Анна Долгарева выступила в Вологде во Всемирный день поэзии

Поэт и военный корреспондент Анна Долгарева представила вологжанам издательство СТиХИ вместе с его редактором Кирой Казариной. Открытая встреча прошла на книжной ярмарке нового формата «Вологодская страница». Гости презентации интересовались тем, как сегодня стать автором и услышали произведения Долгаревой в авторском прочтении. Поэт призналась, что сама попала в издательство через участие в фестивалях - сегодня это один из самых доступных способов заявить о себе. Разговор с вологжанами получился раскрепощённым и искренним. Позднее, на отдельной творческой встрече Анна заявила, что не любит выступать перед военными - людьми, которые устали и хотят отдохнуть. Для восприятия её творчества требуются сосредоточенность и внутренние силы.

Прежде всего на главной сцене Анна Долгарева посчитала нужным прочесть поэму о миллениалах. Своих примерных ровесников в возрасте от 35-40 и от 25-35 лет считает своей основной аудиторией (ссылаясь на опрос из личного телеграм-канала).

Публике сразу было приятно услышать в строчках упоминание вологодского кружева, которое Анна с радостью обнаружила в местной архитектуре.

«Я приехала именно потому, что мне Вологда очень нравится. Я впервые приезжала в 18-м году, когда жила в Петербурге. Автостопом приехала сюда, такой был очень хипанский неформальский вариант. В таком формате я тогда в целом ездила, выступала. Я безумно люблю русский север. Не было пока ещё времени на полноценную эскурсию по городу, но уже мы с друзьями идём и видим - о господи! - деревянные домики, кружева на них, такая красота! Друг мой - Мршавко Штапич - который сам вологодский уроженец, обещал завтра монастырь устроить, то есть по монастырям я поеду. Знакомство с Вологдой у меня ещё впереди», - заметила Анна Долгарева.

«Если говорить вещи про войну, то нужно говорить вещи неочевидные», - отметила Анна. Она признала важность постепенного отхода от наследия Константина Симонова, и обращения будущих поэтов уже к течениям конца двадцатого и начала двадцать первого века.

Часть собственных стихотворений - как выяснилось - она ненавидит. Заезженное «Про Серёгу-водопроводчика» она сравнила с «Сероглазым королём» Анны Ахматовой, которое также со временем опротивело автору своей сентиментальностью и - вместе с тем - популярностью.

Отношение отчасти закрепилось из-за связи с тяжёлым периодом жизни, когда автор переживала депрессию.

«Я не могу сказать, что каждая моя книга - это какой-то дельный срез моей биографии. Скорее, срез творчества. Сейчас, я например, готова издавать новую книгу. У меня накопился материал. Но у меня сейчас очень сильно поменялась поэтическая речь, так назовём. Вот сейчас я пишу и пишу новые стихи, написанные новым языком. С одной стороны - они мне нравятся. С другой стороны - включать их в новую книгу - они будут смотреться там достаточно чужеродно. А не включать - жалко, они мне нравятся!», - поделилась поэт.

Всё, как считает Анна, развивется по синусоиде, и на смену растущему в обществе неопуританству снова придёт очередная сексуальная революция, как мода на патриотизм пришла к молодёжи после склонности к бунтарству. Касается этот принцип и интереса к поэзии.

«Сегодня видела ссылку на опрос о том, что интерес к поэзии вырос на 20%. Хотя количество читателей, я бы сказала, после СВО очень сильно выросло, когда гражданская поэзия стала очень востребованной. Она попала в боль людей, давала им ответы на какие-то вопросы. Этих людей, которые, собственно, вовлечены во всю военно-политическую историю. Им очень хотелось поговорить об этом. Как говорят психологи: вам хочется поговорить об этом? И поэзия говорила с ними художественным языком и при помощи своих образов. И это всегда вызывает больше доверия, чем то, что говорится языком пропаганды с телеэкранов. Хотя я сама - журналист-пропагандист, который говорит с телеэкрана. Поэзию сейчас читают, но я не думаю, что это будет какой-то процесс, который будет по параболе расти. Это скорее всегда - синусоида. Где-то она более востребована, где-то менее. Сейчас, может, будет спадать интерес к поэзии. Государство, в отличие от Советского Союза, не особо заинтересовано в том, чтобы эту поэзию миллионными тиражами издавать. С другой стороны, я рада, что государство пока не особо обращает внимание на поэзию, потому что когда оно обращает внимание, например, на интернет, то получается не совсем то, чего мы хотели», - размышляет Анна Долгарева.