Утро началось не с кофе а с очередного еще ночного обстрела от серого племени...
Утро в цитадели выдалось хмурым. Тяжёлые свинцовые тучи, вечно нависающие над Камалокой, сегодня казались особенно низкими, давящими на крепостные стены. Воздух был пропитан не только привычным запахом серы и озона, но и едкой гарью недавнего обстрела.
Хиариил вошёл в кабинет первым. Он не стал будить Саллоса, а молча подошёл к огромному панорамному окну. Стекло, укреплённое древними рунами, выдержало ударную волну, но по нему змеилась тонкая, едва заметная трещина — напоминание о ночном происшествии. Внизу, во внутреннем дворе, легионеры уже заделывали воронку от снаряда. Работа кипела.
Ванкириил, отвечавший за безопасность, стоял у карты цитадели, где пульсировали красные точки попаданий.
— Два снаряда, — доложил он вошедшему Хиариилу, не отрывая взгляда от карты. — Один угодил в западную стену арсенала. Повреждения минимальны, защита выдержала. Второй... — он указал на точку совсем рядом с резиденцией Саллоса. — Этот был ближе. Пробил внешний периметр садов. Если бы не купол над самой цитаделью...
Он не закончил фразу. Всё было понятно и так.
Ургетариил, появившийся из боковой двери с чашкой дымящегося отвара из корней мандрагоры, хмуро посмотрел на карту.
— Серое племя совсем обнаглело. Их снаряды становятся мощнее. Или у нас защита слабеет.
— Защита в порядке, — отрезал Ванкириил. — Это провокация. Проверка на прочность.
В этот момент дверь спальни Саллоса распахнулась. Сам демон выглядел отдохнувшим, но его глаза были холодными и острыми, как осколки льда. На его плече, свесив хвост и щурясь от утреннего сумрака, сидел Саллиэль. Крокодил выглядел на удивление бодрым для существа, проспавшего всю ночь и половину утра.
Саллос подошёл к окну и молча посмотрел на суету во дворе. Затем перевёл взгляд на трещину в стекле.
— Докладывайте.
Ванкириил повторил свой отчёт о ночном обстреле.
— Это уже третий случай за неделю, — добавил он. — Они прощупывают наши слабые места.
Саллос молчал ещё несколько секунд, глядя на дымящиеся руины в саду.
— Хиариил, — его голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Конвейер душ откладывается на один час. Сначала мы решим вопрос с безопасностью. объявляй полную боевую готовность для внешнего периметра. Усилить патрули на границе с серыми пустошами. Ургетариил, мне нужен полный отчёт о состоянии защитного купола над цитаделью. И принесите мне кофе. Крепкий.
Он повернулся к своему столу и нажал на скрытую панель. Под его пальцами ожил древний коммуникатор, связывающий цитадель с другими владыками.
— Похоже, спокойные времена закончились. Пора напомнить серому племени, почему они до сих пор сидят в своих пустошах, а не маршируют по нашим коридорам.
Саллиэль на его плече широко зевнул, словно соглашаясь с решением хозяина, и спрыгнул на пол, направляясь в свой любимый угол — ожидать завтрака и нового рабочего дня, который обещал быть куда более напряжённым, чем обычно.
Дверь кабинета снова открылась, готовая впустить первую душу нового дня, но теперь все понимали: работа будет идти под аккомпанемент далёких взрывов.
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет стремительно вошёл Кауримхатиил, министр обороны. Это был высокий, поджатый демон с лицом, словно высеченным из гранита, и глазами, в которых навсегда застыла готовность к бою. Его чёрная военная форма была безупречна, а на поясе висел не парадный кортеж, а короткий, зловещего вида жезл из тёмного металла — символ его власти.
Он не поприветствовал присутствующих. Он сразу направился к столу Саллоса и положил перед ним светящийся тактический планшет.
