В настоящей статье речь пойдет о книгах из моей личной библиотеки, которые посвящены библиофильству и книгоизданию. Именно они и подтолкнули меня к ведению данного канала.
Автор первых двух книг, о которых я расскажу - Николай Павлович Смирнов‑Сокольский (1898–1962) - знаменитый артист советской эстрады и не менее знаменитый (а может и более) библиофил.
Его дебют, как исполнителя сатирических куплетов и фельетонов, состоялся ещё в 1915 году. В 1940-м под руководством Смирнова-Сокольского начала работать Всесоюзная студия эстрадного искусства. А в 1954 году был открыт Московский театр эстрады, и Николай Павлович стал его первым художественным руководителем.
Всю свою жизнь Смирнов-Сокольский собирал редкие книги и автографы. В его личную коллекцию входило множество уникальных и редких изданий, многие из которых имели историческую ценность. После смерти библиофила, его собрание, включающее в себя более 19 000 томов, и коллекция автографов поступили в Библиотеку имени Ленина (ныне Российская государственная библиотека). Собрание единым массивом вошло в фонд научно-исследовательского отдела редких книг РГБ, и сегодня каждый посетитель Музея книги может увидеть часть коллекции Смирнова-Сокольского в мемориальном Кабинете библиофила.
Николай Павлович был не только артистом эстрады и собирателем редких книг, но и писателем. Писал же он, как не трудно догадаться, в основном о книгах. Из-под его пера вышла в свет не одна книжка. Две из них есть в моей коллекции. Первая, «Рассказы о книгах» (в ярко-красной суперобложке и тканевом переплёте), вышла в 1960 году (второе издание) в издательстве Всесоюзной книжной палаты.
Это сборник очерков, в которых автор делится своими размышлениями и историями о первых русских печатных книгах (в т. ч. изданиях Ивана Фёдорова), о редких и ценных изданиях XVIII–XIX веков, о знаменитых библиофилах прошлого и их коллекциях, об истории книгопечатания в России и Европе, о секретах библиофильского поиска и находках, а также о судьбах книг, переживших века и сохранивших память о своих владельцах.
Каждый рассказ построен как живая история: автор не просто сообщает факты, а погружает читателя в атмосферу эпохи, показывает, как книга становилась свидетелем исторических событий, передавалась из рук в руки, обретала особую ценность. Особенно ценны описания конкретных изданий: Смирнов-Сокольский подробно рассказывает об их оформлении, тиражах, судьбе экземпляров, любопытных опечатках или дарственных надписях.
Ядром библиотеки Смирнова-Сокольского были русские книги, «имеющие свою судьбу» (прижизненные, уничтоженные цензурой), и литературные альманахи XVIII–XIX веков. Среди них на первом месте, по признанию самого писателя, стояли издания произведений Александра Пушкина:
"Я собирал все книги Пушкина, — такие, какими они впервые предстали перед глазами читателя, такие, какими видел их сам поэт."
О своём собрании этих книг библиофил подробно написал в «Рассказах о прижизненных изданиях Пушкина». В моей библиотеке первое их издание, которое вышло в 1962 году в издательстве Всесоюзной книжной палаты.
Книга имеет твёрдый переплёт (когда-то была и суперобложка) и оформлена художником М. Эльцуфеном. Том обильно снабжен снимками с иллюстраций, портретов, заглавных листов и обложек книг (как лицевой стороны, так и последней страницы обложки).
Издание включает в себя три раздела. В первом подробно рассматриваются описания всех прижизненных изданий сочинений Пушкина, вышедших отдельными книгами на русском языке («Руслан и Людмила», 1820 г.; «Кавказский пленник», 1822 г.; «Бахчисарайский фонтан», 1824 г. и т.д.). Второй раздел посвящён книгам других авторов, изданным Пушкиным, альманаху «Северные цветы» на 1832 год, журналу «Современник» (1836–1837 гг.) и первому посмертному собранию сочинений Пушкина 1838 года. Третий раздел включает описания всех журналов, альманахов, сборников, хрестоматий и песенников, в которых печатались произведения Пушкина при его жизни (в 1814–1837 годах). Указывается, какие именно произведения поэта в них были опубликованы.
Завершая рассказ о трудах известного библиофила, могу сказать, что книги Н. П. Смирного‑Сокольского — это не просто сборники фактов, а гимны книге как чуду человеческой мысли. Они читаются на одном дыхании и оставляют после себя ощущение причастности к великой традиции книголюбия. Они напоминают, что каждая книга — это не просто переплетённые страницы, а часть нашей общей памяти, достойная бережного отношения и изучения.
