Найти в Дзене
"Сундуки добра"

Обещание любви...

продолжение 18 глава К весне 1942 года немцев отогнали от Москвы. Многие стали возвращаться обратно в Москву. Алексей муж Елены после смерти их дочери, которая умерла после рождения, заболела воспалением лёгких, лекарств не было, не чем было помочь бедному ребёнку, сказал, что надо ехать в Серпухов. Нужно возвращаться на свои рабочие места. К Алёне, пришла Тося. Эта, та которая ей рассказывала о соли. -Тетя Алёна, я слышала, что Елена с Алексеем в Серпухов собираются. Мне тоже надо ехать в Москву, на швейный комбинат. Теперь надо не пальто шить, а шинели. Я хочу с собой Захариху взять, простите Клавдию Захаровну. Для меня она мать. Я своей матери не знала, а Клавдия добрая, и к детям ласковая. Спасибо ей, научила меня хозяйничать. Здесь ей тяжело будет одной с внуком. У меня пенсия на мужа. И комната осталась в Москве. Будем вместе жить, она сама предложила. Я вам хочу швейную машинку оставить, и ещё кое какие вещи на память. Если будет оказия какая, приезжайте в Москву. Спасибо вам
в иллюстративных целях
в иллюстративных целях

продолжение

18 глава

К весне 1942 года немцев отогнали от Москвы. Многие стали возвращаться обратно в Москву. Алексей муж Елены после смерти их дочери, которая умерла после рождения, заболела воспалением лёгких, лекарств не было, не чем было помочь бедному ребёнку, сказал, что надо ехать в Серпухов. Нужно возвращаться на свои рабочие места.

К Алёне, пришла Тося. Эта, та которая ей рассказывала о соли.

-Тетя Алёна, я слышала, что Елена с Алексеем в Серпухов собираются. Мне тоже надо ехать в Москву, на швейный комбинат. Теперь надо не пальто шить, а шинели. Я хочу с собой Захариху взять, простите Клавдию Захаровну. Для меня она мать. Я своей матери не знала, а Клавдия добрая, и к детям ласковая. Спасибо ей, научила меня хозяйничать. Здесь ей тяжело будет одной с внуком. У меня пенсия на мужа. И комната осталась в Москве. Будем вместе жить, она сама предложила. Я вам хочу швейную машинку оставить, и ещё кое какие вещи на память. Если будет оказия какая, приезжайте в Москву. Спасибо вам за всё. Вы для меня тоже родные.

Уехали, Елена с Алексеем и Марией. В Серпухове жили сёстры в одной комнате, а в соседней комнате, жила одинокая старушка. Мария помогала ей отоваривать карточки, мыла полы, ухаживала. Ни чего у неё практически не было, оставалось три иконы, и горсть земли с родной земли где похоронен, был её род. Всё, что оставалось, когда уходила от немцев. Завещала Марии, что когда умрёт, взяла иконы себе, а землю пусть положат в ноги в гроб.

В 1943 рано весной, в дом Анны, постучался мужчина в военной форме. Какое же было удивление у Анны, когда узнала в капитане, командира Илюши, когда приезжала в его часть, он давал деньги Илье, и провожал до ворот казармы. У Анны было уже четверо детей. Володе было 10 лет. Анна велела бежать к бабушке, рассказать кто приехал.

Алёна неслась к дому Анны, ног не чувствовала. На лавке за столом сидел мужчина в военной форме, на груди у него был орден "Красной звезды и медаль, и еще планка о ранениях.

-Я приехал узнать где воюет ваш Илья. Еду после лечения, на фронт. Был в госпитале в городе Ефремов. Решил что заеду к вам.

Анна заплакала, дети тоже начали всхлипывать.

-Это что за "мокрое царство"?

Достал из своего вещевого мешка, кулёк с сахаром, какие -то брикеты, положил на стол. Анна поставила чайник с узваром из диких грушек и рябины. Анна ради гостя поставила чашки, которые подарили ей на свадьбу. Пришла и Авдотья, мать Ани. И военный начал рассказывать.

-С Ильёй Матвеевичем, мы встретились на дорогах войны, около Наро-Фоминска. Я не узнал его. А он меня признал, назвал по Имени и Отчеству. Мы почти не расставались. Он был мне хорошим другом и товарищем. И что я жив, в этом заслуга Ильи. Меня раненного не бросил, помогал, чем мог. Наша часть готовилась к наступлению, а я остался в лазарете при части. Рана была глубока, но не опасна, и я скоро уже был в своем взводе. Через несколько дней нас вызвал командир батальона, мы с Илюшей пошли в разведку. Когда возвращались в часть, и до окопа оставалось несколько метров, Илюша был ранен в живот. Я с одним бойцом, донес его до окопа и положил в укрытие. А через два часа началось наступление. Ранили меня тяжело в том бою, несколько дней был без сознания. Меня эвакуировали в город Красноярск в госпиталь. После наступательных боёв под Наро-Фоминском в части почти ни кого не осталось в живых. Часть была переформирована, и я больше ни чего о своём друге, вашем сыне и твоём муже Аня, не знаю.

Анна достала казённую бумагу. Алёна писала запрос в часть, о местонахождении её сына. " Без вести пропал". В бумаге было указано, что его друг Прохоров, тяжело ранен, находиться в госпитале. Ни чего нам больше неизвестно.

Это вы Прохоров?

Да, я.

Анна начала вспоминать, как ездила к Илюше. Спросила про комкора. Помог он нам с накладными на вещи, и вам спасибо, что помогли с деньгами.

Опустив голову Прохоров, сказал тихо.

-В 1938 году забрали его из части, и увезли. Многих понизили в звании. Шерстили часть, перевели многих в другие части, и меня тоже перевели. Началось лихолетье войн. То Халхил-Гол, то Финская. Поднимали мне звание то майора, то понижали до младшего лейтенанта.

Поклонились ему женщины, желали вернуться живым и здоровым, как закончиться война, к жене к детям. Но Прохоров, сильно вздохнул. Не было у него, ни кого.

Спасибо тебе сынок.

Через несколько месяцев, пришло письмо Анне. Прохоров писал, что опять ранен под Орлом, находится под Москвой в городе Ступино. Признался что полюбил Анну с первой их встречи. Что если не вернётся Илья, и он останется жив, и не прогонит его Аня, то останется с ней навсегда.

Анна получала иногда от него письма. Последнее письмо было в 1945 году из Польши. Всю свою жизнь она ждала, мужа. Надеялась, что вдруг вернётся. Всегда говорила, что она самая счастливая была... Что и любовь у неё была, и детки есть. Всё самое лучшее у неё было с её мужем Илюшей.

продолжение следует...