— Господин Саллос, — его голос был сухим и лающим, как выстрел. — Докладываю. Ночной обстрел — это не случайность. Это разведка боем. Мои наблюдатели на западных башнях зафиксировали передвижение крупных сил серого племени. Они стягивают артиллерию к границе.
Он активировал планшет. В воздухе развернулась трёхмерная голограмма приграничных территорий: серая, безжизненная равнина, испещрённая кратерами и остовами старой техники. На ней пульсировали десятки красных точек.
— Вот здесь, здесь и здесь, — Кауримхатиил указывал на скопления точек, — они устанавливают осадные орудия класса «Тень». Дальность их стрельбы позволяет накрывать не только внешнюю стену, но и добивать до внутреннего кольца цитадели. Включая этот кабинет.
Ванкириил подошёл ближе к голограмме, его лицо помрачнело.
— Они готовятся к полноценному штурму.
Саллос не изменился в лице. Он лишь медленно перевёл взгляд с голограммы на министра обороны.
— Ваши рекомендации, Кауримхатиил?
Министр обороны щёлкнул переключателем на планшете. Красные точки на голограмме сменились синими — позициями войск цитадели.
— У нас два варианта. Первый — оборонительный. Мы поднимаем щиты на полную мощность, приводим в боевую готовность 27-й легион Херемитакиоса и ждём. Это приведёт к истощению ресурсов купола и возможным потерям среди гражданского населения нижних уровней из-за вибрации.
Он сделал паузу, глядя Саллосу прямо в глаза.
— Второй вариант — превентивный удар. Мобильные группы 26-го легиона Кератиоса могут пройти через подземные тоннели и уничтожить их артиллерию до того, как они откроют огонь. Это рискованно, но это единственный шанс сохранить стратегическую инициативу.
В кабинете повисла тяжёлая тишина. Было слышно лишь сопение Саллиэля в углу и далёкий гул ремонтных работ во дворе.
Саллос встал. Его фигура отбрасывала на стену огромную, зловещую тень.
— Мы не будем ждать, пока они превратят мою цитадель в руины. Это наш дом.
Он повернулся к Кауримхатиилу.
— Действуйте по второму варианту. Даю добро на операцию «Тихий Удар». Пусть Кератиос займётся делом. И поднимите по тревоге 29-й легион Ярветакиосириила. После удара им понадобится психологическая помощь.
Кауримхатиил коротко кивнул, его губы тронуло подобие улыбки.
— Будет исполнено, господин.
Он развернулся на каблуках и быстрым, военным шагом покинул кабинет.
Саллос посмотрел на своих заместителей.
— Что ж, господа... Похоже, утренний конвейер душ отменяется. У нас война. Хиариил, отправь посыльного к Исдалуилу. Пусть готовит архив к эвакуации ценных документов в подземные хранилища. Ванкириил, усильте охрану внутреннего периметра.
Он сел за стол и нажал кнопку вызова на коммуникаторе.
— И принесите мне кофе. Очень много кофе. Похоже, поспать сегодня не удастся никому.
Далёкий гул во дворе сменился ритмичным топотом марширующих легионов. Цитадель просыпалась не для рутинной работы, а для битвы.
Дверь кабинета ещё не успела закрыться за ушедшим Кауримхатиилом, как Саллос громко произнёс, зная, что министр обороны его услышит:
— Кауримхатиил, если что — сделайте залп из системы «Шиповник» по позициям серого племени. Я разрешаю.
Министр обороны, уже стоявший в коридоре, остановился. Он медленно обернулся. Его гранитное лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. Он коротко кивнул, не произнеся ни слова, и скрылся за поворотом. Его шаги быстро затихли в гулком коридоре цитадели.
В кабинете повисла тишина. Хиариил и Ванкириил переглянулись.
Ургетариил, оторвавшись от своих приборов, тихо присвистнул:
— «Шиповник»? Серьёзно. Вы хотите превратить их пустоши в стеклянную равнину?
