— Алексей, это всё, что есть? — произнесла я, глядя на скудную пачку денег.
— Всё до копейки! — твёрдо заверил супруг.
— Если ты припрятал какую-то сумму про запас, я не стану сердиться. Но лучше верни её обратно, — кивнула я в сторону стола.
— Как ты вообще можешь такое подумать? — вспыхнул он. — Чтоб я скрывал деньги от собственной семьи? Никогда! Я всегда честен с тобой!
— Не повышай голос, — тихо попросила я. — Может, премию задержали?
— Это уже с учётом премии! — резко парировал Алексей.
— Тогда нам не справиться, — прозвучало в ответ, и голос мой стал пустым и потерянным. — До моей зарплаты ещё две недели, а платёж за машину — уже через семь дней.
— На кредит хватит, — отмахнулся Алексей.
— Только на кредит и хватит, — тяжело вздохнула я. — А продукты на что будем покупать?
— Заняла бы у кого-нибудь до получки, — пожал он плечами, словно дело было пустяковым.
— Допустим, я займу, — сказала я, и в интонации уже зазвенело тонкое, колючее раздражение. — Но как отдавать? Моя зарплата полностью уходит на ипотеку и коммуналку! Мы и так еле-еле живём до твоей! А с этим долгом — совсем нереально!
— Позвоню в банк, попрошу отсрочить платёж, — беззаботно, даже легкомысленно предложил Алексей. — Или ты можешь запросить каникулы по ипотеке!
— Мы уже три раза брали отсрочки! — не сдержалась я.
— А справляемся разве? — угрюмо пробурчал муж.
– Потому что это не зарплата, а гроши! – голос мой дрогнул. – Лёша, где деньги? Или мне позвонить в бухгалтерию и спросить, сколько тебе начислили? У меня там знакомая работает, забыл?
– Аня, хватит! – он отвел взгляд, будто прятал глаза.
– Опять? – догадалась я, и догадка прозвучала как тихий, но смертельный укол.
– Что значит «опять»? – вспыхнул он, краска залила лицо. – Была срочная необходимость! Я просто помог! Не чужим же людям!
– Мы же договаривались! – я схватилась за голову, будто пытаясь удержать разлетающиеся мысли. – Я не против помогать твоей маме и сестре, но давай сначала разберёмся с нашими платежами, а потом решим, сколько можем отдать!
– Я получил зарплату – я и помог! – его голос стал резче, зазубренным.
– Молодец! – саркастично кивнула я, и кивок был тяжёлым. – А нам кто теперь поможет? Бюджет у нас общий! Все расходы – из двух зарплат! А ты, похоже, отдал половину! Как нам теперь жить?
– В долг возьмём, – пожал плечами Алексей.
– У кого? – я закатила глаза, и в них читалось истощение. – Опять у моей мамы? Тебе не кажется странным, что моя мама, по сути, содержит твоих родственников?
– Аня, хватит зацикливаться на деньгах! – вскричал муж, и крик был полон гнева. – Будто в жизни ничего важнее нет! Я просто помог семье! Это хороший поступок! Они мне спасибо сказали!
– Тогда сегодня у тебя на ужин – «спасибо» твоей родни! – крикнула я в ответ. – И так будет следующие две недели!
– Совсем с катушек съехала! – рявкнул муж. – Я принёс деньги домой!
– Да это деньги только на твой кредит за твою машину! – выпалила я.
Фраза попала в точку. Алексей сменил тон, голос его стал тише.
– Аня, родная… Там ситуация! У племянницы обувь порвалась, надо было срочно купить новую! Да и одежда мала! Ты же знаешь, как дети быстро растут! А ещё у них коммуналка висит, Кате зарплату задержали… Им больше не у кого просить!
– Алексей, – я тоже понизила голос, вложив в него остаток терпения, – я понимаю, что им тяжело. Но кто поможет нам? Может, твоя сестра вернёт деньги, когда получит зарплату? Тогда мы выкрутимся.
– Ты о чём? – его тон снова стал жёстким. – Это что, я родным в долг дал? Разве родне помогают с условием? Когда твоя мама даёт тебе деньги, она же не требует назад!
– Моя мама даёт столько, сколько может, чтобы самой не голодать! – мой голос снова сорвался. – А ты, отдавая, не подумал о сыне и жене! И о том, что сам останешься без гроша! О чём ты вообще думал?
Я не планировала становиться женой и матерью в двадцать четыре. После колледжа я устроилась медсестрой в больницу, мечтая со временем поступить в мединститут. Через год взяла ипотеку – с помощью матери, которая отдала накопления на первый взнос и стала поручителем.
Работала много, зарплату повышали. Через два года я уже сама справлялась с платежами.
Брак не входил в мои планы, но неожиданная беременность изменила всё. Врач отговорил меня от аборта, предупредив о возможных последствиях.
Алексей обрадовался новости и сразу предложил жениться. Сыграли скромную свадьбу, поселились в моей квартире.
После декрета я вернулась на работу, а мечты об институте пришлось отложить. Алексей был не идеальным мужем: мог приготовить или убрать, но с ребёнком надолго не справлялся.
Но хуже всего было то, что он никогда не принадлежал полностью нам с сыном. То маме надо помочь, то сестре. Сначала я мирилась – ну, бывает. Потом он начал «одалживать» деньги родне.
– Алексей, твоя мама ещё работает! Неужели ей не хватает? – спрашивала я.
– Ей срочно надо было, – оправдывался он.
– А нам теперь хватит?
– У нас же две зарплаты! – ухмылялся он.
– И ребёнок! – парировала я. – Давай хотя бы обсуждать такие траты!
