13 апреля 1970 года Apollo 13 ещё шёл к Луне, когда внутри корабля раздался удар. Почти сразу вспыхнули предупреждения, приборы начали показывать потерю давления, а через несколько минут стало ясно: кислород уходит в космос, топливные элементы теряют питание, корабль теряет нормальную работу основных систем. Высадка на Луну закончилась в тот же момент.
Но главный смысл аварии был не в самом взрыве. Главный смысл был в расстоянии. До Земли оставались почти четверо суток, а трое людей уже находились в связке двух аппаратов, которая переставала быть нормальным кораблём. Командный модуль медленно умирал. Лунный модуль, рассчитанный совсем на другое, пришлось превращать в тесную аварийную камеру для троих.
Быстрого выхода не было. Всё, что дальше происходило на борту, сводилось к одной задаче: удержать эту аварийную систему живой ещё несколько суток, дотянуть до атмосферы и не погибнуть раньше, чем корабль снова увидит Землю. После взрыва Apollo 13 уже не выполнял миссию. Он возвращался домой внутри аварии, которая не кончалась.
Взрыв, после которого полёт перестал быть лунным
За два дня до этого, 11 апреля 1970 года, Apollo 13 стартовал как обычная лунная миссия. Это должна была быть третья высадка людей на Луну, район Фра Мауро уже был назначен, экипаж работал по плану, а первые двое суток полёт выглядел ровным и предсказуемым. За несколько минут до аварии астронавты закончили телетрансляцию с борта, и на Земле эту экспедицию уже начинали воспринимать как одну из тех, где всё идёт слишком спокойно. Но именно это спокойствие и оборвалось на 55-м часу миссии, когда в служебном модуле взорвался кислородный бак № 2.
Почти сразу началась потеря второго бака, а вместе с кислородом уходила и сама основа жизни корабля. В системе Apollo кислород был нужен не только для дыхания, но и для работы топливных элементов, которые давали электричество и воду. То есть взрыв не просто вывел из строя одну часть корабля. Он начал медленно выключать весь командный модуль Odyssey. Экипаж видел сигналы отказов, падение напряжения, исчезновение мощности, а затем и струю газа, уходящую в чёрное пространство за иллюминатором. Позже станет ясно, что взрывом была вырвана целая панель служебного модуля, но в тот момент люди внутри ещё не видели полного масштаба разрушения.
Полёт перестал быть лунным именно здесь. Корабль ещё двигался к Луне, но уже существовал в аварийном режиме, без нормального энергоснабжения, без уверенности в состоянии основных систем и без возможности быстро уйти домой. Главная ловушка закрылась не в момент взрыва, а в момент, когда стало ясно, сколько ещё лететь до Земли. Помощь могла прийти только голосом по радио, расчётами из Хьюстона и тем, что ещё удастся удержать живым на борту.
Лунный модуль стал спасательной камерой
Почти сразу стало ясно, что оставаться в командном модуле нельзя. Кислородные баки пустели, вместе с ними умирали топливные элементы, а значит — свет, вода, электроника и тот запас энергии, который нужно было сохранить для самого опасного участка всей дороги: возвращения через атмосферу. Odyssey пришлось почти полностью отключить и оставить как холодный резерв до последних часов перед входом в плотные слои атмосферы. Основным местом жизни стал уже не штатный корабль, а лунный модуль Aquarius. Его вообще не рассчитывали использовать как убежище на обратном пути.
По расчётам Aquarius был рассчитан на двух человек и примерно на сорок пять часов автономной работы у Луны. После взрыва он должен был принять троих и тянуть их почти вдвое дольше. Формально это был временный аппарат для спуска к поверхности. На деле — единственная жилая камера, источник кислорода, электроэнергии и двигатель для всей аварийной связки. Но сам переход в Aquarius ещё ничего не решал. Apollo 13 уже шёл не по той траектории, где можно просто обогнуть Луну и упасть обратно к Земле.
Значит, экипажу и Хьюстону нужно было не просто пересесть в запасной отсек, а вернуть повреждённую систему на свободный возврат, удержать ориентацию и провести коррекцию так, чтобы корабль не ушёл мимо коридора домой. Каждое включение двигателя в этой ситуации было не технической процедурой, а ставкой. Корабль уже перестал работать как нормальный корабль, но всё ещё должен был лететь предельно точно. Во втором этапе ловушки всё держалось на аппарате, который вообще не предназначали для такого возвращения.
Воздух, вода и холод стали опаснее самого взрыва
Когда траекторию удалось удержать, началась другая часть аварии — медленное истощение ресурсов. После перехода в Aquarius экипажу пришлось урезать энергопотребление почти до предела, потому что остаток ресурсов нужно было сохранить для самого конца полёта — возвращения через атмосферу в командном модуле. С водой тоже началась жёсткая экономия. Лунный модуль не был рассчитан на такое долгое пребывание трёх человек, и каждый лишний расход бил по шансу дотянуть до конца. Кабина становилась всё холоднее, на поверхностях собирался конденсат, люди мёрзли, почти не спали и всё сильнее чувствовали, что теперь главной угрозой была уже не сама авария, а время.
