The Economist увидел в кризисе шанс для Китая Свежая обложка The Economist с фразой «Никогда не мешай своему врагу, когда он совершает ошибку» читается не просто как визуальная колкость
в адрес Дональда Трампа. Это уже короткий диагноз ситуации, в которой Китай получает стратегическую выгоду не от собственного наступления, а
от чужой перегрузки.
Сама композиция обложки предельно проста. Си Цзиньпин — в фокусе, сдержанный и почти удовлетворённый. Дональд Трамп — размытым пятном на
переднем плане. Но смысл здесь, конечно, не в дизайнерском приёме. Журнал фактически предлагает смотреть на нынешний кризис через китайскую оптику:
не как на момент, когда нужно срочно ломиться в открытую дверь, а как на редкую ситуацию, когда главный соперник сам
создаёт для тебя удобную международную среду.
И в этом есть своя логика. Пока США втягиваются в новую войну вокруг Ирана, давят на союзников, спорят внутри НАТО
и одновременно пытаются удерживать давление на Китай по торговым и технологическим линиям, Пекин получает сразу несколько бонусов. Во-первых, внимание Вашингтона
рассеивается. Во-вторых, европейцы и другие партнёры США снова начинают задаваться старым вопросом: насколько предсказуем американский лидер и не превращается ли
союз с Вашингтоном в зависимость от его текущего настроения. В-третьих, сама глобальная повестка всё чаще перестаёт быть американской монополией.
Китай здесь действует осторожно, но последовательно. Он не бросается прямо спасать Иран и не идёт на лобовое столкновение с США.
Вместо этого Пекин усиливает дипломатическое присутствие, говорит языком переговоров, подчёркивает важность торговли и судоходства и тем самым занимает удобную позицию
силы, которая выглядит более хладнокровной, чем её главный соперник. Это особенно заметно на фоне совместной китайско-пакистанской мирной инициативы, которая появилась
как раз в момент, когда военные сценарии звучат громче дипломатических.
Но дело не только в Ближнем Востоке. Для Китая выгодна сама модель мира, в которой США всё чаще тратят политический
капитал на кризисы, а не на строительство устойчивой коалиции вокруг собственных интересов. Каждый новый конфликт, где Вашингтону приходится уговаривать, давить,
грозить выходом из союзов или заставлять партнёров идти за собой, работает на китайскую аргументацию: американский порядок больше не выглядит единственным
стабильным вариантом.
Именно поэтому фраза про врага, совершающего ошибку, на этой обложке звучит шире, чем просто комментарий к одной войне. Это уже
оценка общего состояния американской стратегии. Если твой противник сам перегружает себя конфликтами, ссорится с союзниками и повышает цену собственного лидерства,
тебе действительно может быть выгоднее не мешать.
Вопрос, конечно, в том, как долго такая позиция останется для Китая комфортной. Слишком глубокий кризис на Ближнем Востоке бьёт и
по Пекину — через нефть, морскую логистику и общую нервозность мировых рынков. Китай не заинтересован в хаосе как таковом. Ему
нужен не обвал системы, а медленное перераспределение влияния внутри неё. То есть не катастрофа для США, а такая степень американской
ошибки, при которой Вашингтон слабеет быстрее, чем разрушается сама глобальная конструкция.
Поэтому The Economist попал в нерв момента довольно точно. Китай сейчас выигрывает не потому, что предлагает миру яркую новую модель,
а потому, что его главный соперник всё чаще сам подталкивает мир к сомнению в собственной управляемости. В геополитике это иногда
даже важнее прямого успеха.
ДРУГАЯ СТОРОНА
Самая сильная стратегия больших держав не всегда выглядит как наступление. Иногда она выглядит как выдержка. И если сегодняшний мир действительно
входит в полосу перераспределения влияния, то Китай пытается сделать это перераспределение не через резкий рывок, а через чужую усталость, чужую
суету и чужие ошибки.
Фото: соцсети/ИЗНАНКА.
ИЗНАНКА — другая сторона событий.
Читать на сайте: http://iznanka.news/articles/Mir/The-Economist-uvidel-v-krizise-shans-dlya-Kitaya.html