Саллос откинулся в кресле и сплёл пальцы на затылке. Его взгляд был устремлён в окно, на дымящийся сад.
— Они хотели проверить нас на прочность? Что ж, мы покажем им нашу силу. «Шиповник» — это не оружие первого удара. Это аргумент. Последний довод. Если их артиллерия успеет сделать ещё один залп по цитадели... это будет их последний залп.
Он повернулся к Ванкириилу:
— Активируйте протокол «Тишина». Полное подавление всех внешних звуковых волн над зоной конфликта. Я не хочу, чтобы грохот битвы мешал работе конвейера... если он вообще сегодня начнётся.
Ванкириил молча кивнул и активировал свой боевой коммуникатор.
В этот момент в углу заворочался Саллиэль. Крокодил открыл один глаз, посмотрел на хозяина, потом на окно, за которым суетились легионеры, и издал низкий, утробный рык. Он чувствовал напряжение в воздухе.
Саллос встал из-за стола и подошёл к своему питомцу. Он опустился на одно колено и потрепал крокодила по бронированной голове.
— Не волнуйся, дружище. Это просто работа. Грязная, шумная работа.
Он выпрямился и посмотрел на своих заместителей. В его взгляде читалась стальная решимость.
— Итак, господа. Мы на войне. Занимайте свои посты. И пусть хранит нас равновесие.
Дверь кабинета распахнулась, но на этот раз в неё вошёл не очередной посетитель с того света, а легионер в боевой броне, спешащий с донесением.
Конвейер душ замер в ожидании. Начиналась битва за цитадель.
Кабинет Саллоса преобразился. Рабочая, хоть и напряжённая, атмосфера сменилась ощущением штаба перед боем. Саллиэль больше не спал. Он лежал в своём углу, положив массивную голову на лапы, и его вертикальные зрачки внимательно следили за каждым движением в комнате. Он чувствовал запах гари, доносившийся из сада, и слышал далёкую вибрацию стен. Крокодил был напряжён, как сжатая пружина.
Хиариил, первый заместитель, не стал занимать место за столом. Он вышел в приёмную, превратив её в свой временный командный пункт. Оттуда он координировал действия внутренней охраны и принимал донесения от патрулей. Его место в кабинете занял Анкратиил — мелкий, суетливый бес с кожистыми крыльями за спиной. Он сидел на краешке стула, нервно теребя перо и пытаясь выглядеть важным, что у него получалось из рук вон плохо.
Вместо Ургетариила, который, вероятно, был занят проверкой систем защиты, в кабинете появился Варматикариил. Это был алхим-техник, сутулый демон в прожжённом во многих местах халате. Его руки, покрытые разноцветными пятнами от реактивов, были заняты калибровкой портативного сканера. Он что-то бормотал себе под нос на смеси демонического и алхимических формул.
Саллос стоял у окна, глядя на дымящийся сад. Он не обращал внимания на суету своих временных помощников. Его внимание было приковано к горизонту, где серое небо сливалось с серой землёй пустошей.
Внезапно Анкратиил подпрыгнул на стуле. Его крылья затрепетали.
— Господин Саллос! — пропищал он. — Приёмная! Хиариил передаёт срочное сообщение! Мобильные группы Кератиоса вышли на позиции! Они обнаружили артиллерию!
Саллос не обернулся.
— Пусть ждут приказа.
В этот момент кабинет наполнился новой вибрацией — низкой, утробной, от которой задрожали стёкла. Это был не звук взрыва, а скорее стон самой земли.
Варматикариил оторвался от прибора. Его глаза расширились за толстыми линзами очков.
— Господин! Фиксирую колоссальный выброс некротической энергии! Это... это подготовка к залпу! Их орудия заряжены!
Саллос медленно сжал кулак. Решение было принято.
— Анкратиил, — его голос был тихим, но пробил шум кабинета, как нож масло. — Связь с Кауримхатиилом. Немедленно.