На этом фоне появилась ещё одна опасность, которая снаружи выглядела не так зрелищно, как взрыв, но внутри корабля была не менее смертельной: в лунном модуле начинал накапливаться углекислый газ. Его системы очистки воздуха были рассчитаны на двух человек и на короткую работу у Луны, а не на троих и на несколько суток аварийного возвращения. Проблему усугубляло то, что картриджи командного и лунного модулей были несовместимы по форме. Квадратные элементы нужно было подключить к круглому отверстию другой машины.
Решение пришлось собирать буквально из того, что было под рукой. Так появился тот самый «почтовый ящик» — самодельный переходник, который позволил использовать кассеты командного модуля для очистки воздуха в Aquarius. С этого момента спасение держалось уже не на штатной схеме миссии, а на способности быстро превратить несовместимые детали в рабочую систему, пока до Земли оставались ещё долгие часы пути. Центр управления в Хьюстоне работал как вторая аварийная кабина, но главный конфликт всё равно оставался внутри корабля: трое людей сидели в холоде, экономили воду, дышали через собранную вручную систему и ждали момента, когда корабль наконец дотянет до последнего этапа возвращения.
Возвращение через мёртвый корабль
Последний этап был не облегчением, а ещё одной технической границей. Перед входом в атмосферу экипажу нужно было снова оживить Odyssey — корабль, который несколько суток провёл почти полностью отключённым и промёрзшим. Именно командный модуль, а не лунный, имел теплозащиту и мог выдержать возвращение. Значит, нужно было перейти обратно, запустить систему в жёстком энергобюджете, а затем по очереди сбросить сначала повреждённый служебный модуль, потом Aquarius, который фактически довёз их до Земли, но сам вернуться не мог.
Когда астронавты наконец увидели служебный модуль снаружи, стало ясно, насколько хрупким было всё это спасение. У корпуса была вырвана целая панель. Повреждение оказалось не локальным, а крупным, с разрушением внешней обшивки после взрыва кислородного бака. Это меняло смысл всей истории. Они не возвращались на слегка повреждённом аппарате. Они несколько суток тянули к Земле систему, уже вышедшую из своего нормального состояния, и до самого конца не могли быть уверены, что её хватит ещё на несколько часов.
17 апреля 1970 года командный модуль вошёл в атмосферу и приводнился в Тихом океане. Только в этот момент ловушка закончилась. Не тогда, когда удалось стабилизировать полёт. Не тогда, когда собрали импровизированную систему очистки воздуха. Не тогда, когда облетели Луну. До самой плазменной завесы и выхода из радиомолчания это оставалось возвращением в мёртвом корабле, где всё держалось на точности, дисциплине и том, выдержит ли система последние часы пути.
Заключение
Самое тяжёлое в истории Apollo 13 началось уже после взрыва, когда стало ясно: «...до Земли ещё несколько суток, а система, в которой они летят, уже начала умирать. Взрыв занял секунды. Настоящая ловушка длилась почти четыре дня. Всё это время трое людей находились слишком далеко от Земли, внутри системы, которая уже начала умирать, но всё ещё должна была довезти их домой.
Лунный модуль, предназначенный для высадки, превратился в тесную спасательную камеру. Командный модуль — в промёрзший резерв, который нельзя было тратить раньше времени. Между Луной и Землёй висела связка аппаратов, собранная уже не для миссии, а для выживания. Вода, воздух, электричество, курс и температура — всё пришлось считать заново.
Именно поэтому Apollo 13 запомнился не только как авария, но и как длинное возвращение внутри неё. До самого входа в атмосферу это оставалось полётом, где каждый следующий час нужно было сначала выдержать. В этом и была настоящая ловушка Apollo 13: не мгновенная катастрофа, а несколько суток внутри системы, которая уже начала разрушаться, но всё ещё несла людей к Земле.
Источники
NASA — Apollo 13: Mission Details
NASA — Detailed Chronology of Events Surrounding the Apollo 13 Accident
NASA — Damaged Apollo 13 / Damaged Apollo 13 Service Module — April 17, 1970
NASA — Apollo 13 Crew Installing “Mail Box” for Purging Carbon Dioxide from Lunar Module
NASA — Splashdown of Apollo 13 Command Module in South Pacific — April 17, 1970
Lunar and Planetary Institute — Apollo 13 Mission Overview
Подпишитесь на канал — здесь выходят документальные истории о людях, которые оказывались в ловушке и держались до конца.