Из бюджета Краснодарского края на отлов и содержание безнадзорных животных в регионе ежегодно направляют сотни миллионов рублей (165,9 млн в 2025 году на более чем 12 тысяч животных). Однако на практике зоозащитники фиксируют похищения домашних собак ради выкупа и тайный отстрел.
По просьбе Юга.ру Ростислав Карабут провел журналистское расследование, посвященное работе системы ОСВВ (отлов — стерилизация — вакцинация — выпуск) в Краснодарском крае.
ОСВВ (отлов — стерилизация — вакцинация — выпуск)— программа регулирования численности безнадзорных животных, закрепленная в № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными»(2018). Как это должно работать по закону. Отлов— безнадзорное животное отлавливают гуманными методами, без применения веществ и приспособлений, способных причинить вред. Помещение в приют— животное доставляют в приют, где оно проходит карантин и осмотр. Стерилизация и вакцинация— ветеринар проводит необходимые медицинские процедуры. Мечение— животному ставят бирку (клипсу) на ухо и/или вживляют микрочип. Это означает, что собака уже обработана и повторному отлову не подлежит. Выпуск— неагрессивное животное возвращают в прежнее место обитания. Собак, признанных немотивированно агрессивными, должны содержать в приюте пожизненно. Цель программы— гуманное сокращение численности бездомных животных без умерщвления. Эвтаназия здоровых животных в рамках ОСВВ запрещена. Финансирование:программу оплачивают из муниципальных и региональных бюджетов. Исполнителей выбирают через систему госзакупок.
Белореченский район: заявления о похищении домашних питомцев
В ноябре 2025 года со двора жительницы Белореченска Елены Селивановой пропала собака. По словам женщины, животное приманили угощением и поместили в фургон — это сделали люди, занимавшиеся отловом безнадзорных животных по муниципальному контракту. Собака была стерилизована и жила во дворе как домашняя.
Елена обратилась с заявлениями в прокуратуру и МВД, однако, по ее словам, добиться оперативной реакции не удалось. Тогда она связалась с зоозащитниками и выяснила, что с аналогичными ситуациями столкнулись и другие жители района: у нескольких семей также забрали домашних животных. Чтобы вернуть питомцев, владельцам приходилось платить — от 4 до 20 тысяч рублей. По словам пострадавших, сумма увеличивалась в зависимости от длительности содержания собаки у отловщиков.
Для выкупа домашнего животного Елена поехала по адресу регистрации подрядчика — в город Красный Сулин Ростовской области. Предъявив документы на собаку, она подписала акт приема-передачи и заплатила 2500 рублей за содержание. По словам женщины, собаку ей выдали в клетке — грязную, обезвоженную, в неудовлетворительном состоянии.
Подрядчиком, с которым был заключен контракт, оказалась индивидуальный предприниматель Ирина Сычева. Согласно документам, 15 сентября 2025 года администрация Белореченского района наняла ИП для оказания услуг по обращению с животными без владельцев. Контракт действовал до конца года, однако 9 декабря администрация расторгла его в одностороннем порядке. Основание — нарушение условий контракта: по итогам проверок были зафиксированы неисполненные заявки, в том числе случаи, когда безнадзорные собаки не отлавливались для проведения процедуры ОСВВ.
Сычева оспаривает расторжение контракта. Сейчас между ней и администрацией района идет разбирательство в Арбитражном суде Краснодарского края.
Четыре жалобы, штраф и гибель собаки: что известно о подрядчике
После возвращения собаки Елена Селиванова обратилась в управление ветеринарии Ростовской области, где располагался приют. По словам женщины, в управлении сообщили, что жалобы на деятельность предпринимателя уже поступали.
Редакция Юга.ру направила официальный запрос в управление ветеринарии Ростовской области. Полученный ответ подтвердил слова Селивановой и раскрыл более широкую картину нарушений.
Согласно ответу ведомства, с 2023 года на действия ИП Сычевой поступило четыре обращения граждан. Жалобы касались:
негуманного, халатного обращения с животными без владельцев; ненадлежащего ухода и необеспечения постоянного доступа к пище и воде; непроведения профилактических и диагностических мероприятий; невозвращения животных на прежние места обитания после отлова, вакцинации, мечения и стерилизации; ненадлежащего обращения с биологическими отходами; гибели животных после стерилизации и выпуска истощенных животных в среду обитания.
