В феврале 2026 года на платформе «Смотрим» вышел документальный фильм Андрея Медведева «Предательство». Фильм рассказывает о гражданах, осуждённых за террористическую и экстремистскую деятельность, о тех, кто предал родных, близких и Родину. В основе – истории людей, уже отбывающих наказание. В сюжете «Вестей недели» фильм был прямо связан с вербовкой молодёжи и вопросом о том, как уберечь подростков от роковой ошибки.
Для педагога по финансовой грамотности эта тема относится к ключевым вопросам связи предметных и личностных результатов. Сегодня разговор о деньгах, риске и выгоде уже не сводится только к бюджету семьи и банковской карте, и всё чаще выходит на тему безопасности и последствий принимаемых поведенческих решений – манипуляции, соучастия, пособничества и разрушения доверия. Этот материал важен как сильная отправная точка для разговора о том, как бытовой соблазн, страх, цифровая доверчивость и желание «быстро решить проблему» могут привести человека к соучастию в чужом преступлении. И этому следует уделить должное внимание и провести отдельный урок, связав его сквозными тематиками и межпредметными связями.
Методически такой урок нужен потому, что современное вовлечение подростков в преступные схемы очень часто начинается не с открытой идеологии, а с бытового соблазна или страха. Одному обещают «лёгкий заработок», другому говорят, что он «случайно помог преступникам», третьего убеждают, что он обязан «помочь следствию», четвёртого запугивают взломом аккаунта и «уголовной ответственностью». Современное финансовое мошенничество всё чаще работает не только через жадность, но и через психологическое подчинение. Банк России и Росфинмониторинг в марте 2026 года специально запустили серию просветительских встреч со школьниками и студентами именно на тему дропперства, кибермошенничества и безопасного поведения в цифровой среде.
По данным Банка России, в 2025 году объём операций без добровольного согласия клиентов вырос на 6,4%, а размер похищенных злоумышленниками средств достиг 29,3 млрд рублей. Для школы это означает одно: финансовая грамотность сегодня должна обязательно включать в периметр формирование у обучающихся умения распознавать манипуляцию, криминальную вербовку и опасные «схемы подработки».
Почему эта тема относится именно к финансовой грамотности
Финансовая грамотность в современной школе – это не только про семейный бюджет, банковские карты и сбережения, или умение считать проценты, открывать вклад и брать кредиты. Это ещё и способность отличать законный доход от криминальной манипуляции, понимать происхождение денег, видеть выгодоприобретателя, кому выгодна операция, и осознавать, на кого в итоге перекладывают риск. В легальном заработке правила прозрачны: есть работа, договор, понятный результат и законная оплата. В преступной схеме подростку обычно предлагают не труд, а использование его личности: его карты, аккаунта, паспорта, номера телефона, банковского приложения, умения «ничего не спрашивать» и готовности молчать. Именно здесь финансовая неграмотность начинает пересекаться с предательством как нравственной категорией. Поэтому разговор о «лёгких деньгах» – это центральная часть современной профилактики.
Эта логика подтверждается масштабом проблемы. По данным Банка России, за 2025 год объём предотвращённых хищений составил 13,9 трлн рублей, а антифрод-системы не дали совершить 134,16 млн мошеннических операций. При этом объём средств, всё же похищенных злоумышленниками, достиг 29,3 млрд рублей. Такие цифры означают, что мошенническая экономика остаётся массовой и требует постоянного притока «исполнителей низового уровня» – тех самых посредников, дропперов, курьеров, владельцев карт и аккаунтов.
Отдельно тревожит молодёжный аспект. По данным, которые «Российская газета» привела со ссылкой на первого заместителя директора Росфинмониторинга Олега Крылова, число несовершеннолетних, вовлечённых в дропперские схемы, в 2024 году выросло в шесть раз по сравнению с 2023 годом. То есть речь уже не об единичных эпизодах, а о заметной социальной тенденции: подростки всё чаще начинают воспринимать участие в незаконных финансовых операциях как «обычную подработку».
Что именно должен увидеть школьник на таком уроке
Главная мысль урока должна звучать так: «лёгкие деньги» и «лёгкое спасение от проблемы» почти всегда означают, что кто-то хочет использовать тебя как инструмент. Не как партнёра и не как работника, а как расходный материал. Тебе редко раскрывают весь замысел и дают маленький, будто бы безобидный фрагмент: принять перевод, назвать код из СМС, открыть счёт, переслать реквизиты, обналичить средства, передать телефон, оформить виртуальную карту, снять деньги в банкомате, отнести посылку, зайти в чат, выполнить «поручение следователя». Но именно такие фрагменты и складываются в цепочку пособничества.
