Российские ученые исследовали психологическое состояние людей, которые участвовали в изоляционном эксперименте «Сириус-23», имитирующем полет на Луну и работу на лунной станции. Они выяснили, как меняются взаимоотношения людей и ощущение времени в процессе изоляции. Ученые Сеченовского Университета и Института медико-биологических проблем РАН не только провели исследование, но и разработали программу психологического сопровождения эксперимента.
Спасут планы на будущее и четкое расписание
«Сириус-23» вошел в череду экспериментов, в которых моделируют условия межпланетных экспедиций. Двое мужчин и четыре женщины разных профессий провели год в изоляциивнутри Наземного экспериментального комплекса Института медико-биологических проблем РАН, где они выполняли задачи реального полета: производили «стыковку», отрабатывали внештатные ситуации, участвовали в исследованиях, в том числе психологических. Например, в определенные периоды им приходилось работать без сна в течение полутора суток.
Психологическое состояние экипажа оценивали с помощью нескольких методик, которые показывали, как меняются отношения в коллективе и как участники эксперимента воспринимают течение времени.
Доцент кафедры педагогики и медицинской психологии Сеченовского Университета Ольга Шалина пояснила, почему было важно оценить именно отношение ко времени: «Представление человека о том, кто он был в прошлом, кто он сейчас, каким будет его будущее,— это ядро самосознания. А если человек теряет эти точки опоры — так, например, бывает при алкогольной зависимости, когда время уплощается и сужается до сиюминутных желаний, — человек теряет часть себя».
Исследователи выяснили, что ощущение времени у участников заметно менялось в течение эксперимента. Примерно ко второму месяцу время для них стало вязким, тягучим, медленным. «Как показал эксперимент, именно два месяца — это критический срок при долгосрочной изоляции. Участники испытывают эмоциональный упадок, утрату, горе, начинают размышлять, зачем они оставили семью, привычную работу, чтобы участвовать в экспедиции. Будущее становится туманным, прошлое вытесняется. Это не значит, что человек забывает свою жизнь, просто прошлое перестает быть ресурсом для построения настоящего и только вызывает сожаление о «потерянном рае», — пояснила психолог.
По ее словам, такому кризису способствует не только сама изоляция и тоска по дому, но и недостаток движения, активной деятельности. Когда участники выполняли не монотонные задачи, а «высаживались на Луну» и отрабатывали нештатные ситуации, время, наоборот, сжималось и становилось ограниченным. «Причем ограниченность в этом случае носит позитивный, продуктивный характер, в отличие от «безграничного болота» одинаковых дней», – сказала Ольга Шалина.
Поэтому, чтобы принять свое настоящее, каким бы монотонным, сложным, конфликтным, надоевшим или тяготящим оно ни было, его надо ограничить, увидеть его пределы и, соответственно, варианты развития за этими пределами. Ограничивая настоящее, человек ограничивает свои негативные переживания.
Исходя из этого, в условиях изоляции, да и в принципе эмоционального упадка, важно создавать позитивный и максимально конкретный образ будущего, считают психологи. «Оценивая подобные эксперименты в целом — не только «Сириус-23», но и другие «Сириусы» и «Марсы», которые были раньше, можно сказать, что очень важна мотивация людей. В какой-то момент все равно возникнет вопрос: «Почему я здесь? Ради чего я на это подписался?» И проще всего ответить на него, а значит, адаптироваться к новой реальностилюдям, которые воспринимают это как часть своей карьеры, продвижения послужбе в отряде космонавтов», —рассказала Ольга Шалина.
Кроме того, фундаментом психического здоровья экипажа ученые назвали четкую структуру времени — распорядки, циклы задач. Именно такая структурированность позволила экипажу преодолеть «кризис двух месяцев» и двигаться дальше.
У отношений — тоже кризис двух месяцев
У отношений в коллективе ученые обнаружили примерно те же временные циклы. Сначала чувства друг к другу у членов экипажа были нейтральными —все друг к другу присматривались, как это происходит в любом коллективе отшкольного до рабочего. И опять-таки примерно через два месяца, за которые все участники успели вместе и поработать, и пообщаться, каждый составил четкое мнение о других. Двое участников стали неформальными лидерами — к ним у остальных возникли уважение и симпатия. Командир тоже вошел в число лидеров, приобретя,помимо формальных полномочий,эмоциональную привязанность подчиненных. Один из участников оказался аутсайдером, а еще к двоимсложилось амбивалентное отношение —их ценили как профессионалов, но сближаться не торопились.
Одно из самых интересных выводов исследования — на восприятие времени сильно влияют межличностные отношения, отметила Ольга Шалина. Гнев ускоряет течение времени — оно будто сжимается, события начинают разворачиваться стремительнее. А чувство вины — вязкое, угнетающее, заставляющее бесконечно проигрывать события и тяготиться самим собой и своими решениями, — наоборот, как бы погружает человека в бесконечность, определяют текущий момент как длительный, бесперспективный, без вариантов позитивных изменений.
Попросить об одолжении и поменяться ролями
Для членов экипажа разработали программу психологической поддержки. Помимо традиционных способов вроде общих праздников, совместного просмотра фильмов, сеансов видеосвязи с семьей и небольших подарков от родных на важные даты, для участников «Сириуса-23» разработали программу с использованием очков виртуальной реальности. Надев шлем, человек может оказаться в знакомых пейзажах и любых точках мира. Особенно это было полезно во время иммерсивных экспериментов, когда, например, человек долгое время лежал в специальной ванне, чтобы проверить, как меняется его кровоток в «космических» условиях — без гравитации. «Человеку приходилось провести в такой ванне несколько часов или даже суток, и VR был незаменим, чтобы разнообразить его досуг», — пояснила Ольга Шалина. По ее словам, изначально технологию использовали для терапии хронической боли, а теперь — и для психологической поддержки.
Так как психологический климат — залог успешной миссии, следует продолжать разрабатывать и улучшать программы психологического сопровождения экипажей, убеждены исследователи. Важно уделить внимание межличностным отношениям и профилактике конфликтов, особенно в те моменты, когда отношения только закладываются. В том числе это может быть совместная деятельность, где люди рассказывают о себе, лучше узнают друг друга и даже меняются ролями.
Полезны и задачи, где людям нужно не просто общаться, а помогать друг другу, считает Ольга Шалина. Например, можно смоделировать ситуации, когда каждому члену экипажа нужно обратиться за помощью к другим. «В популярной психологии это называется «эффект ноги в двери». Если перед тобой захлопывают дверь, ты ставишь в проем ногу —просишь человека об одолжении. Он берет тебя под опеку, и ты ему уже приятнее и симпатичнее», — пояснила эксперт.
Опыт «Сириуса-23» подтвердил: даже в условиях полной изоляции от внешнего мира ключ к сохранению психологической устойчивости и продуктивности лежит в умении структурировать настоящее и верить в будущее. Эти выводы станут важным этапом в подготовке будущих полетов.