В 2025 году управление направило Сычевой четыре предостережения. Параллельно ведомство провело четыре контрольных мероприятия — два наблюдения за соблюдением требований и два выездных обследования. По их результатам чиновники установили индикаторы риска и согласовали с прокуратурой Ростовской области внеплановый инспекционный визит.
В ходе визита Сычеву, в частности, опросили по факту гибели собаки во время стерилизации. Из объяснений предпринимателя следует, что смерть животного наступила из-за острой сердечной недостаточности, вызванной дирофиляриозом — паразитарным заболеванием.
Проверка выявила нарушения федерального закона «Об ответственном обращении с животными»(498-ФЗ): в обращении с биологическими отходами и учете животных, а также в обустройстве приюта — оно не соответствует требованиям, которые установило правительство Ростовской области.
В итоге Сычева была привлечена к административной ответственности по ч. 1 ст. 8.54 КоАП РФ и оштрафована на 10 тысяч рублей. Ей также выдано предписание об устранении нарушений. Кроме того, по материалам прокуратуры вынесено еще одно постановление — предупреждение за нарушение требований к обустройству вольеров.
При этом ситуация обнаруживает примечательный разрыв между регионами. Управление ветеринарии Ростовской области, где зарегистрирован приют Сычевой, фиксировало жалобы и проводило проверки. Однако департамент ветеринарии Краснодарского края, на территории которого предприниматель непосредственно исполняла муниципальный контракт, в ответе на запрос Юга.ру сообщил, что контрольные мероприятия в отношении Сычевой не проводились. Поручений из органов прокуратуры не поступало, специалисты департамента для совместных проверок не привлекались. Информация о случаях отлова или уничтожения домашних животных, а также о предвзятом освидетельствовании на немотивированную агрессию из Белореченского района в департамент не поступала.
Елена Селиванова продолжает взаимодействие с прокуратурой.
Ленинградский район: заявления об убийстве собак вместо стерилизации
В 215 километрах от Белореченска, в станице Ленинградской, зоозащитники описывают другую схему — не выкуп похищенных питомцев, а предполагаемое уничтожение отловленных животных.
По информации жителей и активистов, часть собак, отловленных по муниципальному контракту, не возвращали на прежние места обитания и не содержали в приютах. Среди пропавших, по их словам, были стерилизованные, чипированные и неагрессивные животные, в том числе с ушными бирками — клипсами, которые ставятся после прохождения процедуры ОСВВ и означают, что собака уже обработана и повторному отлову не подлежит.
Активисты утверждают, что отлов проводился без оформления актов обследования, без подтверждения немотивированной агрессии у животных и без соблюдения карантинных мероприятий. Исполнителем контракта на отлов является индивидуальный предприниматель Екатерина Колосова. Ранее аналогичной деятельностью занимался ее муж Максим Колосов, его ИП уже ликвидировано.
Зоозащитники располагают видеозаписями, сделанными весной 2025 года. На них зафиксирован отстрел собак с применением дротиков. Копии документов и записи размещены в открытом доступе — в телеграм-канале «Черный отлов. Ленинградская станица» .
МВД ранее признало факт убийства собак в районе, однако в возбуждении уголовного дела по жестокому обращению с животными (ст. 245 УК РФ) отказало. В конце января зоозащитница Анастасия Чугункина подала заявление в прокуратуру. Прокуратура провела проверку контрактов с администрацией Ленинградского муниципального округа и выявила ряд нарушений:
в описании предмета закупки отсутствовали сведения об обязательном помещении отловленных животных в приют; контроль со стороны заказчика — администрации — осуществлялся ненадлежащим образом; дальнейшая судьба отловленных животных документально не прослеживалась.
Ведомство также указало на отсутствие четко урегулированного порядка передачи животных в приюты. Фактически после отлова собаки попадали в правовой вакуум: ни один документ не фиксировал, где они находятся, живы ли они и что с ними происходит.
Департамент ветеринарии Краснодарского края в ответе на запрос Юга.ру подтвердил, что ситуация в Ленинградском районе находится в поле зрения ведомства. По информации департамента, на основании обращений граждан и полиции приняты решения о проведении внеплановых документарных проверок в отношении ИП Колосовой в двух муниципальных образованиях края. Материалы для согласования направлены в прокуратуру Краснодарского края. На момент получения ответа проверка еще не была проведена.
При этом департамент отметил, что в 2026 году к нему поступала информация о возможных противоправных действиях предпринимателя — из полиции и от граждан Ленинградского района.