Поэтому понятие предательства на уроке лучше раскрывать не как лозунг, а как механизм последовательного разрушения доверия. Сначала человек предаёт самого себя, когда соглашается на доход или действие, происхождение и смысл которых скрыты. Затем он предаёт близких, потому что врёт об источнике денег, утаивает контакты, подставляет семью под риски долгов, судимости и давления. Потом – предаёт жертву, потому что помогает похищенным деньгам исчезнуть или помогает чужой преступной задаче осуществиться. В наиболее тяжёлых случаях он становится звеном в деятельности, направленной против безопасности общества и государства. И тогда нравственная категория «предательство» начинает совпадать с уже вполне конкретной уголовно-правовой оценкой.
Новая обязательная тема урока: захват доступа к «Госуслугам» как инструмент давления
Сегодня отдельного разбора требует схема, в которой преступники сначала добиваются доступа к аккаунту жертвы на «Госуслугах» или убеждают человека, что доступ уже утрачен, а затем используют это как инструмент паники и подчинения. Официальные материалы «Госуслуг» прямо предупреждают: сотрудники поддержки никогда не запрашивают пароли, коды из СМС и ответы на контрольные вопросы. МВД также разъясняло, что предлог «обновления аккаунта на Госуслугах» используют именно мошенники, а их типовая цель – получить СМС-код для восстановления доступа к учётной записи.
Почему это так опасно с точки зрения финансовой грамотности? Потому что здесь атакуют уже не только деньги, но и саму цифровую личность человека. В открытых разъяснениях отмечалось, что при взломе аккаунта злоумышленники могут получить личную информацию – адрес, паспортные данные, номера счетов; кроме того, сведения из аккаунтов и личных кабинетов могут использоваться для регистрации новых аккаунтов, выдачи себя за другого человека и шантажа. Для подростка это особенно разрушительно: он часто думает, что потерял «просто пароль», а на деле лишается контроля над собственным цифровым профилем и становится психологически зависимым от дальнейших указаний преступников.
Педагогически важно показать школьникам последовательность этой схемы. Сначала человеку создают техническую тревогу: «у вас неучтённый доход», «штраф», «письмо», «доступ надо обновить», «нужно подтвердить запись». Затем выманивают код. После этого связь обрывается – и уже в следующем контакте жертве сообщают, что она «сама передала данные преступникам», что её кабинет или документы «скомпрометированы», а далее начинается управление страхом. Это уже не обычное мошенничество в узком смысле, а психологическое подчинение через чувство вины, угрозы и искусственно созданную срочность.
Ещё одна ключевая схема: ложная «помощь силовым структурам»
Вторая схема, которую обязательно нужно включать в урок, – это обман под видом помощи государству, полиции, ФСБ, Росфинмониторингу, следствию, «оперативной разработке». По материалам МВД, опубликованным через «Объясняем.рф», после получения кода от жертвы преступники часто подключают новых персонажей – «менеджера Росфинмониторинга», «сотрудника ФСБ», «следователя», «представителя Центробанка». Дальше жертве внушают, что её данные уже использованы злоумышленниками, что через неё якобы могли финансироваться преступники или даже террористы, и потому теперь она должна «помочь задержать злоумышленников»: снять деньги, взять кредит, перевести всё на «безопасный счёт», никому не рассказывать и чётко выполнять инструкции.
Для урока это очень сильный момент. Подростку нужно объяснить, что преступники всё чаще маскируются не под маргиналов, а под представителей порядка. Они эксплуатируют уважение к государству, страх перед силовыми структурами и желание «быть полезным». На деле это перевёрнутая схема гражданского долга: человеку предлагают совершить незаконные действия, внушая, что он помогает правопорядку. Именно поэтому финансовая грамотность должна учить не только тому, как сохранить деньги, но и тому, как не позволить использовать доверие к закону против самого закона.
Здесь очень важно дать школьникам простое правило: ни одна законная процедура не строится на требованиях назвать код из СМС, перевести деньги «для проверки», соблюдать тайну от родителей и учителей или срочно выполнять указания незнакомца из мессенджера. Ни один настоящий сотрудник банка, «Госуслуг», Росфинмониторинга, МВД или ФСБ не будет это требовать по телефону или в мессенджере. Если разговор строится на страхе, срочности, секретности и требовании немедленного действия, это признак манипуляции, а не законной процедуры.
Кто может стоять за такими манипуляциями
Здесь учителю важно сохранить точность. Нельзя механически говорить детям, что за каждым звонком мошенника обязательно стоит террористическая организация. Это было бы юридически неверно и методически грубо. Но столь же неверно делать вид, что между финансовым мошенничеством, психологическим принуждением и вовлечением в тяжкие преступления, в том числе содействием террористической деятельности, нет связи.