Мелкий демон засуетился ещё больше, его пальцы забегали по кристаллам связи. Через мгновение в воздухе появилось мерцающее изображение министра обороны. На заднем фоне были слышны отрывистые команды и лязг металла.
— Господин Саллос?
— Они готовы стрелять, Кауримхатиил. Действуйте по протоколу «Шиповник». Огонь по готовности.
Министр обороны кивнул. Его лицо было каменным.
— Принято. Залп «Шиповником» по моей команде.
Изображение погасло.
Все в кабинете замерли. Даже Саллиэль перестал дышать. Наступила абсолютная тишина, нарушаемая лишь далёким гулом вражеских орудий.
И тут мир взорвался светом.
Это не было похоже на обычный взрыв. Из-под земли, прямо на позициях серого племени, вырвались гигантские столбы изумрудно-зелёного пламени. Они были похожи на огромные световые деревья или кристаллы, растущие с невероятной скоростью вверх, к самым облакам. Они не грохотали, а пели — на высокой, режущей слух ноте.
«Шиповник» работал.
Столбы света простояли несколько секунд, а затем так же стремительно опали, превращаясь в пыль и расплавленное стекло. На том месте, где только что была армия и артиллерия врага, теперь простиралась идеально ровная, блестящая поверхность, похожая на чёрное зеркало.
Варматикариил первым нарушил тишину, присвистнув:
— Впечатляет... Весь их накопленный некротический заряд ушёл на подпитку «Шиповника». Они буквально взорвали сами себя изнутри.
Анкратиил вытер пот со лба трясущейся рукой.
— Это... это конец?
Саллос наконец отвернулся от окна. Его лицо было усталым, но спокойным.
— Это конец их наступления. Но не войны. Они вернутся. Они всегда возвращаются.
Он посмотрел на своих помощников.
Саллос: Анкратиил позови Хиа и можешь быть свободен
Анкратиил подпрыгнул от резкого тона, его крылья затрепетали, сбрасывая на пол несколько перьев. Он быстро закивал, отчего его голова на тонкой шее заболталась, как у игрушки-болванчика.
— Слушаюсь, господин! Сей момент! — пропищал он и, спотыкаясь о собственные ноги, пулей вылетел из кабинета в приёмную.
Варматикариил, который уже упаковывал свой ручной сканер в кожаный чехол, замер на секунду, а затем низко поклонился.
— Я вернусь в лаборатории, господин Саллос. Нужно проанализировать спектральный след «Шиповника». Это было... великолепно.
Не дожидаясь ответа, алхим-техник бочком проскользнул к выходу и исчез вслед за бесом.
В кабинете снова воцарилась тишина. Саллос подошёл к своему столу и нажал на неприметный кристалл вызова.
— Кухня. Завтрак на двоих. В мой кабинет. И побыстрее.
Он повернулся к Саллиэлю. Крокодил уже не лежал, а сидел, внимательно глядя на хозяина. При слове «завтрак» он издал тихий, одобрительный рык и нетерпеливо застучал хвостом по полу, отчего со стола Анкратиила посыпались свитки.
Дверь кабинета открылась, и вошёл Хиариил. Его лицо было спокойным, но под глазами залегли тени от бессонной ночи.
— Вызывали, господин?
— Да, Хиариил. Присаживайся. Завтрак сейчас принесут. Нам нужно обсудить приоритеты. Война войной, но души сами себя не распределят. Конвейер должен работать чётко. Особенно сейчас, когда цитадель на осадном положении. Нам нельзя терять эффективность.
Хиариил кивнул и занял своё привычное место у стены.
— Я уже отдал распоряжения. Приёмная готова к работе. Анкратиил... — он позволил себе лёгкую усмешку, — ...хоть и суетлив, но исполнительный. Он справится с первичным фильтром.
