Таксист, привёзший нас от маяка в Заливино в Полесск, высадил нас на главной площади города — конечно, Ленина. Мы прошли к реке Дейме, уже знакомой нам по Гвардейску днём ранее. У противоположного берега покачивались на воде небольшие катера.
Рыбаки удили рыбу с набережной, а посреди заросшего ряской русла красовалась надувшая лодка, в которой невозмутимым монументом застыл мужчина с удочкой в руках… Чуть дальше, за изгибом реки в заросших цветущим цикорием берегах, мы увидели разводной мост.
А потом мы отправились к замку Лабиау.
В 1277–1280 годах на месте прусской крепости и деревянно-земляного укрепления тевтонцев построен каменный замок, названный в 1330 году Лабиау по реке Лаба (прежнее название Деймы). К 1360 году построено 4 кирпично-каменных сооружения, окружённых стенами и рвом с водой. В мае 1519 года здесь произошла встреча Магистра Тевтонского ордена Альбрехта с послами Василия III. В 1564 году рыцарский зал расписан придворным художником, итальянцем Иоганном Баптистом. 20 ноября 1656 года в Лабиау произошла знаменательная встреча короля Швеции Карла Густава и курфюрста Бранденбургского Фридриха Вильгельма, итогом которой стало освобождение от польской зависимости. В 1860 году замок был перестроен и использовался как тюрьма. С 1948 по 1953 год использовался как штаб одного из авиационных подразделений Советской армии, позже передан ПЗС «Янтарь». Когда он был заводом, были изменены внутренние помещения, лестницы и коридоры. В 1968 году произошло замыкание, и пожар уничтожил крышу и часть верхних этажей. В начале нулевых завод закрыли, а замок начали сдавать в аренду. В 2010 году замок Лабиау был передан РПЦ.
Замок удивительным образом сохранился — все четыре корпуса и стены на месте. Вот только жизни, дававшей хоть какую-то надежду на возрождение, тут не было. Пишут, что в сейчас в замке проводятся реставрационные работы силами энтузиастов, и для посетителей он открыт только по выходным дням за 300 руб. В сентябре 2024 всё это было ещё в будущем, хотя один из входов в подвал уже расчистили, как мы разглядели в приоткрытую дверь.
В здании со стороны города какие-то помещения ещё сдавали в аренду — на дверях, похожих на обычные подъездные, красовались надписи «Парикмахерская “Цирюльня”», «Мастерская по ремонту бытовой техники», «Ритуальные услуги».
Внутри замкового периметра, помимо особенностей архитектуры, об исторической ценности объекта напоминали лишь стенд у запертых дверей — с надписью «Замок “Лабиау”», да лишённое головы каменное изваяние тевтонского рыцаря.
Мы поизучали интригующие тёмные арки входов в подвалы, деревянные створки могучих ворот…
Грязь и запустение царили тут! А снаружи буйствовали травы, и сквозь прорехи в осыпающейся цементной «шубе» проступали старые кирпичи замковых башен.
И старые деревянные мостки уводили куда-то в заросшую ряской воду.
Может быть, пока ради Лабиау специально ехать в Полесск рановато — через годик-другой тут явно будет интереснее. Но место всё-таки очень атмосферное, и мы не жалеем, что побывали там.
А вот что в Полесске имеет реальный шанс на возрождение — так это старинный пивной завод Альберта Бланкенштайна.
Историческое здание пивоварни XIX века восстанавливается — как музей, да к тому же тут налаживают производство пива по оригинальным рецептам. Их обнаружили в приказных книгах, которые вёл первый советский директор предприятия, подполковник Николай Новов. Бланкенштайн выпускал тёмное и светлое пиво, зельтерскую воду, лимонад и ликёр. В советское время завод тоже не простаивал — на нём изготавливали соки, экстракты, повидла и желе из местных фруктов и ягод. До середины 1950-х даже варили пиво. Теперь планируют варить минимум четыре сорта пива: хелис, пильзнер, мартовское пиво и детское/дамское пиво мальцбир.
