Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Это был не просто билет на пароход»

Джек Доусон даже не собирался плыть в Америку на «Титанике», пока не выиграл билет в покер в портовом кабаке и не стал последним пассажиром, взошедшим на его борт. В интервью корреспонденту Школы журналистики имени Владимира Мезенцева Эмилии Тихоновой он рассказал о своих впечатлениях о самом знаменитом из когда-либо построенных человечеством кораблей. — Ха! Ну Вы и спросили, подруга! Я, знаете ли, художник, а не инженер или математик! Я больше по части натурщиц и портовых карт! На «Титанике» было столько всякого барахла: от бочек с краской в трюме до хрусталя в первом классе, что я даже не брался считать. А вот сам корабль… слышал я, ребята в третьем классе говорили, что он просто огромный, как целый город. Но чтоб в метрах… Думаю, внутри него было побольше воздуха и стали, чем в каком-нибудь захудалом квартале Саутгемптона. Это точно! — Ох, много. Очень много. Знаете это чувство, когда стоишь на нижней палубе, смотришь наверх, а там ярусы палуб, и везде люди? Как муравьи. Говорили, ч
Оглавление
   Пассажир "Титаника" Джек Доусон. Интервью о впечатлениях о пароходе Admin
Пассажир "Титаника" Джек Доусон. Интервью о впечатлениях о пароходе Admin

Интервью с пассажиром «Титаника» Джеком Доусоном

Джек Доусон даже не собирался плыть в Америку на «Титанике», пока не выиграл билет в покер в портовом кабаке и не стал последним пассажиром, взошедшим на его борт. В интервью корреспонденту Школы журналистики имени Владимира Мезенцева Эмилии Тихоновой он рассказал о своих впечатлениях о самом знаменитом из когда-либо построенных человечеством кораблей.

— Сколько кубических метров было на «Титанике»?

— Ха! Ну Вы и спросили, подруга! Я, знаете ли, художник, а не инженер или математик! Я больше по части натурщиц и портовых карт!

На «Титанике» было столько всякого барахла: от бочек с краской в трюме до хрусталя в первом классе, что я даже не брался считать. А вот сам корабль… слышал я, ребята в третьем классе говорили, что он просто огромный, как целый город. Но чтоб в метрах… Думаю, внутри него было побольше воздуха и стали, чем в каком-нибудь захудалом квартале Саутгемптона. Это точно!

— Сколько людей было на «Титанике»?

— Ох, много. Очень много. Знаете это чувство, когда стоишь на нижней палубе, смотришь наверх, а там ярусы палуб, и везде люди? Как муравьи.

Говорили, что больше двух тысяч. Цифры я точно не запоминал, но помню, как мы, в третьем классе, набивались в общие комнаты: там было шумно, тесно, пахло потом и надеждой. А наверху, в первом классе, их было поменьше, но зато каждый, наверное, стоил сотни таких, как я.

Все мы тогда были одной большой компанией, плывущей в новую жизнь. Жаль только, что до новой жизни дошли не все.

— Что побудило Вас выиграть билеты на «Титаник»?

— Азарт, чистый азарт! И, скажу честно, безысходность! Мы с Фабрицио проиграли всё до последнего цента в покер в портовой таверне. Оставалось только ночевать под мостом. А тут какой-то здоровяк выиграл эти билеты и сидел счастливый, как слон. Я предложил ему партию по-быстрому. Рискнул последним, что у меня было. И выиграл!

Это был не просто билет на пароход. Это был билет из нищеты в свободу. Америка, новые горизонты! Я думал: «Ну всё, Джек, теперь ты не просто бродяга, а пассажир самого роскошного лайнера в мире!» Кто же знал, чем эта партия в покер обернется…

— Что Вы почувствовали, когда попали на «Титаник»?

— Восторг! Чистейший, детский восторг. Я в жизни не видел ничего подобного. Эти трубы, эти лестницы! Я, как мальчишка, бегал по палубам, всё разглядывал. Мы с Фабрицио встали на носу, развели руки в стороны и кричали, чувствуя ветер. Казалось, что весь мир у наших ног. Конечно, когда проходил мимо шикарных дам в мехах, чувствовал себя немного не в своей тарелке: мой пиджак, сами понимаете, видал виды. Но внутри меня распирало счастье. Это была свобода. Огромный, непотопляемый город, который везёт меня к моей мечте.

— Как Вы думаете, Ваши родители обрадовались, что их сын плывёт в Америку на «Титанике»?

— Знаете… Моих родителей уже давно нет в живых. Я сам по себе с тех пор, как себя помню. Но если бы они были живы… Думаю, моя мама бы расплакалась. Не от радости, что я плыву на шикарном лайнере, а от гордости, что её сын чего-то добивается, что у него есть шанс. Она бы сказала: «Джекки, будь осторожней, не лезь на рожон». А отец… отец бы, наверное, просто крепко пожал мне руку и сказал: «Парень, ты сорвал джекпот. Теперь не упусти его. Рисуй, живи, люби. Мы тобой гордимся».

Жаль, что я не мог им об этом рассказать. Думаю, они бы обрадовались, что их сын наконец-то перестал просто выживать и начал жить. Даже если эта жизнь оказалась такой короткой.

Автор: Эмилия Тихонова