Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Точка стиля

Почему золотое платье не смогло спрятать трагедию Элизабет Тейлор

Съемки фильма «Клеопатра» (1963) стали настоящим триллером, а историю о том, как создавался самый дорогой образ в истории Голливуда знают не все. Когда мы думаем о Клеопатре, мы видим Тейлор в золоте. Но правда в том, что художница по костюмам Ирен Шарафф совершила осознанный подлог. Настоящая Клеопатра, будучи гречанкой из династии Птолемеев, носила легкий белый лен и греческие драпировки. Шарафф знала: историческая правда — это скучно для кино. Зритель 60-х жаждал восторга. Поэтому Шарафф выбросила греческие эскизы и создала гардероб из 65 нарядов, на которые ушло рекордное количество золотого ламе, шелка и шифона. Студия Fox буквально тонула в долгах, но продолжала оплачивать счета за ткани, которые «горели» под софитами. Этот визуальный обман сработал: мы до сих пор представляем царицу именно такой. Главная драма развернулась не в сценарии, а в реальности. Тейлор была первой актрисой, получившей гонорар в 1 миллион долларов, и она диктовала свои условия. Одним из них были съемки в
Оглавление

Съемки фильма «Клеопатра» (1963) стали настоящим триллером, а историю о том, как создавался самый дорогой образ в истории Голливуда знают не все.

Историческое «преступление» Ирен Шарафф

Когда мы думаем о Клеопатре, мы видим Тейлор в золоте. Но правда в том, что художница по костюмам Ирен Шарафф совершила осознанный подлог. Настоящая Клеопатра, будучи гречанкой из династии Птолемеев, носила легкий белый лен и греческие драпировки. Шарафф знала: историческая правда — это скучно для кино.

-2

Зритель 60-х жаждал восторга. Поэтому Шарафф выбросила греческие эскизы и создала гардероб из 65 нарядов, на которые ушло рекордное количество золотого ламе, шелка и шифона. Студия Fox буквально тонула в долгах, но продолжала оплачивать счета за ткани, которые «горели» под софитами. Этот визуальный обман сработал: мы до сих пор представляем царицу именно такой.

Ирен Шараф
Ирен Шараф

Роковая ошибка: Сентябрь в Лондоне

Главная драма развернулась не в сценарии, а в реальности. Тейлор была первой актрисой, получившей гонорар в 1 миллион долларов, и она диктовала свои условия. Одним из них были съемки в Лондоне в сентябре 1960 года.

Продюсеры пытались обмануть природу: в туманный Лондон завезли тысячи живых пальм, чтобы воссоздать Александрию. Но пальмы гибли от заморозков прямо в кадре. Актеры массовки, игравшие египтян, дрожали от холода, а у «римских легионеров» изо рта шел густой пар.

-4

Тейлор, чей «золотой доспех» был сделан из тончайшей кожи и не грел, промерзла до костей. Это привело к тяжелейшей пневмонии. Ситуация стала критической: актрису дважды объявляли мертвой, и врачи пошли на крайние меры.

Метка на шее: Шрам как символ победы

Чтобы спасти Лиз, ей провели экстренную трахеотомию — операцию на горле. После выздоровления Тейлор вернулась на площадку, но уже в солнечный Рим. Однако на её шее теперь красовался глубокий шрам.

-5

Ирен Шарафф была в панике. Как скрыть след от скальпеля на шее богини? Так в фильме появились те самые массивные золотые воротники и чокеры, которые позже стали главной фишкой стиля 60-х. Но самое удивительное случилось в сцене триумфального въезда в Рим.

Тейлор принципиально отказалась полностью замазывать шрам в этой сцене. Если присмотреться к кадрам, где она в золотом плаще-крыльях едет на гигантском сфинксе, над золотым краем воротника видна «метка смерти». В этот момент величие актрисы определялось не блеском золота, а тем, что перед миром стояла женщина, которая победила смерть.

Секрет «Золотого Феникса»

Главный наряд фильма — плащ въезда в Рим — был техническим шедевром. Это не просто ткань, а тысячи полосок тонкой кожи, каждая из которых была покрыта 24-каратным золотом и расшита вручную бусинами и пайетками. Плащ весил несколько килограммов и буквально впивался в еще не заживший шрам Тейлор.

-6

Ирония в том, что весь лондонский материал на миллионы долларов в итоге просто выбросили. Слишком серым и холодным был Лондон для этой «золотой» женщины.

Эта история учит нас одному: за любым блестящим образом стоит шрам. И именно этот шрам делает легенду настоящей.