В октябре 2025 года директор ФСБ Александр Бортников публично заявил, что на Украине действует более 120 колл-центров, курируемых СБУ и ВСУ, которые через мошеннические действия вовлекают подростков, пенсионеров и иных финансово зависимых лиц в совершение терактов.
Для урока это важно не как политическая декларация сама по себе, а как указание на новый тип угрозы: финансовая уязвимость и цифровая доверчивость используются как вход в более тяжёлые формы преступного вовлечения.
Ниже полезно приводить не абстракции, а конкретные публично описанные кейсы из открытых источников. В декабре 2025 года ФСБ сообщила о задержании десяти граждан России в пяти регионах, которые, по данным ЦОС ФСБ, совершали диверсии и теракты под угрозами со стороны спецслужб Украины; среди действий назывались поджоги служебных автомобилей правоохранительных органов и незаконные вмешательства в работу объектов энергетики и транспорта. По данным ведомства, люди сначала под воздействием телефонных мошенников оформляли кредиты и переводили деньги на «безопасные счета», а затем через Telegram с ними связывались лжесотрудники правоохранительных органов и склоняли к противоправным действиям якобы для «проверки антитеррористической защищённости объектов». Это уже не «обычное мошенничество», а переход от телефонного давления к действиям террористической и диверсионной направленности.
Особенно значим для педагогики тот же декабрьский сюжет, в котором один из задержанных рассказывал, что ему позвонили якобы из Центрального банка и сообщили о взломе личного кабинета на «Госуслугах», после чего заставили перевести взятые в кредит деньги, а затем начали склонять к поджогам объектов энергетики. Это наглядный пример того, как захват или имитация захвата цифрового аккаунта превращается в рычаг для дальнейшего преступного принуждения.
В конце декабря 2025 года ТАСС сообщил о деле 18-летней девушки в Ставрополе, которая, по данным ФСБ, после обмана телефонными мошенниками готовила теракт против офицера Минобороны. В январе 2026 года РИА Новости со ссылкой на СК РФ сообщало о аресте жительницы Барнаула, обвинённой в покушении на теракт. По версии следствия она действовала под воздействием мошенников совершила поджег релейного шкафа на железнодорожных путях и административного здания. 20-летней девушке сначала позвонили с предложением «бесплатной медицинской помощи» и попросили код из СМС, а затем сообщили, что её аккаунт «в многофункциональном центре» взломан.
Для урока эти примеры важны не как «готовые приговоры», а как наглядная цепочка: бытовой контакт → цифровой обман (код) → страх (паника) → управление → тяжкое деяние. Здесь особенно важно для учителя показать подросткам, что жертва может не иметь первоначального намерения совершать тяжкое преступление: сначала её ломают страхом, дезориентацией и ложной «оперативной необходимостью».
Для этого педагогу полезно формулировать вывод предельно ясно: не каждый мошенник – террорист, но часть мошеннических схем сегодня используется как воронка для втягивания в диверсии, экстремизм и терроризм. Ученик должен понять, что граница между «финансовой ошибкой» и «тяжким преступлением против безопасности» может оказаться значительно ближе, чем ему кажется.
Правовой блок: что нужно говорить точно
Здесь особенно важно развести публицистику и право. Выражение «предательство Родины» – это общественно-политическая и нравственная формулировка. В уголовном праве ответственность наступает только за конкретный состав преступления, доказанный в установленном порядке. Поэтому на уроке корректно говорить, что в нравственном смысле предательство начинается с продажи своей честности и ответственности за выгоду или из страха. В юридическом смысле ответственность зависит от того, какие именно действия человек совершил и как они квалифицированы.
1. Дропперство и передача карты/доступа
Если подросток передаёт свою карту, доступ к электронному средству платежа или по указанию другого лица проводит неправомерные операции, возможна ответственность по статье 187 УК РФ. В действующей редакции части 3 и 4 предусматривают наказание вплоть до лишения свободы до 3 лет, а части 5 и 6 – до 6 лет, если речь идёт о лицах, которые сами не являются стороной договора с оператором по переводу денежных средств. При этом освобождение от ответственности по примечанию к статье – не общее правило «для любого дроппера», а специальная возможность для клиента оператора, впервые совершившего деяние по части 3 или 4, если он активно способствовал раскрытию и добровольно сообщил о других участниках схемы.
