Невзыскательные лица
Как снижается цена
Чтобы продать найденное у банкрота имущество, арбитражный управляющий сначала проводит его оценку, затем выставляет его на торги. В теории имущество могут продать как дороже, так и дешевле стартовой цены. Но на практике только 23% лотов продают по стартовой цене или выше. В среднем имущество продают примерно на треть дешевле начальной цены.
За первое полугодие 2025 года, последний период, по которому есть официальные данные, в суды поступили требования кредиторов на 400 млрд рублей. При этом с должников взыскали 26,6 млрд. Это всего 6,6% от задолженности.
Даже если у должника есть что выставить на торги, в большинстве случаев покупателей всё равно не находят. По нашим подсчетам, только 41% лотов, чьи торги прошли в январе — сентябре 2025 года, был куплен. Все остальные либо останутся у собственников, либо будут выставлены на продажу снова. Купить имущество банкротов может кто угодно. Для этого нужно только выпустить электронную подпись и зарегистрироваться на торговой площадке, где проходят торги.
Микрокредиты военного времени
Сынару Ширинова из села Усть-Кан республики Алтай была в декрете с третьим ребенком, когда ее муж остался без работы. К тому моменту на семью было оформлено несколько кредитов, и супруги оказались не в состоянии их платить. К августу 2024-го, когда Ариф и Сынару Шириновы подали на банкротство, их долг перед двумя банками и шестью микрокредитными организациями вырос почти до миллиона рублей. Часть долгов уже перепродали коллекторам.
Процесс длился дольше года. Арбитражный управляющий попытался продать с торгов стиральную машину Шириновых, но ее никто не купил. В итоге в ноябре 2025-го суд завершил процедуру банкротства супругов. Все долги семьи просто списали.
Случай семьи Шириновых типичен. В 73% случаев, по официальной статистике, арбитражные управляющие не возвращают кредиторам ни рубля. То есть у людей не оказывается никаких ценностей или недвижимости, кроме единственного жилья. Вдобавок эта цифра (73%) показывает: банкротятся в основном те, кто берет необеспеченные кредиты.
По данным ЦБ, на среднего россиянина, взявшего потребительский займ в апреле — июне 2025 года, приходится больше трех кредитов (это не считая займов МФО), а его долг составляет 1,2 млн рублей.
Существенный вклад в уровень закредитованности россиян вносят МФО. По данным ЦБ, портфель микрофинансовых организаций активно растет как минимум с 2018-го. Но в последние два года этот рост заметно ускорился. Со второй половины 2023-го резко выросла ключевая ставка, от которой зависят ставки кредитов, а банки начали ужесточать требования к заемщикам и всё чаще отказывать им.
В итоге люди пошли за кредитами в МФО. В первой половине 2025-го они выдали займов на триллион рублей — в 2,2 раза больше, чем в первой половине 2023-го. Всего за два года, с июня 2023 года по июнь 2025-го, количество россиян с тремя и более кредитами в МФО выросло в 2,5 раза — с 600 тысяч до 1,6 миллиона человек.
Только треть клиентов микрофинансовых организаций вносят платежи по графику или гасят займы и не берут новых. Все остальные попадают в «долговую спираль», то есть берут новые кредиты, чтобы погасить старые. Часто под 250% и выше годовых. В конце концов выплата долгов становится непосильной. В начале 2025 года треть портфеля МФО, то есть около 250 млрд рублей, составляли займы с просрочками более 90 дней.
Впрочем, банки не отстают от микрофинансовых организаций. С начала войны они всё активнее раздают кредитные карты. За три года, с июня 2022-го по июнь 2025-го, количество россиян с долгом по кредитке выросло с 19,9 до 28,6 млн.
Тренд последних лет — кредитки «студенческие». Например, в 2024 году 11–12% всех кредиток получали молодые люди 18–19 лет. В 2025-м этот процент снизился до 5. Банкротство тоже помолодело. Через процедуру всё чаще проходят заемщики в возрасте до 30 лет, об этом говорят профильные юристы. Доля банкротов в возрасте до 25 лет за последние два года выросла в несколько раз.
— Значительная часть граждан приходит в банкротство уже после длительного периода просрочек, когда имущество продано, залоги обращены, «лишние» активы реализованы на погашение долгов наиболее агрессивным кредиторам или на текущее потребление, — объяснил «Новой газете Европа» юрист, пожелавший остаться анонимным.
Кроме того, модель потребления сегодня носит во многом арендно‑подписочный характер: дорогостоящая техника, электроника, автомобили и даже мебель нередко приобретаются в кредит, лизинг или аренду, формально оставаясь собственностью кредитных организаций или лизингодателей. После изъятия таких предметов реальных активов у должника почти не остается, добавляет эксперт.
Если какое-то имущество всё же не продано, то должники могут заранее «перераспределить» его в пределах семьи. Передать технику или ценности родственникам на хранение или изначально оформлять машины и квартиры, приобретенные на серые доходы, на номинальных лиц.
— Оспаривание таких сделок возможно, но требует отдельной активной работы управляющего и наличия экономического смысла: стоимость актива и перспективы взыскания должны покрывать расходы на споры, — говорит собеседник.
Разыскивать по друзьям недорогой телефон или микроволновку управляющие точно не станут.
Опять же арбитражный управляющий может прийти в дом должника и описать имущество, но для этого необходимо разрешение суда. И на практике его далеко не всегда даже запрашивают.
— От тщательности управляющего зависит очень много, но не всё, — объясняет эксперт. — Даже при высокой квалификации и активной позиции управляющего экономический результат упирается в три фактора: масштаб фактически сохранившихся активов, возможность оспаривания сделок (наличие доказательств аффилированности, заниженной цены и тому подобное) и готовность кредиторов финансировать сложные судебные споры.
Жизнь после банкротства
«Суд вынес определение о списании с меня всех долгов. Я официально свободна! … [Осталось] увеличить кредитный рейтинг путем взятия небольших кредитов. Возьму планшеты себе и младшему сыну в рассрочку. Вот, думаю, нужна ли мне мультиварка в кредит или что-то другое прикупить…» — это пост Марии Кариковой, обанкротившейся в 2021 году. Она же — юрист, зарабатывающий на консультациях о банкротстве.
По закону в течение пяти лет после банкротства гражданин при подаче заявки в банк или МФО на получение займа должен сообщать о своем статусе. Кроме того, информация о банкротстве отображается в кредитной истории. Прямого запрета на оформление новых кредитов нет.
Еще в 2020–2022 годах банкротам снова относительно легко выдавали кредиты.
— Я взяла первый кредит через три месяца после завершения процедуры банкротства, — делится опытом Ирина, попросившая об анонимности. — Это был небольшой кредит на телефон 80 тысяч. Примерно через месяц-полтора этот же банк предложил мне кредитную карту — я взяла, тратила небольшие суммы и снова закидывала обратно, тем самым нарабатывая рейтинг. А через восемь месяцев после банкротства был взят автокредит на новую машину.
Но с 2023-го политика банков и нормы ЦБ значительно ужесточились. По данным Объединенного Кредитного Бюро, теперь в течение первого года после банкротства получить новый кредит практически невозможно. Затем банки согласуют не более 3% заявок от таких клиентов, и, как правило, на жестких условиях: сокращенный в два-три раза срок кредитования и повышенные ставки. Шанс одобрения автокредита оценивается менее чем в 0,4%, а доля одобренных ипотечных заявок не превышает 3%.