В этот момент дверь снова открылась. В кабинет вошла процессия: два младших демона-повара несли огромный серебряный поднос. На нём возвышалась гора дымящегося мяса (для Саллиэля), блюдо с жареными перепелами, кувшин с дымящимся отваром и свежие лепёшки для Саллоса.
Саллиэль тут же забыл обо всех проблемах мира. Он поднялся на все четыре лапы и целеустремлённо двинулся к столу, заняв позицию рядом с креслом хозяина. Его глаза были прикованы к мясу.
Саллос жестом отпустил поваров и сел за стол. Он взял лепёшку и отломил кусок перепела.
— Что ж, Хиариил. Давай поедим и обсудим, кто у нас первый на очереди после такого... насыщенного утра. Надеюсь, это будет кто-то тихий. Например, библиотекарь.
***
Хиариил: сегодня по списку солдаты разных эпох и стран, простые люди из недавно скончавшихся, а вот библиотекарей нет.
Саллос вздохнул, отправляя в рот кусок перепела. Он бросил взгляд на Саллиэля, который с утробным урчанием поглощал свою порцию мяса, и покачал головой.
— Как всегда. Ни минуты покоя. То политики, то зацеперы, а теперь ещё и целый взвод солдат. И, конечно, ни одного библиотекаря. Ни одного тихого человека с книгой. Вселенная определённо издевается.
Он вытер руки о салфетку и откинулся в кресле, глядя на своего заместителя.
— Ладно. Солдаты так солдаты. Кто там первый в списке? Надеюсь, хотя бы не кричит «Слава...» чему-нибудь.
Хиариил активировал светящийся свиток с графиком приёма. Список душ мерцал в воздухе, упорядоченный по времени прибытия и уровню разрушения матрицы.
— Первый — легионер Римской империи. Центурион, погиб в бою с варварами. По предварительным данным сканирования в распредпункте - Матрица жизни разрушена на 55%. Частота вибрации — 9 Гц. Отклонение от программы — 30%. Стандартный набор грехов категории Б: убийство на войне, гнев, гордыня.
Саллос поморщился.
— Только римской дисциплины нам тут не хватало. Надеюсь, он хотя бы не будет требовать построить всех в фалангу. Запускай его.
Хиариил кивнул и нажал на кристалл связи в приёмной.
— Анкратиил, запускай первого посетителя.
Через минуту дверь кабинета открылась. На пороге стоял высокий, крепко сложенный мужчина в потускневших доспехах римского центуриона. Его лицо было суровым и обветренным, а взгляд — прямым и смелым. Он не выглядел напуганным или растерянным, скорее — готовым к бою или к докладу командиру.
Он вошёл в кабинет, печатая шаг, и остановился ровно посередине, между столом Саллоса и спящим (до этого) Саллиэлем. Крокодил приоткрыл один глаз, оценивающе посмотрел на блестящий нагрудник солдата и снова закрыл его.
Центурион обвёл кабинет взглядом профессионального военного, мгновенно оценив диспозицию: демона за столом как главного командира, демона у стены как заместителя, и спящего зверя как потенциальную угрозу или охрану.
Затем он ударил себя кулаком в грудь в римском приветствии и громко, на чистой латыни, произнёс:
— Ave! Я — Гай Кассий Вектий, центурион XV Аполлонова легиона. Я требую аудиенции у твоего примуса пилуса!
Саллос поднял бровь и посмотрел на Хиариила.
— Он требует аудиенции у моего «первого копья». Это он про тебя?
Хиариил позволил себе лёгкую улыбку:
— Похоже, он принял меня за старшего трибуна или легата. Его дисциплина безупречна, даже после смерти.
Саллос встал из-за стола. Он не стал отвечать на латыни. Он заговорил на языке Камалоки, но его голос был твёрдым и властным, как у генерала перед строем:
— Центурион Гай Кассий Вектий. Твоя война окончена. Твоё gladius сломан. Ты мёртв.
Римлянин не дрогнул.
— Смерть — лишь ещё один приказ. Я готов его исполнить. Каков будет приказ, командир?