«Фактически нами прикрывались»: рассказ исполнителя контракта
Параллельно с ИП Колосовой в Ленинградском районе работал и другой исполнитель — приют «Сохраняя жизни» под руководством Оксаны Кудри. Приют сотрудничал с администрацией по программе ОСВВ в 2024–2025 годах: принимал отловленных животных, проводил стерилизацию, вакцинацию и возвращал собак в среду обитания.
Именно Кудря — юрист по образованию и руководитель приюта — дала наиболее подробный комментарий о том, как, по ее мнению, была устроена работа в районе.
По словам Кудри, в период исполнения контракта она регулярно получала сигналы от волонтеров о том, что параллельно с легальной работой приюта в районе происходит нечто иное.«Постоянно поступала обратная связь: стреляли собак, машина Колосовых попадала на камеры наружного наблюдения. Причем, по словам очевидцев, стреляли и домашних, и животных с клипсами», — рассказала она.
Кудря утверждает, что администрация района параллельно заключила с ИП Колосовой несколько самостоятельных контрактов. «Мне стало известно, что в прошлом году с Колосовыми заключили три контракта. По сути — на убийство. Это подмена понятий и, на мой взгляд, задвоение бюджетных расходов и нарушение 498-ФЗ об ответственном обращении с животными» , — считает она.
По мнению Кудри, такая схема могла использоваться для формального соблюдения требований ОСВВ. «Фактически нами прикрывались, чтобы завуалировать убийства»,— говорит Кудря.
Возможную причину происходящего она связывает со страхом чиновников перед последствиями нападений собак на людей . «Как только фиксируется укус, особенно несовершеннолетнего, возбуждается уголовное дело в Следственном комитете. Но при своевременных заявках и выездах подрядчика это не должно быть проблемой. Других причин я не вижу» , — пояснила она.
Департамент ветеринарии Краснодарского края в ответе на запрос Юга.ру сообщил, что в федеральном и региональном законодательствах понятие «синантропные хищные животные»не содержится. Между тем именно такая формулировка, по данным зоозащитников, фигурирует в ряде параллельных контрактов на так называемое «изъятие»животных. Если это так, то подобные договоры заключаются вне правового поля.
Как Колосовы работали по всему краю
Ленинградский район — не первый муниципалитет, где деятельность ИП Колосовой вызывает вопросы. Зоозащитники отслеживают работу этого подрядчика с 2019 года — и за это время схема, которую они описывают, воспроизводилась в разных частях Краснодарского края.
Одной из тех, кто системно занимается этой темой, является зооюрист Светлана Ильина. С 2019 года она подает жалобы, собирает документы и ведет переписку с надзорными органами. Только из Динского района, по ее словам, у нее накопилось около 150 ответов из различных ведомств.
Один из наиболее задокументированных эпизодов — Армавир. В марте 2020 года администрация города заключила с Колосовыми договор на «изъятие хищников» . По этому контракту были умерщвлены 166 животных, за каждое из которых подрядчик получил по 1800 рублей. В ноябре 2021-го Ильина обратилась в прокуратуру Армавира после жалоб местных жителей. Ведомство, по ее словам, признало, что заключенный договор по сути незаконен.
Масштаб оказался значительнее, чем предполагалось изначально. По данным прокуратуры, с марта по июль 2021 года в Армавире были убиты около 500 собак. Специализированных питомников для содержания животных подрядчик не организовал.
Следственный комитет по Краснодарскому краю провел проверку, однако уголовное дело по превышению должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) возбуждено не было. ОМВД по Армавиру также не усмотрело состава преступления по ст. 245 УК РФ.
Впрочем, один случай закончился иначе. В станице Тбилисской удалось доказать, что Колосовы массово убивали собак, получая при этом бюджетные деньги за их якобы размещение в приюте. По итогам разбирательства подрядчик вернул средства в бюджет.
По словам Ильиной, модель во всех районах одинакова: администрация заключает контракт на «изъятие синантропных хищных животных» . У подрядчика нет приюта, в контрактах не указано, куда помещаются отловленные животные. Администрация не контролирует исполнение и не знает судьбу собак. Несмотря на это, акты выполненных работ подписываются, деньги выплачиваются.
«Прокуратура раз за разом признает, что контракт незаконен, но наказания не следует,— говорит Ильина. — Ленинградская прокуратура повела себя халатно. Она должна подавать в суд на администрацию и подрядчика по факту незаконного контракта, инициировать возврат средств в бюджет, проверять нецелевое расходование и устанавливать ответственность должностных лиц» .