2. Террористический акт
Если речь идёт уже о вовлечении в более тяжёлые формы преступной деятельности, правовая рамка становится существенно жёстче. Статья 205 УК РФ определяет террористический акт как совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, значительного имущественного ущерба либо иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решений. Ответственность по части 1 – от 10 до 20 лет, по квалифицированным составам – до пожизненного лишения свободы. Для педагога здесь важна аккуратность: не каждый поджог, повреждение имущества или «задание куратора» автоматически образует состав по статье 205. Для этой квалификации должны быть установлены все признаки состава, включая цель, прямо названную в законе.
Поэтому в уроке лучше переводить на ясный язык: «такие действия могут квалифицироваться, в том числе, по террористическим статьям – в зависимости от обстоятельств дела» или «поджог по указанию куратора» – это уже не шалость и не «помощь операции», а потенциально состав из числа наиболее тяжких преступлений.
3. Вовлечение, вербовка, финансирование и пособничество
Статья 205.1 УК РФ охватывает склонение, вербовку или иное вовлечение лица в террористическую деятельность, а также финансирование терроризма. По действующей редакции часть 1 предусматривает наказание от 7 до 15 лет, часть 1.1 – от 8 до 15 лет либо пожизненное лишение свободы, а часть 2 – от 10 до 20 лет либо пожизненное, если деяние совершено в отношении несовершеннолетнего или с использованием служебного положения.
Для школьного урока это ключевая мысль: фраза «я никого не взрывал, я только помог» не выводит автоматически из поля уголовной ответственности; вовлечение, подготовка, финансирование и иные формы содействия сами по себе образуют тяжкие составы. Именно поэтому фраза «я только передал информацию» или «я просто помог» в правовом смысле может означать не «незначительную роль», а форму содействия террористической деятельности.
4. Участие в деятельности террористической организации
Статья 205.5 УК РФ устанавливает ответственность за организацию деятельности террористической организации и участие в ней: организация – от 15 до 20 лет либо пожизненное, участие – от 10 до 20 лет.
Подростки часто не видят разницы между «чатом», «движением», «закрытым сообществом» и организацией, деятельность которой уже запрещена судом. Правовая оценка здесь определяется не самоназванием группы, а её юридическим статусом и реальным содержанием деятельности. Для урока это означает простую мысль: даже если подросток не считает себя «идеологическим террористом», фактическое участие в деятельности запрещённой террористической организации само по себе образует тяжкий состав.
5. Вовлечение и участие в экстремистской организации
Статья 282.2 УК РФ касается уже не террористической, а экстремистской организации и в действующей редакции прямо разводит эти категории: организация экстремистской организации – от 6 до 10 лет, вовлечение – от 4 до 8 лет, участие – от 2 до 6 лет, а при использовании служебного положения – от 7 до 12 лет.
Для педагога это важно потому, что часть подростков сначала вовлекается не в открытый терроризм, а в «сообщества», «каналы», «инициативные группы», которые подаются как протестные, «патриотические», «борющиеся за правду» или просто «закрытые сообщества для своих». Правовая оценка здесь определяется не самоназванием группы, а её статусом и реальным содержанием деятельности.
6. Государственная измена и смежные составы
Если говорить именно о том, что в общественной речи называют «предательством Родины», то юридически точный состав – прежде всего государственная измена по статье 275 УК РФ. В действующей редакции это шпионаж, выдача государственной тайны, переход на сторону противника, а также оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации. Субъект этого преступления – гражданин Российской Федерации, а санкция составляет от 12 до 20 лет лишения свободы или пожизненное лишение свободы.
Поэтому на уроке важно подчеркнуть, что сознательная помощь иностранной стороне в деятельности против безопасности государства считается госизменой. При этом следует отметить, что не всякое мошенничество и пособничество врагу – это автоматически госизмена.
Смежная норма – статья 275.1 УК РФ о сотрудничестве на конфиденциальной основе с иностранным государством, международной либо иностранной организацией. Она касается не только гражданина РФ, но и находящихся на территории России иностранного гражданина или лица без гражданства. Санкция – от 3 до 8 лет лишения свободы.
Для профилактического урока особенно важна её оговорка: лицо освобождается от уголовной ответственности, если добровольно и своевременно сообщило органам власти о таком сотрудничестве, не приступило к выполнению задания и в его действиях нет иного состава преступления. В педагогическом переводе это означает: чем раньше человек разрывает контакт, обращается к взрослым и в правоохранительные органы, тем больше шансов не перейти точку невозврата.
На уроке можно также кратко пояснить, что рядом с этой нормой в главе о преступлениях против основ конституционного строя и безопасности государства находятся и другие составы. Но для школьной аудитории полезнее не перегружать перечнем статей, а донести логику: контакт, тайное сотрудничество, передача сведений, перевод денег, поиск объектов, фотографирование, передача координат, помощь с транспортом, связью или маскировкой могут рассматриваться уже не как «просто общение», а как элементы преступной помощи.