Саллос обошёл стол и остановился перед ним.
— Твой приказ — восстановление. Твой легион — твоя собственная душа. Твой враг — разрушение твоей матрицы жизни.
Он кивнул Хиариилу, который уже держал наготове сканер. (Ургетариила пока на месте нет, обойдемся и без него пока)
— Приступим к смотру войск, центурион. Вольно.
Результаты сканирования души: Гай Кассий Вектий
- **Идентификатор:** № [указать номер].
- **Имя:** Гай Кассий Вектий.
- **Происхождение:** Римская империя, *XV Аполлонов легион*.
Сканирование тел: данные по разрушенности структуры
*(0,01 — не разрушено или разрушено незначительно; 100 — тело разрушено полностью, отсутствует)*
- **Атман:** 55%.
- **Каузал:** 44%.
- **Карм:** 55%.
- **Буддх:** 62%.
- **Ментал:** 65%.
- **Астрал:** 53%.
- **Эфир:** 87%.
Матрица жизни
- **Основная:** разрушена на **55%**.
*(Восстановление в Камалоке возможно, но требует времени и энергии)*
- **Резервная:** отсутствует.
Внутренняя сигнатура души
*(определяется профессией при жизни или родом занятий):* № [указать номер, например: «Центурион, легионер»].
Грехи
- **Категория А (глобальные):** отсутствуют.
- **Категория Б (бытовые):** убийство на войне, гнев, гордыня, жестокость к подчинённым.
Отклонение от программы: **30%**
*(Чем больше результат, тем хуже участь души)*
Частота вибрации: **9 Гц**
Рекомендация системы сканирования
Для души Гая Кассия Вектия рекомендуется распределение на минус седьмой уровень Камалоки.
Данный уровень предназначен для душ с выраженной воинской структурой личности и значительным отклонением от программы. Условия этого сектора способствуют восстановлению энергоматрицы через структурированную деятельность и иерархическую дисциплину, что соответствует внутренней сигнатуре центуриона.
Для более быстрого восстановления энергоструктуры, при условии успешного прохождения первичной адаптации, возможна рекомендация по переводу на минус восьмой уровень. Этот уровень обладает более высокой концентрацией восстанавливающих потоков, что ускоряет регенерацию основной матрицы жизни, однако требует большей внутренней стабильности души.
Саллос посмотрел на голограмму с данными сканирования, затем перевёл взгляд на стоящего перед ним центуриона. Гай Кассий Вектий стоял неподвижно, как статуя, ожидая приказа. Его выправка была безупречной, даже после смерти.
— Отправьте его на минус седьмой, — распорядился Саллос, обращаясь к Хиариилу. — Если там адаптируется к новым условиям — переведём на минус восьмой для ускоренного восстановления.
Он сделал паузу и добавил, глядя римлянину прямо в глаза:
— Центурион. Твоя дисциплина достойна уважения. Но здесь твои приказы ничего не значат. Здесь нужно подчиняться. Выполняй инструкции легионеров. Это твой новый легион.
Гай Кассий Вектий выслушал его молча. Он не до конца понял метафору про «новый легион», но суть уловил чётко: есть командир, есть приказ. Он снова ударил себя кулаком в грудь:
— Будет исполнено!
В кабинет вошли два легионера-тени. Они не стали применять силу. Один из них просто указал центуриону на дверь. Римлянин кивнул, бросил последний взгляд на кабинет и твёрдым шагом направился к выходу.
Хиариил сделал пометку в светящемся свитке.
— Зафиксировано. Минус седьмой уровень, сектор «Вечный Форум».
Дверь за центурионом закрылась.
Саллос вернулся за свой стол и посмотрел на поднос с завтраком. Мясо для Саллиэля было съедено подчистую, а от перепелов осталась лишь горстка костей.
— Следующий, — устало произнёс он. — И пусть это будет... крестьянин. Или поэт. Кто-нибудь, кто не будет пытаться построить моих демонов в манипулу.