Ильина подчеркивает: проблема не сводится к конкретному подрядчику. «Если Колосовы закроют ИП, появятся другие. Проблема — в заказчике. Пока будет спрос на услугу умерщвления, ее будут осуществлять подрядчики. Администрации до сих пор заказывают эти услуги, хотя всем известно, что эвтаназия собак запрещена» , — говорит она.
«Все идет по кругу»: почему система не работает
История Колосовых — симптом более глубокой проблемы. Собеседники редакции, работающие в сфере защиты животных в разных частях Краснодарского края, описывают систему, которая не способна к самокоррекции.
По словам зоозащитника и общественного инспектора по обращению с животными Олеси Чернушенко, ситуация в регионе развивается по замкнутому циклу. «Каждый год отлавливают сотни, иногда тысячи собак. Муниципальный приют переполнен, животных стерилизуют и вакцинируют, но на улицах появляются новые — брошенные хозяевами или рожденные у бездомных собак. Все идет по кругу» , — говорит она.
Чернушенко считает, что прогресс возможен только там, где муниципалитет не ограничивается формальным исполнением контракта, а выстраивает системную модель — с участием приютов и волонтеров, прозрачной отчетностью и реальным контролем. В качестве примера она приводит опыт Московской области и Республики Татарстан, где программы массовой стерилизации, чипирования и учета дали ощутимый результат . «Без профилактики, работы с владельцами и прозрачного учета проблема остается цикличной: мы отлавливаем одних собак, а на их месте появляются другие» , — говорит она.
О том, что проблема носит не локальный, а краевой характер, говорит и Алена Николаева, общественный инспектор в области обращения с животными, директор благотворительного фонда «Ключ Добра». «В Краснодарском крае немного подрядчиков, которые качественно выполняют ОСВВ. На торгах побеждают организации, не имеющие собственных приютов и фактически не контролируемые заказчиком» , — считает она. По ее словам, волонтеры и общественные инспекторы сейчас пытаются добиться прозрачности и соблюдения закона в Ленинградском, Белореченском, Туапсинском районах и в Краснодаре.
Ответ департамента ветеринарии Краснодарского края подтверждает, что инфраструктурная база для полноценной работы системы в регионе ограничена. Ведомство сообщило, что размещение животных без владельцев в пунктах временного содержания на территории края не предусмотрено действующим законодательством. Проще говоря, между отловом и возвращением в среду обитания у животного нет гарантированного места, где оно должно находиться, — если подрядчик не располагает собственным приютом.
Еще одну системную проблему обозначил тот же департамент: критерии оценки немотивированной агрессивности у животных, хотя и предусмотрены федеральным законодательством, на практике не имеют утвержденной методики. Это означает, что решение о том, агрессивна собака или нет, то есть подлежит ли она пожизненному содержанию в приюте или возврату на улицу, фактически остается на усмотрение подрядчика.
Представитель регионального отделения организации «Альянс защитников животных» Елена Наседкина описывает механизм, который, по ее мнению, превращает системные пробелы в коррупционные схемы, — и подтверждает картину, описанную зооюристом Ильиной.
«Сначала район заключает контракт на отлов и ОСВВ, животных стерилизуют и вакцинируют. А затем подписывается прямой договор на так называемое «изъятие синантропных хищных животных», и уже стерилизованных собак тайно убивают — зачастую по ночам. И это тоже оплачивается из бюджета» , — говорит она. Наседкина подчеркивает, что выявить такие случаи сложно: расследования, по ее наблюдениям, нередко затягиваются, а доказательная база рассыпается.
Отдельной проблемой она называет практику повторного отлова животных с бирками — тех самых собак, которые уже прошли стерилизацию и вакцинацию и по закону не подлежат повторному изъятию, кроме случаев подтвержденного нападения на человека. «Но на практике их отлавливают массово — вывозят за пределы города или района, создавая видимость решения проблемы. Фактически это перенос проблемы в другое место» , — утверждает она.
Наседкина связывает ситуацию с административным давлением на муниципалитеты. После случаев укусов — особенно если пострадал ребенок — начинаются проверки, и чиновники ищут быстрые решения. «Некоторые муниципалитеты работают по принципу «нет собак — нет проблем». Отсюда появляются выброшенные животные с бирками на трассах, заправках, у промышленных объектов» , — говорит она.
