На мгновение Яне показалось, что воздух в комнате стал ледяным. Она положила полис на стол предельно осторожно, будто это была не бумага, а взрывное устройство.
Собравшись, она быстро сфотографировала каждый документ на телефон. Потом аккуратно вернула все обратно в сейф, закрыла его, повесила картину на место и снова спрятала ключ под ковром.Канцелярские товары
Звонить Виктору она не стала.
Вместо этого спустилась вниз, села прямо на пол в гостиной и нашла номер Лидии Савиной. Та ответила сразу, будто ждала звонка.
— Вы нашли, — спокойно сказала она.
Не спросила. Констатировала.
— Я хочу знать все, что вам известно, — произнесла Яна.
— Приезжайте. Щорса, двадцать три. Только одна. Без него.
Через час Яна уже сидела в такси.
Лидия встретила ее дома — в халате, с кружкой чая в руках. Квартира была маленькой, но идеальной по чистоте. На столе аккуратной стопкой лежали бумаги.Домашняя обстановка
— Он выгнал меня, когда понял, что я заходила в кабинет в его отсутствие, — сказала Лидия. — Но я зашла туда не из любопытства. В апреле, пока вас не было, из его портфеля выпали бумаги. Я случайно их увидела. Потом успела снять копии в ближайшем центре.
Она передвинула папку к Яне.
Там были те же самые документы, что лежали в сейфе. Но кроме них — еще кое-что.
— В прошлом месяце он приводил нотариуса, — продолжила Лидия. — Я слышала разговор из-за двери. Они обсуждали вашу недееспособность. Он утверждал, что у вас ранняя деменция. Называл фамилию врача.
Яна перевернула страницу.
На ней была копия медицинской справки с печатью частной клиники. В документе стояли ее фамилия и диагноз: начальная стадия болезни Альцгеймера. Справка была датирована тремя неделями раньше.Канцелярские товары
— Я не проходила никаких обследований, — медленно сказала Яна.
— Я это знаю, — кивнула Лидия. — И еще я узнала, что врача с такой фамилией вообще не существует.
Яна всмотрелась в подпись под справкой.
Что-то в ней показалось знакомым.
Через секунду память подсказала имя.
Елена Ветрова. Помощница Виктора. Она уже пять лет работала рядом с ним и именно так подписывала служебные записки.
— Он все это готовил давно, — сказала Лидия. — Кредит уже на вас оформлен. По доверенности он может продать дом. А фиктивная справка нужна, чтобы выставить вас недееспособной и оформить опеку. Тогда он получит и имущество, и Платона.
Яна молчала десять секунд.
Потом спросила:
— В суде вы это подтвердите?
Лидия отвела взгляд.
— Я потеряла работу из-за него. Мне уже нечего терять.
Когда Яна вернулась домой, Виктор был уже там. Он снимал пальто и улыбался. Той самой старой улыбкой, которую она не видела много месяцев.
— Ты ездила к Лидии? — спросил он.
Не как человек, который сомневается. Как человек, который уже все знает.
— Откуда ты знаешь?
— Она сама мне позвонила. Сразу после твоего ухода. Предложила сделку: деньги и возвращение на работу в обмен на молчание. Я согласился.
У Яны похолодело внутри. Значит, Лидия ее продала.
— Не смотри так, — спокойно сказал Виктор, проходя в гостиную и наливая себе виски. — Я не собираюсь тебя уничтожать. Но я не позволю развалить то, что строил пятнадцать лет. Лидия получит, что хочет, и исчезнет. Ты тоже не останешься ни с чем. Я обеспечу тебя. Но дом будет мой. И Платон — тоже.
— Ты не получишь опеку. У меня нет никакой деменции.
Виктор посмотрел на нее почти с жалостью.
— Опеку присудит суд. На основании документов. Которые уже поданы. И если начнешь сопротивляться, можно будет поставить вопрос о принудительном лечении. Не советую тебе идти этим путем.
Этой ночью Яна не сомкнула глаз.
В три часа утра она тихо встала, оделась, взяла документы, ключи и вышла из комнаты. На секунду остановилась у кровати Платона. Мальчик спал, обнимая плюшевого пингвина.
Будить его она не стала.
Утром, к девяти, Яна уже сидела в приемной областной прокуратуры. В коридоре было пусто. Она попросила вызвать следователя по особо важным делам.
Через некоторое время ее пригласили в кабинет.
Следователя звали Илья Сергеевич Горелов. Мужчина в очках, с уставшим лицом и привычкой слушать, не перебивая. Пока Яна рассказывала все по порядку, он лишь изредка поправлял диктофон и делал пометки.
Когда она закончила, он сказал:
— Вы пришли без адвоката.
— Я пришла, пока еще могу доказать, что в здравом уме. Завтра его бумаги могут стать официальной истиной.Канцелярские товары
Горелов просмотрел фотографии у нее в телефоне, увеличил доверенность, полис, фиктивную справку.