Ещё одна книга, которая содержит рассказ о страсти к делу, упорстве и вере в силу печатного слова – «Жизнь для книги» Ивана Сытина.
Она имеет свою историю. В 1922 году автор представил рукопись книги в Госиздат. Многие работники издательства высоко оценили работу, но из-за ситуации в стране печатание книги было отложено до более благоприятных времен. Когда пришло время её показать свету, обнаружилось, что рукопись утеряна. И только после смерти Ивана Дмитриевича в 1960 году его сын нашел один из экземпляров среди бумаг отца и передал издательству. На этот раз автобиография была напечатана и стала достоянием общественности.
В моей библиотеке хранится один из экземпляров переиздания 1962 года - подарочный том увеличенного формата (суперобложка утеряна), вышедший в издательстве Госполитиздат (Москва). Книга стилизована (художник Н. Симагин) под лучшие образцы книгоиздания XIX начала XX веков: тканевый переплёт с золотым теснением, цветные иллюстрации вклеены на отдельные листы и переложены калькой, также имеются черно-белые картинки и фотоснимки сытинских изданий, ляссе.
Теперь немного об авторе книги. Иван Дмитриевич Сытин (1851-1934) — выдающийся российский книгоиздатель и просветитель, чьё имя в начале XX века знала вся страна. Его вклад в развитие книгоиздания трудно переоценить. Благодаря большим тиражам, а отсюда и низкой цене он сделал книги общедоступными. В каждом доме был сытинский букварь. Его издательство познакомило российских детей со сказками братьев Гримм и Шарля Перро.
"... А между тем в народе жила несомненная потребность в детской книге. Развитие грамотности и рост школьного дела вызывали спрос на дешевую, всем доступную книжку: азбуку, сказочку, занятную побасенку. Нужно было только проложить пути к этой новой аудитории, чтобы создать совсем новый и очень широкий рынок сбыта. И я думаю, что с моей стороны не будет большой нескромностью, если я скажу, что эти пути в основном проложило и эту аудиторию создало Товарищество И. Д. Сытина..." ("Жизнь для книги")
Сытин первым начал печатать полные собрания сочинений русских классиков. Владел десятью газетами и двадцатью журналами, среди которых легендарный «Вокруг света» (издаётся до сих пор). Совокупный тираж изданных Сытиным книг составил 500 млн. экземпляров.
Книга Сытина «Жизнь для книги» с подзаголовком «Страницы пережитого» — это автобиографическое повествование. Произведение позволяет заглянуть в мир книжного дела Российской империи и проследить путь человека, который сделал книги доступными для миллионов. В своих мемуарах автор подробно рассказывает о начале пути (работа в московской книжной лавке купца Шарапова), о развитии издательского дела (выпуск лубочных картин, народной литературы, календарей, наглядных пособий), о создании крупных проектов («Военная энциклопедия», юбилейные издания, «Школа и знание»), о работе с прессой (газета «Русское слово» и другие периодические издания), о периоде НЭПа и руководстве коммерческими издательствами.
Особое место в книге занимают встречи с выдающимися современниками: от царя Николая II до писателя Максима Горького. Сытин делится впечатлениями о сотрудничестве с деятелями культуры и политики (С. Витте и Д. Шереметев).
Книга Сытина ярко иллюстрирует, как развивалось книгоиздание и просвещение в России на рубеже XIX–XX веков, раскрывает механизмы массового книгопроизводства и распространения литературы. Кроме того произведение демонстрирует, как один человек смог повлиять на культурный уровень целой страны, а также содержит живые зарисовки быта, нравов и событий эпохи — от похорон Льва Толстого до революционных перемен.
Для меня «Жизнь для книги» - не просто мемуары, а ценный исторический документ, живое свидетельство эпохи. Через личные истории автор показывает, как книга становилась проводником знаний для миллионов.
Вот такие книги, написанные книголюбами, есть в моей домашней библиотеке. Каждая нашла своё место на полке и в моём сердце. Перелистывая страницы томов с именами Смирного-Сокольского и Сытина, я понимаю: книголюбие — это не просто привычка, это сила, способная менять мир. Возможно, однажды и моя история о них найдёт своего читателя — так же, как эти книги нашли меня.