В числе возможных решений активисты называют изменение порядка отбора подрядчиков. По мнению Наседкиной, замена электронных аукционов на конкурсные процедуры позволила бы учитывать не только цену контракта, но и наличие у исполнителя приюта, опыта и материальной базы. Кроме того, она считает необходимым усилить краевой контроль за муниципалитетами и пересмотреть ограничения на выпуск животных после ОСВВ.
По мнению Светланы Ильиной, ключевой вопрос — не в подрядчиках, а в тех, кто оплачивает их работу. «Самое главное — воздействовать на заказчика. Пока администрации могут безнаказанно заключать незаконные контракты, оплачивать их из бюджета и не нести за это ответственности, ничего не изменится» , — говорит она.
Законопроект, который может «обрушить систему»
Пока зоозащитники добиваются прозрачности существующей системы, на региональном уровне обсуждается законодательная инициатива, которая, по мнению ряда участников процесса, способна эту систему разрушить.
Согласно обсуждаемому в крае законопроекту, ответственность за случаи укусов бездомных собак может быть возложена на приюты — исполнителей муниципальных контрактов на ОСВВ. Логика инициативы, по всей видимости, состоит в том, чтобы вызывать у подрядчиков страх перед уголовной ответственностью за выпуск потенциально опасных животных обратно на улицу.
Подробнее о законопроекте
Законодательное собрание Краснодарского края 4 декабря 2025 года приняло в первом чтении проект закона «Об организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев» . Документ вводит жесткую классификацию животных в приютах (агрессивные, нежизнеспособные с неизлечимыми заболеваниями, разыскиваемые владельцами), определяет критерии немотивированной агрессивности (угрожающее поведение, попытка нападения, реакция на нейтральные раздражители), закрепляет возможность возврата на прежние места обитания только после полного комплекса ветеринарных мероприятий и с учетом запрещенных зон, устанавливаемых муниципалитетами.
Зооактивисты края выступили противзаконопроекта. По их оценке, документ фактически легализует изъятие из популяции собак, прошедших программу ОСВВ, — агрессивных, напавших и нежизнеспособных будут отлавливать даже при наличии бирок, а возвращать в среду обитания запретят. При этом пожизненное содержание таких животных возлагается на приюты, заключившие муниципальные контракты на отлов, тогда как государство, по мнению активистов, самоустраняется от дальнейшего контроля. Критику вызывают и предлагаемые критерии немотивированной агрессивности, по которым приюты должны отделять собак, — их называют туманными и ненаучными. Отдельное возражение связано с финансовой нагрузкой: в отличие от соседней Ростовской области, где пожизненное содержание оплачивают муниципалитеты-заказчики, в Краснодарском крае такая схема не была реализована.
Однако практики видят в этом обратный эффект. «Это может привести к коллапсу системы. Добросовестные подрядчики просто перестанут участвовать в торгах, а их место займут недобросовестные организации, которые хотят заработать» , — предупреждает Елена Наседкина.
По ее мнению, если приюты обяжут нести юридическую ответственность за поведение собак после выпуска и финансовую — за пожизненное содержание животных, признанных немотивированно агрессивными, то ни один ответственный исполнитель не возьмет на себя такие риски.
Контракты будут доставаться тем, кто готов подписать любые условия, — но не готов их исполнять. В таком случае, считает Наседкина, возрастает вероятность скрытой эвтаназии: проще уничтожить животное за закрытыми дверями, чем нести ответственность за его поведение.
Этот сценарий перекликается с тем, что уже описывают активисты в Ленинградском районе и что зооюрист Ильина фиксировала в других муниципалитетах: формально система ОСВВ работает, отчетность сдается, деньги осваиваются — но животные исчезают.
Сегодня реализация программы ОСВВ в Краснодарском крае вызывает больше вопросов, чем дает ответов. Правоохранительные органы раз за разом отказывают в возбуждении уголовных дел, муниципалитеты продолжают заключать сомнительные контракты, а судьба тысяч отловленных животных остается неизвестной. Полноценного диалога между властью, зоозащитниками и подрядчиками в регионе так и не выстроено.
Право на ответ Редакция Юга.ру направила официальные запросы в администрации Белореченского и Ленинградского районов, прокуратуру Краснодарского края с просьбой прокомментировать выявленные факты. На момент публикации ответы от перечисленных ведомств в редакцию не поступили. В случае получения мы опубликуем их ниже и отдельными новостями. Также мы готовы предоставить площадку для изложения своей позиции предпринимателям Ирине Сычевой и Екатерине Колосовой, с которыми нам не удалось связаться.