Он иногда согласовывал, но чаще деньги утекали незаметно, как вода.
Потом Алексей взял кредит на машину.
– Нам она нужна! – убеждал он.
– Зачем? Магазин в пяти минутах, моя работа – во дворе, садик – рядом. Дачи нет, к маме езжу раз в месяц на такси.
– А мне на работу!
– На автобусе – двадцать минут. В чём смысл?
– Ты ничего не понимаешь! – злился он.
– Бери, если хочешь, – сдалась я. – Но плати кредит только со своей зарплаты.
Машина оказалась нужна не нам. Мать и сестра мужа быстро нашли ей применение.
А потом сестра с ребёнком переехала к их матери. Суммы «помощи» выросли, как опухоль.
– Алексей, у тебя совесть есть? – в сердцах спрашивала я. – Ты же видишь, что нам не хватает!
– Не выдумывай! – отмахивался он.
– Я знаю твою зарплату! Ты отдал треть! Мы же договаривались!
– Прицепилась! – огрызался он.
Скандалы участились, стали регулярными. Алексей клялся, что больше не повторится, но деньги снова исчезали. Я занимала у матери, но та отказывалась брать назад: «Оставь, у тебя ребёнок».
А в тот день Алексей принёс меньше половины зарплаты.
– Ты достала уже! – крикнул он. – Я хорошее дело сделал! А у тебя одни деньги в голове!
– Мне нужно накормить ребёнка! Оплатить коммуналку! Купить одежду! – голос мой дрожал, вибрировал от накопленного напряжения. – А из-за твоего «хорошего поступка» я не знаю, как это сделать!
– Чего ты от меня хочешь? Чтобы я забрал деньги назад?
– Мне плевать, где ты их возьмёшь! – я сжала кулаки, и ногти впились в кожу. – Но у матери я занимать не буду! Мне стыдно объяснять, что мой муж кормит всех, кроме своей семьи!
Он хотел ответить, но я вдруг увидела в телефоне свежее фото его сестры.
На снимке – его мама, сестра и племянница в дорогом ресторане. На столе – блюда, которые я даже никогда не пробовала, экзотические и яркие.
– Вот на что они потратили твои деньги! – я ткнула экраном ему в лицо. – Они едят такую дорогую еду, а я не знаю, на что купить проклятые макароны!
– Ну, у них праздник… – растерялся Алексей, и растерянность была искренней, глупой.
– Позвони и потребуй вернуть!
– Не буду! Это моя семья!
– Тогда вали к ним! – закричала я, и крик был последним, рвущим все связи. – Я не собираюсь голодать, пока они пируют на мои деньги!
– На мои!
– Наши! Если ты так легко их раздаёшь, то живи с теми, кому ты их носишь!
Выгонять мужа пришлось при помощи полиции. Квартира была моя, и прописан он в ней не был. Кредит на машину остался его проблемой. Суд обязал его платить алименты.
А через месяц я поняла: со своей зарплатой и алиментами мы с сыном живем даже лучше, спокойнее, без этой ежедневной финансовой лихорадки.
И зачем я терпела человека, который ставил родню выше собственного ребёнка?
Прошло полгода с тех пор, как я выгнала Алексея. Жизнь без него оказалась… спокойнее. Да, тяжело было одной тянуть ипотеку, садик, работу и воспитание сына, но зато не приходилось гадать, сколько денег муж сегодня отнесёт маме или сестре.
Однажды вечером, когда я укладывала Никитку спать, раздался звонок в дверь.
– Кто там? – осторожно спросила я, не открывая.
– Это я… – глухо прозвучал голос Алексея.
Он стоял на пороге похудевший, осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. В руках – потрёпанный пакет с детскими игрушками.
– Можно зайти? Хотел сына увидеть…
Я колебалось, но впустила. Никитка, услышав папин голос, выбежал из комнаты и бросился к нему. Алексей обнял его, и я заметила, как его руки дрожат, мелко и неуверенно.
– Как дела? – спросила я сухо.
– Плохо, – он опустил глаза. – Машину банк забрал… Кредит не потянул.
– А мама с сестрой не помогли? – не удержалась я.
Алексей сжал зубы, но не стал огрызаться, лишь молча проглотил вопрос.
– Они… сами в долгах. Катя снова без работы, племянницу в сад устроить не могут…
Я молча кивнула, кивок был тяжёлым и понимающим.
– Аня, я… – он замялся. – Я устроился на вторую работу. Буду больше платить алименты. И… если можно, хотел бы видеть Никитку чаще.
Я вздохнула, и вздох вышел очень глубоким.
– Хорошо. Но только если будешь приходить вовремя и не станешь снова исчезать на недели.
– Спасибо, – сказал он, и в слове была настоящая, неподдельная благодарность.
Прошло несколько месяцев. Алексей начал чаще видеться с сыном, иногда даже помогал мне по хозяйству. В один из таких дней я не смогла сдержать вопрос:
– Алексей, а почему ты не просишься обратно?
Он остановился, словно эти слова задели самое больное.
– Потому что не могу. Я слишком долго пренебрегал вами… Ты была права, когда меня выгнала.
– А если я предложу попробовать еще раз? – вдруг спросила я, сама не ожидая.
Он быстро повернулся, и в его взгляде вспыхнула надежда – искренняя, как у ребенка, почти забытая.
– Ты это серьезно?
– Нет, – я отрицательно двинула головой. – Просто… проверяю.
Он усмехнулся, но в этом смехе была усталая горечь.
– Справедливо.
– Но, если ты действительно сможешь стать другим… – я не закончила, оставив мысль в воздухе.
– Я буду стараться, – тихо ответил он.