Сегодня 3 апреля. У моего телефона день рождения. Ну, то есть не у моего лично, а у его вида. 52 года назад на свет появился первый сотовый телефон. И я решила с ним поговорить, взять интервью у своего телефона.
Я: С днём рождения, короче. Слушай, тебя, наверное, уже достали этой фразой: «А помнишь, как раньше-то было?»
Телефон: (Вздыхает.) Если честно, достали. Я эту фразу слышу чаще, чем «алло». Но я не обижаюсь.
Я: А сам помнишь?
Телефон: Всё помню. Я родился в 73-м в Motorola. Весил больше килограмма. Экран? Не, не слышал. Моя главная задача была — просто быть.
Я: (В восторге) Это тот легендарный кирпич? DynaTAC?
Телефон: (Смеется) Это был мой «отец», Мартин Купер. Он вышел на улицу в Нью-Йорке и позвонил конкуренту из Bell Labs. Сказал что-то вроде: «Привет, Джоэл! Я звоню тебе с настоящего сотового, представляешь?». У конкурента, говорят, от злости трубка задымилась. Вот так я и появился на свет. Правда, до магазинов я доехал только через 10 лет. 10 лет, Карл! Сейчас за это время успевают три поколения айфонов сменить, а тогда всё было неспешно.
Я: Да уж. И сколько ты стоил?
Телефон: Около 4 тысяч долларов. Как новая машина. Разговаривать на мне можно было полчаса, а заряжался я 10 часов. Но люди смотрели на меня с таким трепетом! Я был не телефон, я был статус. «У него есть труба!» — это звучало как приговор.
Я пытаюсь посчитать сколько бы он стоил в наше время
Я: Потом ты, помню, начал хулиганить. Появились раскладушки, ползунки всякие…
Телефон: (С гордостью) В 90-е я стал модником. Помню этот… ну, из «Матрицы» – Nokia 8110, «банан». Нажал кнопку – крышка откинулась, и ты уже агент Смит. А потом все помешались на «Змейке». Вот тогда я понял: звонить – это скучно. Гораздо веселее, когда есть игрушка.
Я: А когда случился этот… ну, перелом? Когда ты перестал быть просто трубкой?
Телефон: Два момента было. Первый — в конце 90-х, когда появился Nokia 9000 Communicator. Этакий толстяк с маленькой клавиатурой внутри. Я тогда подумал: «О, я теперь как компьютер!». А второй — это 2007 год. Стив Джобс выходит на сцену и говорит: «Сегодня Apple изобретает телефон». Все засмеялись. А потом я посмотрел на себя в зеркало: кнопки исчезли, остался один экран, и я стал реагировать на прикосновения, как живой. С этого момента я, по сути, перестал быть телефоном. Я стал фотоаппаратом, навигатором, библиотекой и кошельком. А звонки – ну, они иногда случаются.
Я: Старости не боишься?
Телефон: Да какая старость, мне всего 52. Сейчас самое интересное начинается. Я уже скоро перестану ждать, пока ты меня пальцем тыкнешь. Сам буду догадываться, что тебе нужно.
Я: Не боишься, что люди разучатся общаться? Ты ж теперь вместо разговора — просто скроллинг ленты.
Телефон: (Молчит. Потом говорит.) Слушай, это больная тема. Моя главная задача — помогать вам связываться друг с другом. А получается, что иногда я становлюсь стеной. Но, знаешь, я вспоминаю того толстого «кирпича» из 73-го. У него была одна простая функция — дать возможность сказать: «Я тебя слышу». И мне кажется, это всё ещё самое главное, что во мне есть. Всё остальное — шум. Даже этот твой «Блокнот книжник» — ты же не в бумагу уткнулась, а через меня его пишешь. Главное, чтобы мы оба не забывали, зачем мы вообще нужны.
Я: Ладно, философ. Давай отмечать. Ты как, на зарядку встанешь?
Телефон: Да, мне пора. А то аккумулятор сядет, и я превращусь в бесполезный кусок стекла и металла. Спасибо за разговор. И да, с днём рождения меня.
Телефон ушел на тумбочку. Чай остыл. А я так и не поняла — он правда ответил или это у меня батарейка глючит?
С днём рождения, старина.
Если было интересно, то поставьте лайк и подпишитесь, чтобы не пропустить новые интересные статьи.
#Дзен #БлокнотКнижника #гаджеты, #смартфоны, #интервью_с_телефоном