исповеди придавалось очень большое значение.
В лютеранской традиции существует практика наставления перед конфирмацией, в ходе которого подростки изучают значение таинств и учатся испытывать свою совесть. Традиционно использовались три вопроса: «Сожалею ли я о своих грехах? Верю ли я в то, что здесь присутствует Христос для их прощения? Намерен ли я исправить свою жизнь?».
Однако современные лютеранские пасторы предостерегают от того, чтобы эти вопросы превращались в источник сомнений. Если человек начинает спрашивать себя, достаточно ли он сожалеет, достаточно ли верит, достаточно ли настроен исправиться, он рискует никогда не найти покоя. В таких случаях советуют обратиться к пастору, который может разрешить сомнения.
Закрытое причастие
Из понимания достойного и недостойного причастия вытекает практика, которую в лютеранстве называют «закрытым причастием». Это не означает, что причастие является тайной или доступно только избранным. Речь идет о том, что к причастию допускаются только те, кто разделяет вероучение данной церкви.
Современные лютеранские авторы, ссылаясь на практику первых веков христианства, утверждают: «Современная теория о том, что любой может быть допущен "в качестве гостя" к таинству в церкви иного вероисповедания, что люди могут причащаться там и тут, несмотря на отсутствие полного церковного общения, неизвестна в ранней церкви, более того, немыслима».
Причина этого в том, что причастие есть выражение единства в вере. Если люди не согласны в важных вопросах вероучения, их совместное причащение становится не свидетельством единства, а ложным утверждением о его наличии. В этом случае причастие, призванное объединять, начинает служить разделению.В лютеранском понимании достойное причастие — это не достижение человека, а дар Божий. Достоинство причастника определяется не его заслугами, а верой в обетование, которое содержится в словах Христа: «Сие есть Тело Мое, за вас преломляемое; сие есть Кровь Моя, за вас изливаемая». Эта вера делает человека способным принять тот дар, который предлагается в таинстве, — прощение грехов, жизнь и спасение.
Недостойное причастие — это причастие без веры, без покаяния, без намерения оставить грех. Такое причащение, по слову апостола Павла, приносит человеку не благословение, а осуждение. Поэтому лютеранская традиция призывает верующих тщательно готовиться к таинству, испытывать свою совесть и, в случае сомнений, обращаться к пастору.
В центре же всего стоит не человек с его достоинством или недостоинством, а Христос, который приходит к Своим верным в хлебе и вине, чтобы даровать им то, чего они никогда не смогли бы достичь своими силами, — прощение грехов и вечную жизнь.