Мы заглянули внутрь здания, а потом отправились осматривать окрестности.
Полазили в руинах бетонного ДОТа, заметив, как идут работы по восстановлению крыши завода. И пошли гулять по Полесску дальше.
Восхитились архитектурой здания филиала Санкт-Петербургского государственного аграрного университета. Он расположен в здании крайсхауса Лабиау, построенного в 1912–1913 годах на Вильгельм-штрассе (улица Советская, 10). Автором проекта являлся уже знакомый нам кенигсбергский архитектор Фридрих Хайтманн — автор проектов кирхи памяти королевы Луизы (ныне областной театр кукол), кирхи Святого Адальберта (храм Архангела Михаила в Амалиенау), кирхи Святого Семейства (ныне филармония) в тогдашнем Кенигсберге, храма Святого Бруно Кверфутского в Инстербурге (Черняховск). Многие ещё сохранившиеся виллы и многосемейные дома в поселении Амалиенау были спроектированы им.
Двухэтажное здание крайсхауса в стиле неоклассицизма с высокими окнами, украшенными витражами, мансардой под черепичной крышей и входным порталом с колоннами — весьма впечатляет.
Как и здание расположившейся по соседству больницы.
На Советской попадаются очень симпатичные домики: черепичные крыши, зелёные ставеньки.
Тут же оригинальное здание католического костёла Трижды Предивной Девы Марии.
А почти напротив — Полесский хлебозавод с фирменным магазином, где мы накупили домой и в дорогу хлеба, плюшек и пирогов.
На Заводской улице от Советской до площади — целых два квартала аутентичной немецкой застройки: двухэтажные домики с осыпающейся штукатуркой, с вездесущими котами и руинами во дворах.
Конечно, мы снова не удержались и сунули носы в открытый подъезд — до чего атмосферны впечатления от этих мимолётных проникновений в чужой быт! Сколько привлекательности в этих деревянных лестницах и затейливых перилах!
Коты, цветы, дворики, сарайчики и треугольные крыши — мы ещё некоторое время блуждали по Полесску, находя всё новые любопытные уголки и симпатичные мелочи. Хотя чаша наших впечатлений от сегодняшних путешествий и без того уже была полна.
А меж тем — удивительное дело! — до вечера этого длинного дня было всё ещё далеко. И когда мы, увидев автобус и впрыгнув в него за час до запланированного отъезда, поехали в Калининград — сама собой возникла вдруг мысль о том, что нечаянно оставшийся кусочек дня можно использовать для очередной охоты на красоту!
В Калининграде мы доехали до башни Врангеля, и первым делом поздоровались с живущей в бойнице милой маленькой Варей. Мама-хомлин, дующая на раскрытые ладошки, словно подарила нам вместе с воздушным поцелуем капельку тепла и доброты. И, невольно улыбаясь в ответ, мы пошли вдоль стены фортификации — туда, где под сенью густых деревьев раскинулась вдоль аллеи калининградская барахолка.
Тут, среди старинных вещиц, ваз, статуэток, бутылок, монет и значков тогда ещё располагались импровизированные прилавки с предметом нашего живейшего интереса. Сурового вида мужчины торговали янтарём, и нам хотелось поглазеть на их товар. Тут всегда можно увидеть много интересного, а то и услышать увлекательные истории о янтаре. Организовав себе таким образом ещё одну небольшую экскурсию, напоследок мы пробежали по калининградскому рынку и накупили гостинцев домой, в Тулу — ведь нам остался всего один день отпуска.
И был вечер в Светлогорске, очередной волшебный вечер в городке у моря. А море штормило! И обязательная вечерняя прогулка по променаду подарила шумную, грозную штормовую красоту. А потом — очередное удивление от акустических причуд дюны. Потому что на улице Ленина, на самой вершине дюны, не было слышно шума прибоя. А двор наш, спрятавшийся под противоположным от моря боком дюны, наполнен был шёпотом, гулом и шелестением! Раушен являл нам во всей красе правильность своего имени!
13 сентября 2024 г.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...