Как методически связать всё это в один урок
Методически такой урок лучше строить не как чтение статей УК, а как последовательный разбор механизма вовлечения. Главная ошибка – превращать такой разговор в голую «уголовщину» или в лобовую моральную проповедь. Урок по финансовой грамотности должен идти от понятного подростку финансового выбора к его правовым и нравственным последствиям. Сначала учитель обсуждает «лёгкие деньги», «передачу карты» и «лёгкое решение проблемы». Затем показывает, как эти предложения устроены: выгода без труда, срочность, тайна, психологическое давление, использование страха, подмена законного авторитета фальшивым, дробление ответственности. И уже после этого раскрывает, что некоторые такие цепочки ведут к соучастию в мошенничестве, а некоторые – к вовлечению в экстремистскую или террористическую деятельность.
Хорошо работает следующая логика урока. Сначала – кейс о «лёгком заработке»: «тебе предлагают деньги за использование твоей карты». Потом – кейс о захвате цифровой личности про код из СМС и захват доступа к «Госуслугам»: «тебе звонят и говорят, что твой аккаунт на Госуслугах взломан». Затем – кейс о ложном гражданском долге: «тебя убеждают помочь ФСБ и Росфинмониторингу». И уже потом – обсуждение последствий: дропперство, долговая нагрузка, судимость, потеря доверия, использование «втёмную», а в тяжёлых случаях – теракт, диверсия, сотрудничество с противником, и квалификация по террористическим или иным составам преступления. Такой порядок важен, потому что подросток должен увидеть не набор разрозненных страшилок, а единую логику манипуляции.
Что обязательно нужно сказать подросткам
Первое: если тебе предлагают деньги за карту, доступ к приложению банка, СМС-код, паспортные данные, аккаунт, перевод или снятие чужих денег – тебя не «нанимают», тебя используют.
Второе: если тебе говорят, что твой аккаунт на «Госуслугах» взломан, а дальше требуют срочно действовать под диктовку – это не помощь, а управление твоим страхом. Официальный портал прямо предупреждает, что сотрудники поддержки не просят пароли и коды, а при взломе учётной записи советует обращаться в МВД.
Третье: если тебя заставляют скрывать разговор от родителей, классного руководителя, школьного психолога, банка или полиции – это признак преступной манипуляции. Законные процедуры не строятся на тайне от тех взрослых, которые должны тебя защищать.
Четвёртое: если в разговоре появились слова «безопасный счёт», «помощь следствию», «операция под контролем», «ты уже помог преступникам, теперь исправляй», «иначе будешь отвечать» – разговор нужно немедленно прекращать. Это типовая лексика схем подчинения.
Пятое: прервать участие и сообщить взрослым – не стыдно и не поздно, стыдно и опасно продолжать. И статья 187, и статья 275.1, и примечания к ряду террористических составов показывают важный правовой принцип: своевременное сообщение органам власти и помощь в предотвращении преступления имеют значение. Для профилактики это один из самых полезных юридических смыслов.
Итоговый педагогический вывод
Главный итоговый вывод урока должен быть предельно простым и точным. Финансовая грамотность – это не только умение зарабатывать, копить и не попадаться на «развод» с картой. Это ещё и способность не отдавать преступникам свою личность, своё имя, свой цифровой доступ, своё молчание и свою готовность подчиняться страху. В этом смысле связь финансовой грамотности и предательства действительно существует: человек начинается как жертва «лёгкого заработка» или запугивания, а заканчивает тем, что помогает чужому преступному замыслу. Но именно поэтому школа должна учить не только осторожности, а зрелому нравственному и правовому выбору: не делать того, смысл чего от тебя скрывают, и немедленно обращаться за помощью, если тебя пытаются втянуть в схему.
Такой урок ценен тем, что соединяет сразу три линии воспитания: финансовую, правовую и нравственную. Именно в этом месте и возникает пересечение финансовой грамотности и предательства: человек становится жертвой соблазна или страха, а заканчивает тем, что становится инструментом в чужих руках – иногда даже не понимая, как далеко успел зайти.
Автор статьи: Василий Зуев, доктор экономических наук, соавтор линейки учебников «Основы финансовой грамотности. Финансовая культура», «Основы экономики: 10-й класс: углубленный уровень».
#ПредательствоСмотрим #безопасность #ценности #преданность #финансоваяграмотность #финансоваякультура #школа #урок #УчебникФинГрам