Анатолий Анатольевич Агеев – командир отделения 8 пожарно-спасательной части на Соловецких островах. Он живёт здесь 32 года, а в пожарной охране служит уже более двух десятилетий. Удалённость от «большой земли», суровый климат и замкнутое пространство острова не оставляют права на ошибку: каждая смена может стать экзаменом на прочность. О том, как тушат пожары среди Белого моря, почему на Соловках не ждут подмоги и за что он любит эту землю, Анатолий Агеев рассказал в интервью.
– Анатолий Анатольевич, как вы оказались на Соловках и сколько лет работаете в пожарной охране?
– Я в детстве жил на соседнем острове. Оттуда ушёл в армию – как раз в год распада Советского Союза. Тогда всё позакрывалось, работы не было, и мы с родителями переехали ближе к Соловецкому монастырю, в свой дом. Сначала работал инженером ЖКХ водно-коммунального хозяйства. Когда организация закрылась, меня позвали в пожарную часть. Выбора, где работать, не было, так здесь и остался. Уже больше 20 лет служу.
– «Соловки» звучит почти как бренд. Понимание, что вы на острове, меняет тактику тушения? Что самое сложное: «огонь» или удалённость от «большой земли»? Приходится полагаться на свои силы, когда ждать помощи может быть долго.
– Все силы, как говорится, на себя. Если что-то случается, собираются все: резервные смены, местные жители. У нас смена дежурная – водитель, командир и пожарный. Обычно три человека.
– Какой вызов запомнился больше всего?
– Пожар в начале года. Я должен был заступить 1 января в восемь утра, но заступил в час ночи. Разбились, кто с какой стороны тушит. Другое звено поднялось на чердак и отсекло огонь от не повреждённой части дома, а мы уже ликвидировали его сверху. Я был на крыше вместе с Павлом Поповым, работал в самом пекле – заливал крышу.
СПРАВОЧНО: В новогоднюю ночь в посёлке Соловецкий горел частично расселённый двухэтажный деревянный дом на улице Заозёрной, 16. Пожар охватил квартиру на первом этаже, перекинулся на второй этаж и кровлю. Площадь – около 150 квадратных метров. Восемь жильцов эвакуировались сами, погибших и пострадавших нет.
– Кроме пожаров, какие ещё бывают вызовы?
– Ищем «потеряшек» – кто в лесу заблудился, кто на воде. Бывает, туристы залезут на стену, упадут и сломают что-нибудь. Нас к таким происшествиям в основном не привлекают, но иногда вызывают, если человек сам двигаться не может. Тогда мы на носилках помогаем довести до больницы.
– Вы в пожарной охране уже более 20 лет. Приходят новые сотрудники – чему вы их учите?
– Я их и обучаю, здесь несколько поколений воспитал. Приходят ко мне в смену – я учу, потом переводят в другое отделение, а ко мне приходит следующий. Своими руками показываю, а они повторяют. Меня самого так же здесь, в части, учили.
– А теперь давайте не о работе. Часто ли выезжаете с Соловков? Хотелось ли когда-нибудь уехать? Чем занимаетесь в свободное время?
– По мере надобности. За продуктами ездим в Карелию – это 50 километров. У нас здесь продукты дорогие: к Пасхе десяток яиц может стоить 380 рублей, огурцы – 900 рублей за килограмм. В прошлом году перед зимой мы с дочерью на своей лодке съездили в магазин, закупились на зиму крупами, чаем, сахаром, овощами.
Я уезжал. Жил в средней полосе, но там мне не понравилось. Где родился, там и пригодился. Мне здесь всегда хватает дел. Небольшое хозяйство: утки, куры, огород. Дрова наколоть, воду принести, печь истопить. На рыбалку езжу. Я переезжать не собираюсь.