Это тот редкий случай, когда фильм не просто развлекает — он въедается в память навсегда. Адриано Челентано на тракторе, Орнелла Мутти в летящих платьях, и эта невероятная химия между ними. Но что на самом деле происходило за кадром? Как рождалась эта магия, и почему советские зрители буквально ломились в кинотеатры?
От Шекспира до итальянской глубинки
Основой для картины послужила пьеса Уильяма Шекспира, но режиссёры Кастеллано и Пиполо (это псевдонимы Франко Кастеллано и Джузеппе Пиполо) перевернули классический сюжет с ног на голову. Если у английского драматурга мужчина покоряет своенравную женщину, то здесь роли поменялись местами.
Интересный факт: эти же режиссёры за шесть лет до «Укрощения строптивого» работали с Эльдаром Рязановым над «Невероятными приключениями итальянцев в России». Видимо, советская публика им уже была знакома, и они точно знали, чем её зацепить.
Библейские мотивы и вороны-слушатели
Имя главного героя — Элиа — это итальянская версия библейского Ильи. И это не случайность. Режиссёры насытили фильм религиозными отсылками. Помните сцену, где Элиа разговаривает с воронами, и те его слушаются? Прямая параллель с пророком Ильёй, который тоже общался с этими птицами.
Характер Элиа тоже списан с библейского прототипа: своенравный, борющийся с ложными ценностями (в данном случае — с культом денег и богатства). А его главная противница — женщина, точь-в-точь как у пророка была врагом царица Изавель.
Импровизации Челентано и нарисованный ковёр
Адриано не просто играл по сценарию — он его переписывал на ходу. Актёр вносил правки, полагаясь на собственное чутьё, и часто импровизировал прямо во время съёмок.
Вот один технический нюанс, который мало кто замечает: в сцене, где Элиа на тракторе вывозит кровать Лизы прямо из спальни, на полу лежит ковёр. Точнее, не лежит — он нарисован! Настоящий ковёр помешал бы выполнению трюка, поэтому художники схитрили и просто изобразили его на полу.
Винный танец и город модельеров
Одна из самых запоминающихся сцен — это танец на винограде в итальянском городке Вогера. Здесь действительно производили вино таким старинным способом, и традиция сохранилась до сих пор.
Вогера — место с историей. Здесь родились братья Мазератти, основатели легендарной автомобильной марки. Здесь же появился на свет модельер Валентино Гаравани, и в фильме есть прямая отсылка на него: Лиза упоминает, что одета в костюм от Валентино.
Кстати, все платья Орнеллы Мутти создавал художник по костюмам Уэйн Финкельман, ранее работавший над картиной «Блеф» с тем же Челентано. Эти воздушные наряды так полюбились советским зрительницам, что многие принялись шить похожие платья самостоятельно.
Роман на съёмочной площадке
Слухи о романе между Челентано и Мутти поползли сразу. Жена актёра устроила ему разбор полётов, но Адриано категорично заявил: либо она ему верит, либо они расходятся. Супруга замолчала.
Годы спустя Орнелла Мутти призналась в интервью, что роман действительно был. Она даже сказала, что это нормальная практика для коллег по цеху. Но её возмутило, что Челентано первым об этом рассказал — актриса не хотела, чтобы её дети узнали о такой детали.
Настоящая заправка и советская цензура
Та самая бензоколонка, где переодевается Лиза, — не декорация. Это реальная заправка в городе Арлуно, и она работает до сих пор. Можно приехать и сфотографироваться на месте культовой сцены.
Когда фильм показали в СССР, произошло невероятное. На премьеру ломились толпы — настолько массовые, что пришлось вызывать милицию для разгона давки. Говорят, картина попала в Советский Союз благодаря личной любви Брежнева к итальянскому кино.
Правда, советские цензоры «причесали» ленту: вырезали интимные сцены, драку девушек в кафе, роды коровы и эпизод с охотниками. Но существовала и пиратская версия с одноголосным переводом, где можно было увидеть всё это.
Почему этот фильм до сих пор смотрят
Я пересматривал «Укрощение строптивого» раз десять, не меньше. И каждый раз нахожу что-то новое. То обращу внимание на детали костюмов, то замечу тонкую игру актёров, то просто наслаждаюсь лёгкостью повествования.
Это кино не стареет, потому что оно честное. Никакого пафоса, только живые эмоции, итальянский темперамент и та самая химия, которую невозможно подделать. Челентано и Мутти создали на экране что-то большее, чем просто историю любви — они показали, как два совершенно разных мира могут найти общий язык.
А вы замечали эти детали при просмотре? Какая сцена нравится вам больше всего?