В начале 1980-х Alfa Romeo переживала тяжёлый кризис. Компания принадлежала государству, страдала от провального контроля качества и несла огромные убытки. Автопроизводителю срочно требовались серьёзные меры.
Годовые потери превысили $150 млн. Завод Alfasud под Неаполем ушёл в минус на $100 млн, старое предприятие под Миланом — ещё на $30 млн, а обслуживание долгов добавило около $20 млн. В пересчёте на современные деньги это примерно $683 млн.
Неудивительно, что Alfa Romeo начала искать партнёров. Пока British Leyland сотрудничала с Honda, итальянцы объединились с Nissan. Так появился совместный проект Alfa Romeo Arna (аббревиатура от Alfa Romeo Nissan Autoveicoli).
На бумаге союз выглядел идеально: итальянский стиль и шасси плюс японская надёжность. Но вышло наоборот — внешность досталась Nissan, а техника Alfa Romeo. В итоге Arna выглядела почти как Nissan Cherry.
Денег у Alfa Romeo было мало, поэтому инженеры взяли начинку от Alfa Romeo Alfasud: оппозитный мотор, коробку передач, рулевое и подвеску. У Alfasud была плохая репутация по качеству и коррозии, но отличная управляемость: низкий центр тяжести и редкие для класса дисковые тормоза по кругу.
Проблема в том, что передняя часть машины стала «Альфой», а задняя — Nissan. Такие заводские «гибриды» редко удачны даже внутри одного бренда (пример — Lexus RC, собранный из частей разных моделей). В случае Arna управляемость заметно ухудшилась — сильную сторону Alfasud «размыли».
Скучный дизайн, посредственная езда и типичные проблемы Alfa Romeo привели к слабым продажам: за 4 года выпустили всего 53 047 машин. При этом у проекта была логика — в начале 1980-х Британия и Франция ограничивали импорт японских авто, а сборка в Европе обходила запреты.
Не всё было плохо: оппозитные моторы остались харизматичными, а коробка передач даже стала точнее, чем у Alfasud. Но в 1986 году Fiat купила Alfa Romeo, и Arna быстро сняли с производства из-за плохой репутации.
Сегодня Arna — большая редкость. Это были обычные «рабочие» машины, которые массово утилизировали. Модель не стала легендой, но и провалом её назвать сложно — просто странный продукт неудачного союза.