— Фамилии этого врача нет в реестре. Проверим и остальное. Но вам прямо сейчас нужно пройти независимое обследование. Сегодня же. Полное. Пока он не успел запустить процедуру официально.
— А Лидия?
— Если согласится, допросим. Но будьте готовы: в нужный момент она может от всего отказаться.
Яна ничего не ответила. Она и так это уже понимала.
В частной клинике она провела почти весь день. Анализы, тесты, беседа с неврологом, МРТ, проверка памяти, реакции, когнитивных функций.
К вечеру на руках у нее было официальное заключение: никаких признаков деменции, когнитивные функции сохранены, состояние соответствует возрастной норме.
Когда она вернулась домой, там никого не было. На кухонном столе лежал конверт. Внутри — судебная повестка по делу об установлении опеки.Домашняя обстановка
Заседание было назначено на понедельник.
Оставалось четыре дня.
Яна сразу позвонила Горелову.
— Он подал документы сегодня утром.
— Я знаю, — ответил следователь. — Мы уже подняли информацию по нотариусу и кредиту. Медицинское заключение у вас на руках?
— Да.
— Присылайте копию. И будьте готовы: он может попытаться продавить решение через связи.
После разговора Яна села за ноутбук.
Вместо того чтобы искать адвоката, она вбила в поиск: «Елена Ветрова помощник Виктор Меркурьев».
Почти сразу нашлась ее открытая страница.
Последняя публикация была выложена всего пару часов назад.
На фотографии — Елена и Виктор на яхте.
Подпись: «Спасибо за лучшее лето».
Дата снимка — три дня назад. В те дни Виктор уверял Яну, что находится в командировке.
Яна увеличила изображение.
На руке Елены блестело кольцо.
Ее кольцо.
То самое, которое исчезло из шкатулки полгода назад. Тогда Яна решила, что просто потеряла его.
На следующий день она поехала в офис мужа.
Секретарша попыталась остановить ее, но Яна даже не замедлила шаг. Она открыла дверь кабинета без стука.
За столом Виктора сидела Елена Ветрова. В руках у нее был его телефон.
— Вы не можете вот так врываться, — начала она.
Яна положила перед ней распечатку медицинской справки и фото с яхты.
— А вы можете подделывать документы? Подписывать ложные заключения? И носить мои украшения?
Елена побледнела так быстро, будто из нее разом ушла вся кровь.
В этот момент в кабинет вошел Виктор. Увидел бумаги. Замер.Канцелярские товары
— Ты делаешь себе только хуже, — тихо произнес он.
Яна посмотрела на него спокойно.
— Я уже давно в яме. Просто теперь вы оба в ней вместе со мной.
Она развернулась и вышла.
В понедельник в суде адвокат Виктора действовал уверенно. Он представил фальшивую справку о деменции, письменное заявление Лидии Савиной, в котором та утверждала, будто замечала у Яны провалы в памяти, и потребовал срочно назначить опеку.
Когда пришла очередь Яны, она положила на стол свое независимое медицинское заключение, документы из прокуратуры о несоответствии подписи нотариуса данным реестра и фотографию Елены на яхте.
Судья подняла глаза:Домашняя обстановка
— Это фото как относится к делу?
— Женщина на фото участвовала в подделке медицинской справки. Кроме того, на ней мое кольцо, пропавшее из дома. Я уже подала заявление. Материал зарегистрирован.
Судья перевела взгляд на представителя Виктора. Тот заметно напрягся.
Заседание перенесли на две недели — до завершения проверки всех бумаг.
После этого Виктор три дня с Яной не разговаривал.
На четвертый день он вошел в ее комнату. Яна складывала вещи.
— Ты собралась уходить? — спросил он.
— Мы уходим, — ответила она. — Я и Платон.
— А дом?
— Пусть остается тебе. Но ты откажешься от идеи опеки и аннулируешь доверенность. Иначе завтра же в прокуратуру уйдет новое заявление — о мошенничестве в особо крупном размере. И тогда Елена пойдет под статью. И ты вслед за ней.
Виктор долго смотрел на нее.
Потом медленно кивнул.
— Не думай, что ты победила, — сказал он.
Яна застегнула сумку.
— Нет. Просто ты понял, что продолжать тебе невыгодно. А это и есть поражение.
Через месяц Яна с Платоном уже жили в съемной квартире в центре города. Сын пошел в другую школу, понемногу привыкал к новой жизни. Лидия Савина уехала. Ее письменные показания признали недостоверными, уголовного дела на нее заводить не стали, но работу в городе она больше не нашла. Елена Ветрова уволилась. Виктор отправил Яне письмо: короткое, сухое.
«Дом продаю. Твою долю перечислю.»....
Продолжение
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ ✔ СТАВЬТЕ ЛАЙК 👍 ПИШИТЕ КОММЕНТАРИИ ⬇⬇⬇ ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ НОВЫЕ ИСТОРИИ