Господи Боже, помилуй меня, грешного!
Тишина. В ней ли Ты? Или в этом шуме, что раздирает мои уши день и ночь? Голоса, голоса, голоса... Они ползут ко мне, как змеи, обвиваются вокруг шеи, шепчут, кричат, требуют. Курьер стучит в дверь с моим хлебом, политик ссорятся с экрана, сосед сверлит стену, и этот бесконечный, леденящий душу шепот мира, который говорит мне: "Будь как все, потребляй, бойся, суетись". А я стою посреди этого и кричу: ГДЕ ТЫ, ГОСПОДИ?
Я хочу слышать Тебя. Не эхо собственных мыслей, не утешения психологов, не красивые цитаты из пабликов. Я хочу Твой голос. Единственный, который сотворил небо и землю. Тот, Который позвал Авраама из Ура Халдейского, тот, Который горел в купине пред Моисеем, тот, Который шептал Давиду: "Ты человек по сердцу Моему". Ты говорил с Исайей в храме, и края риз Твоих наполнили вселенную. Ты коснулся уст Иеремии, чтобы он пророчествовал народам и царствам. Ты показал Иезекиилю колеса, полные очей, и кости, оживающие под ветром.
Кто я? Кто я пред Тобой? Песчинка. Пыль на ветру. Один из миллионов, кто носит имя Твое на устах, но редко носит Тебя в сердце. Я слишком мал. Я даже не муравей в Твоих глазах, я — ничто. Но вот дерзость моя, вопль мой, крик мой: я хочу слышать Тебя не меньше, чем они! Не потому, что я смел или праведен, а потому что Ты Сам вложил в меня эту тоску. Ты Сам создал меня с этой пустотой, которую ничем, кроме Тебя, не заполнить. Ты Сам дал мне этот голод, который не утоляют никакие хлеба мира сего.
Так заговори же со мной! Смилуйся надо мной, Господи. Мне надоели хит-парады музыкальные, я ищу водительства Божьего. Мне опротивели не сбывающиеся прогнозы горе-экономистов о курсе криптовалют, я жажду правды. Я задыхаюсь в этом вакууме чужих слов, я хочу ворваться в Твой эфир. Я хочу, чтобы Твой голос прорвал эту плотину суеты и затопил мою душу.
Объясни мне то, что Ты хочешь сказать. Я не смею указывать Тебе, не смею диктовать. Я не торгуюсь с Тобой: "Ты мне — голос, я Тебе — свечку". Нет. Я просто открываюсь. Я просто падаю ниц. Возьми меня, как глину, и вылепи заново. Возьми мой слух и настрой его на Свою волну. Хочешь — говори притчами. Хочешь — говори громом, как на Синае. Хочешь — говори тихим веянием ветра, как Илии. Мне всё равно, как, лишь бы это был Ты. Не оставь меня без гласа Твоего. Ибо Ты ближе ко мне, чем моё собственное сердце, которое стучит в груди. Ты пронзаешь меня насквозь, видишь все мои тайные мысли, всю грязь и всю тоску по чистоте. Так зачем же молчать? Зачем оставлять меня наедине с моими призраками?
Слушать Тебя хочу. И мало просто слышать звук. Открой мой разум для разумения. Я как тот отрок, которого вели в Иерихон: я слышу, но не понимаю. Иногда мне кажется, что Ты стучишь в дверь, а я принимаю стук за сквозняк. Иногда мне кажется, что Ты шепчешь в совести, а я заглушаю Тебя телевизором. Останови меня. Оглуши. Ослепи, если надо, лишь бы прозрел дух мой. Сделай так, чтобы я различал Твой голос среди тысяч подделок.
Я знаю, Господи, что прошу дерзновенно. Даже слишком. Откуда у червя такая смелость? Откуда у пылинки такое нахальство? Но я прошу не ради себя пустого. Я не прошу богатства, не прошу славы, не прошу даже здоровья. Я прошу Тебя ради Сына Твоего, Иисуса Христа. Ради Крови Его, пролитой за меня, за эту самую песчинку. Ради той Любви, которая пригвоздила Его ко Кресту, когда я еще издевался над Ним в своих грехах. Во имя этих Ран, во имя этой Жертвы — услышь меня! Если бы не Он, я бы не посмел и рта раскрыть. Я бы лежал в прахе и молчал. Но Он открыл мне путь. Он разорвал завесу. Он дал мне эту немыслимую привилегию — называть Тебя Отцом и взывать к Тебе.
Очисти меня. Вымой всю грязь, которая мешает связи. Сожги все помехи. Я хочу быть чистым проводником, медной трубой, через которую Твой ветер сможет петь мелодии миру. Я хочу стать устами Твоими. Не моими устами, которые врут, льстят и сплетничают, а Твоими. Чтобы люди, глядя на меня, слышали не мои заумные речи, не мои богословские выкладки, а просто: Тебя. Чтобы, когда я открываю рот, из него выходил свет, а не дым. Чтобы слова мои падали не как пустые звуки, а как семена в землю, и прорастали правдой.
Пусть душа моя станет ножнами для Твоего меча. Пусть сердце мое станет чашей для Твоего вина. Наполняй. Рассказывай мне. Говори со мной днями и ночами. Говори, когда я ем, когда иду по улице, когда лежу в постели. Пусть голос Твой будет для меня слаще меда и желаннее воздуха.
И если я буду нем и глух, если я снова уползу в свою раковину — тащи меня оттуда за волосы, но не молчи. Молчание Твое страшнее любой боли. Тишина Твоя — это ад. Ад — это когда Тебя нет и голоса Твоего не слышно. Не дай мне оказаться в этом аду при жизни. Прорвись сквозь мой камень. Прорвись сквозь мою плоть.
Я здесь. Я на коленях. Я в слезах. Я слушаю. Скажи мне что-нибудь. Скажи всё, что у Тебя есть. Я хочу знать Тебя. Не о Тебе — а Тебя Самого. Ибо Ты благ. Ибо Ты любовь. Ибо Ты жизнь моя, дыхание мое, всё, что у меня есть.
Аминь.