Хиариил свернул свиток.
— По списку идёт русский солдат, господин.
Саллос закрыл лицо рукой.
— О, нет... Только не опять... Ладно, запускай. Только предупреди его, чтобы не пел. У меня от этих гимнов до сих пор в ушах звенит.
***
Центурионы нынче редкость, этого нашли при закрытии очередной временной петли и портала. Потерялся почти две тысячи лет тому назад, благодаря временной петле неплохо сохранился.
Дверь открылась без стука. В кабинет вошёл молодой парень, лет двадцати с небольшим, в выцветшей форме советского солдата. Его взгляд был усталым, но ясным, а осанка выдавала военную выправку. Он не выглядел напуганным или растерянным. Он просто пришёл с докладом.
Он остановился посреди кабинета, как положено по уставу, и молча уставился на Саллоса, ожидая приказаний. Он видел перед собой старшего по званию, и этого было достаточно.
Саллос внимательно посмотрел на него. Этот был не похож на крикливого украинского солдата. В нём не было ни бравады, ни вызова. Только спокойная, тяжёлая усталость человека, который видел слишком много.
— Вольно, солдат, — голос Саллоса прозвучал неожиданно мягко. — Вольно. Здесь нет строевого шага.
Солдат едва заметно расслабил плечи, но продолжал стоять смирно.
Ургетариил, занявший своё место у сканера, активировал прибор. Луч света скользнул по фигуре вошедшего.
— Господин Саллос, — доложил он. — Матрица жизни разрушена на 58%. Причина смерти: проникающее ранение. Атман разрушен на 45%. Частота вибрации — 6 Гц (эталон 8.34). Отклонение от программы — 25%.
Он сделал паузу, сверяясь с данными.
— Грехи категории Б: участие в боевых действиях по приказу. Внутренняя сигнатура: «Воин-интернационалист».
Саллос встал из-за стола и медленно подошёл к солдату. Он не возвышался над ним грозной тенью, а остановился рядом, глядя ему в глаза.
— Афганистан... — произнёс он тихо. — Горы. Жара. Пыль.
Солдат молча кивнул.
— Ты выполнил свой долг, — продолжил демон. — Ты воевал не ради славы или наживы. Ты был солдатом своей страны.
Солдат снова кивнул, его губы сжались в тонкую линию. Он не хотел говорить об этом. Воспоминания были слишком свежи и болезненны.
Саллос положил руку ему на плечо.
— Твоя душа чиста от тяжких грехов. Твоя вибрация высока для воина. Твой путь лежит на нулевой уровень Камалоки. Там ты найдёшь покой. Там нет войны.
Солдат впервые с момента входа позволил себе лёгкое удивление. Он ожидал наказания, вечной битвы в нижних мирах за пролитую кровь. Но вместо этого ему предлагали покой.
Он выпрямился и чётко, по-военному ответил:
— Служу Советскому Союзу... — он запнулся, осознав парадокс ситуации, и поправился: — ...то есть... спасибо.
Он развернулся и твёрдым шагом направился к выходу, где его уже ждал легионер для сопровождения.
Дверь за ним закрылась.
В кабинете снова стало тихо.
Саллос вернулся за стол и посмотрел на Хиариила.
— Вот видишь? Бывают и такие души. Молчаливые. Честные. Им не нужны гимны и крики. Им нужен только покой.
Он посмотрел на Саллиэля. Крокодил лениво приоткрыл глаз и моргнул, словно соглашаясь с хозяином.
Хиариил свернул свиток:
— Следующий в списке — простой человек из недавно скончавшихся. Мужчина, 67 лет, умер от инфаркта в ванной.
Саллос вздохнул и потёр переносицу:
— Ну вот... а я только настроился на что-то героическое. Ладно, запускай. Посмотрим, что нам принесёт утро после артобстрела и римской дисциплины.
***
продолжение следует
