Недавнее заявление прославленной олимпийской чемпионки Светланы Журовой, давно завершившей спортивную карьеру и уже почти два десятилетия являющейся депутатом Государственной Думы, вызвало бурю эмоций. Ее предложение о возможном повышении пенсионного возраста спровоцировало оживленные дискуссии в различных слоях общества. Журова обосновывает свою идею тем, что, якобы, сами представители старшего поколения просят власти сдвинуть предельный возраст выхода на пенсию до 70 лет.
По сути, Журова повторила позицию своих коллег Валентины Терешковой и Ирины Родниной, которые ранее также поднимали вопрос о пересмотре пенсионного возраста. Однако Журова пошла дальше, приведя в качестве аргумента мнение своих знакомых.
«Возьмем моих приятелей, которым уже исполнилось 65. Их ничем не заставишь уйти с работы — они, напротив, умоляют: измените законы, повысьте возраст выхода на пенсию хотя бы до 70 лет! Существуют целые профессиональные группы, где 65 лет — это далеко не предел. Это учителя, врачи, деятели искусства. Там сотрудники буквально просят: поднимите нам этот порог, мы полны сил и готовы трудиться на благо страны», — поделилась Светлана Сергеевна.
Исходя из ее слов, к таким «неутомимым» работникам относятся представители сферы культуры и образования, от цирковых артистов до учителей математики, а также, как можно догадаться, представители управленческого аппарата. Основная мысль проста: человеку следует предоставить выбор — уходить ли на пенсию или продолжать работать. Более того, сама Журова заявляет о готовности воплотить эту модель в жизнь, оставаясь в парламенте даже после достижения пенсионного возраста.
Наиболее интересный, если не деликатный, аспект рассуждений Светланы Журовой не связан напрямую с финансовыми вопросами. По ее мнению, увеличение пенсионного возраста может послужить своего рода «общественным стимулятором». Перспектива более долгой трудовой деятельности, как полагает Журова, подтолкнет людей к более внимательному отношению к своему здоровью, побудит их избегать запущенности и поддерживать хорошую физическую форму.
Спортивная логика подталкивает к идее: для более продолжительного пребывания «в игре» необходимо регулярно тренироваться, соблюдать режим и не ослаблять усилия. В результате, пенсия перестает быть желанным отдыхом, а трансформируется в своего рода отложенную награду, достижение которой требует дополнительных усилий. Это похоже на марафон без явного финиша, но с обязательной и пожизненной разминкой. Парадоксально, но в прошлом ранняя пенсия была предметом гордости.
Любопытно, что подобные мысли кажутся полной противоположностью советскому подходу. Историки напоминают, что перед партийными съездами Лаврентий Берия с особым рвением отмечал, что в СССР граждане выходят на пенсию раньше, чем на Западе. Это преподносилось как значительное достижение системы: дескать, у нас люди быстрее получают заслуженный отдых, в отличие от Европы, где возраст выхода на пенсию постоянно повышается.
Тогда ранний выход на пенсию считался чуть ли не социальным трофеем – заработал, получил, наслаждайся покоем. При этом, желающие могли продолжать работать без ограничений.
Ныне ситуация иная. Акцент постепенно смещается с права на отдых на обязанность трудиться.
Общественный резонанс: «письма с мольбами» или суровая реальность?
Реакция на слова Светланы Журовой оказалась предсказуемой – интернет, как обычно, не стеснялся в выражениях. Социальные сети буквально взорвались потоком сарказма, недоумения и явного скептицизма. Пользователи незамедлительно принялись упражняться в остроумии, пытаясь понять, как именно до депутата доходят столь специфические «мольбы» граждан о продлении их трудовой деятельности.
Одни иронизируют, что, вероятно, просьбы поступают мешками, аккуратно перевязанными лентами и с пометкой «срочно повысить пенсионный возраст до 70+». Другие предполагают, что это поток сообщений из некоего тайного чата «активных пенсионеров», где обсуждают, как бы еще потрудиться лет десять-двадцать. Самые находчивые и вовсе выдвинули предположение о существовании невидимого «клуба неутомимых тружеников», чьи члены по ночам составляют коллективные обращения с просьбой не отправлять их на заслуженный отдых.
Несмотря на всю кажущуюся легкость, за шутливыми комментариями проглядывает глубокое недоверие. Многие обозреватели открыто отмечают: круг общения любого политика, и особенно того, кто связан с государственными или культурными структурами, далеко не всегда отражает реальную картину жизни в стране. Директора культурных учреждений, представители творческой элиты и управленцы – составляют один мир. Другой же мир – это заводы, стройки, склады, транспорт, где труд – это не самореализация, а необходимая выносливость и борьба за выживание.
Критики указывают на очевидное: рассуждения о "желании трудиться дольше" звучат совершенно иначе, когда речь идет не о высоких кабинетах и сцены, а о тяжелой низкооплачиваемой работе. К шестидесяти годам люди там чаще всего думают не о продолжении карьеры, а о сохранении здоровья и приближающейся пенсии. В таких условиях идея "еще поработать" воспринимается не как вдохновляющая перспектива, а как издевательство.
Отдельного упоминания заслуживает вопрос здоровья. Хотя существуют активные люди старше 65 лет, представлять их универсальным примером – все равно что судить о погоде по одному солнечному дню. У ряда пожилых людей действительно хватает сил и энергии, но у многих к этому возрасту накапливается множество проблем со здоровьем, и дополнительные годы труда станут не стимулом, а роковой ошибкой.
Возникает закономерный вопрос, на который пока нет четкого ответа: насколько корректно, опираясь на мнение узкого круга активных людей, пересматривать правила благосостояния для миллионов? Где проходит грань между свободой выбора "работай или отдыхай" и ситуацией, когда выбора, по сути, не остается?
Пожалуй, самый деликатный аспект этой ситуации – разрыв между красивой идеей и жизненной реальностью. На словах все выглядит прекрасно: живем дольше, работаем дольше, остаемся активными и востребованными. На практике же у многих возникает опасение, что за формулировкой "возможность работать дольше" кроется очередное ужесточение существующих норм.
В любом случае, дискуссия не утихает. Чем больше подобных заявлений, тем сильнее общество разделяется на различные лагеря – от осторожных сторонников до откровенных скептиков. И судя по градусу споров, это лишь начало долгой и непростой беседы.