Отношение было двойственным. С одной стороны, они были союзниками и важной частью армии. С другой – считались потенциальными бунтовщиками и источником международных проблем. Помните, во времена Древней Руси бытовала фраза «свои поганые» – так называли кочевников, стоявших на службе у наших князей. Вот примерно так же турки относились к татарам.
В 1475-м году султан Мехмед IIотправил флот с целью завоевания крымских владений Генуи и византийского княжества Феодоро. Вскоре после их успешного покорения командующий вмешался во внутренний конфликт Крымского ханства и добился установления над ним сюзеренитета Османской империи.
При этом, ханы сохранили полную самостоятельность во внутренних делах. Они не платили дани, но обязались следовать линии Стамбула во внешних отношениях. Кроме того, должны были по первому зову предоставлять вспомогательное войско.
А вот южное побережье полуострова непосредственно вошло в состав империи, там был образован ее новый санджак. Позднее это привело к формированию субэтноса татар-южнобережцев, которые говорили на огузском, а не на кипчакском языке.
Благодаря своим набегам на страны Восточной и Центральной Европы татары стали крупнейшими поставщиками рабов. Особенно ценилось то, что они брали в плен девочек, из которых в дальнейшем растили наложниц.
В этом был их немалый вклад в экономику, от которого империя отказаться попросту не могла. Поэтому стамбульские работорговцы молились на татар, поставлявших красавиц и слуг для османской элиты.
Кроме этого, чем дальше, тем больше росло военное значение крымской конницы. Анатолийские и балканские тюркские племена постепенно переходили к оседлой жизни. То есть, теряли навыки верховой езды и более не стремились участвовать в войнах, так как земледелие требовало чуть ли не ежедневного участия.
С другой стороны, у татар, а точнее, у крымских ногайцев, кочевое скотоводство оставалось образом жизни. Они хорошо помнили заветы Чингисхана, а потому во время битвы были очень дисциплинированны. Ну и конечно всегда с охотой шли на войну ради добычи, ведь степная экономика не обеспечивала всех необходимых товаров.
Кроме этого, османы помнили свое степное происхождение. Крымские татары, как тюркский народ и наследники Чингисхана были близки им в культурном смысле. В начале 17-го века случился кризис османской династии, и одним из предложений было короновать крымского хана.
С другой стороны, куртуазная городская османская элита исторически презирала собственных турецких кочевников, которых открыто звали «глупыми, неверными тюрками». В ответ анатолийские племена отказывались подчиняться, поднимали восстания и толпами убегали в Иран.
Такое отношение распространилось и на крымско-ногайских кочевников – они держались за свою независимость, и, с точки зрения утонченных аристократов, были неумытыми и необразованными варварами, не знакомыми с достижениями современной исламской культуры.
В политическом смысле Крымское ханство подчинялось империи через раз. А его набеги на Русское царство и Речь Посполитую нередко становились поводом для начала ответных действий, от которых страдали и сами турки. При том, что такие набеги обычно проводились без санкции Стамбула.
Татары были лучше турецких башибузуков, которые были способны только грабить. Но в плане дисциплины и тактики уступали регулярной османской армии. Поэтому очень многие битвы были проиграны турками по той причине, что крымчаки убежали или начали грабить противника, оставив незащищенными фланги.
По мере ослабления Османской империи Крымское ханство стало для нее чем-то, вроде чемодана без ручки: и нести невозможно, и бросить жалко. Многие ханы отказывались от подчинения, некоторые из них были казнены за предательство. А постоянные набеги на могущественных соседей приводили к войнам. Кроме того, крымчаки порой нападали на турецкоподданных на Балканах, которые, в отличие от них, платили налоги.
Поэтому к ним было сложное отношение, хотя татары, безусловно, считались своими людьми.