Муж умер три года назад. Вчера я нашла в его гараже телефон, который заряжался всё это время.
Его звали Серёжа. Мой муж, мой лучший друг, мой единственный мужчина. Мы прожили двадцать шесть лет. Он умер от инсульта — мгновенно, на работе, даже скорая не успела. Мне тогда было сорок четыре. Дочь Лиза — девятнадцать. Мы похоронили его в четверг, а в пятницу я поняла, что не помню, как дышать без него.
Три года я не трогала его вещи. Не могла. Его куртка висела в прихожей. Кружка стояла на полке. Тапочки у кровати. Лиза говорила: «Мам, отпусти. Это нездорово.» А я не могла. Потому что пока его вещи на месте — он как будто просто вышел.
Гараж я не открывала ни разу. Там его мир — инструменты, запчасти, старый «Москвич», который он вечно чинил. Ключ лежал в ящике комода, и каждый раз, когда я его видела, внутри всё сжималось.
Но вчера в гараж нужно было зайти. Потёк кран, сантехник попросил разводной ключ. Я набралась смелости, повернула замок.
Всё как три года назад. Пахнет маслом и железом. Его перчатки на верстаке. Календарь на стене — март две тысячи двадцать первого. Время остановилось.
Я нашла ключ. Уже хотела уйти. И тут увидела.
На полке за банками с гвоздями — провод. Белый, уходит в розетку. Я потянула. За банками стоял телефон. Не его обычный — тот похоронили вместе с ним, в кармане пиджака. Другой. Маленький, кнопочный, в чёрном чехле. Заряжается. Экран горит зелёным.
Три года в розетке.
Руки задрожали. Я взяла его. На экране — четырнадцать непрочитанных сообщений. Все от одного контакта. Имя в телефоне — «К.»
Я открыла.
Первое сообщение: «Серёж, ты куда пропал? Я жду.» Дата — через два дня после его смерти.
Второе: «Почему не отвечаешь? Мне страшно.»
Третье, через неделю: «Я узнала. Господи. Господи, нет.»
Четвёртое, через месяц: «Я не приду на могилу. Не могу. Она не должна знать.»
Она — это я?
Дальше сообщения шли раз в несколько месяцев. Как дневник. «К.» писала мёртвому мужу о своей жизни. О том, что скучает. О том, что он обещал — и не успел. О каком-то решении, которое они приняли вместе.
Последнее сообщение — три месяца назад: «Серёжа, я сделала так, как мы договорились. Теперь твоя дочь получит всё. Прости, что так долго.»
Твоя дочь. Получит всё.
У меня одна дочь — Лиза.
Я стояла в гараже, по лицу текли слёзы, а в голове стучало одно: кто эта женщина? Что Серёжа обещал? Что значит «получит всё»?
Я позвонила Лизе. Трубку она взяла не сразу. Голос — странный, настороженный.
— Мам, привет. Ты чего так поздно?
— Лиза, — сказала я, — кто такая «К.»?
Тишина. Три секунды, пять, десять.
— Мам, — наконец выдохнула Лиза, — ты была в гараже?
Она знала. Моя дочь знала.
— Мам, не читай больше ничего. Я сейчас приеду. Пожалуйста, просто сядь и жди.
Продолжение следует если будет 100 лайков....